Павел Уваров – История Франции (страница 70)

Важным фактором ускорения экономического развития было и то, что в начале XX в. французы в своей массе были более образованны, чем когда-либо прежде. Стали приносить плоды усилия правительств Третьей республики по развитию начального, среднего и высшего образования. Французская индустрия не испытывала нехватки ни в профессионально обученных рабочих, ни в квалифицированных инженерах и предпринимателях. Далеко не случайно, что Франция в начале XX в. заняла лидирующее положение в развитии именно тех отраслей промышленности, в которых предъявлялись повышенные требования к знаниям, квалификации и конструкторской смекалке работников, — автомобильной, авиационной, велосипедной, электроэнергетической, алюминиевой. В 1913 г. Франция выпустила 45 тыс. автомобилей, заняв второе место в мире (после США) по их производству и первое — по их экспорту.

Но по сравнению с другими странами, в частности с Германией и США, французская промышленность на рубеже XIX—XX вв. отличалась более слабой концентрацией производства, капитала и рабочей силы. В 1906 г. во Франции насчитывалось 189 предприятий с числом рабочих свыше 1 тыс. человек. Около трети всех наемных работников было занято на предприятиях, персонал которых не превышал 10 человек. Слабая концентрация производства служила препятствием для применения более рациональных методов организации труда. Это неблагоприятно отражалось на себестоимости, а следовательно, и на отпускной цене товаров. Поэтому на мировых рынках французская индустрия часто не могла конкурировать с иностранными производителями. Структура французского экспорта оставалась во многом традиционной: изделия «изысканного вкуса» преобладали над продукцией современного машиностроения.

По динамическим показателям развития Франция в начале XX в. не уступала другим странам, но потеря темпа в последней трети XIX в. обернулась невосполнимыми утратами. Пока экономика Франции находилась в состоянии стагнации, другие страны, особенно СЩА и Германия, ушли далеко вперед. Они значительно превзошли Францию по физическим и стоимостным показателям промышленного производства. Доля Франции в мировом экспорте промышленной продукции сократилась с 16% в 1876 г. до 12% накануне Первой мировой войны.

Дело Дрейфуса

В декабре 1894 г. военный трибунал приговорил капитана генерального штаба Альфреда Дрейфуса к пожизненному заключению по обвинению в шпионаже. Впоследствии появились доказательства, что дело было сфабриковано. Однако в 1897 г. военный трибунал не нашел оснований для пересмотра дела. Военные судьи сознательно хотели свалить вину на Дрейфуса, которого, как еврея, сына эльзасского промышленника, не считали достойным принадлежать к элите офицерского корпуса, состоявшей из аристократов и монархистов. Действия военных властей были восприняты демократической общественностью Франции как грубейшее нарушение элементарных прав и свобод гражданина. Едва дело Дрейфуса получило огласку, страсти разгорелись с необыкновенной силой. Поначалу чисто юридическое, оно приобрело политический характер.

В защиту «чести армии» и против пересмотра дела выступало большинство консерваторов, клерикальные круги, а также часть прогрессистов, включая Мелина, Дюпюи и президента республики Феликса Фора. Но ударной силой лагеря антидрейфусаров, как называли противников пересмотра дела Дрейфуса, являлось националистическое движение. После поражения буланжизма оно сделало ставку на разжигание ксенофобии и антисемитизма. В 1898 г. одновременно возникло несколько массовых организаций националистического толка: Лига патриотов, возрожденная под руководством все того же Деруледа, Лига французской родины, объединявшая представителей интеллигенции, Антисемитская лига, «Французское действие» («Аксьон франсэз») и др. Они насчитывали сотни тысяч членов (например, одна только Лига французской родины — до полумиллиона) и оказывали сильный нажим на власти, чтобы не допустить пересмотра дела Дрейфуса.

В борьбе с националистами сторонники пересмотра дела — дрейфусары выдвинули лозунг защиты демократических прав и свобод, гарантированных республикой. Под этим лозунгом объединились представители различных политических сил, общественных движений, конфессий — радикалы, часть социалистов, руководимых Жоресом, франкмасоны, протестанты, антимилитаристы, антиклерикалы. В начале 1898 г. ими была основана Лига прав человека, сыгравшая важную роль в истории правозащитного движения.

Организующее начало в ряды дрейфусаров внесли не только вновь создаваемые объединения, но и франкмасонские ложи. В конце XIX в. они представляли собой своеобразные клубы либерально-демократической интеллигенции, которые во многом отошли от вековых традиций масонства, в частности от положений первоначальных уставов об аполитичности и вере в «архитектора Вселенной» (т. е. Бога). Во время Второй империи ложи являлись организационным ядром республиканской партии, а в первые десятилетия Третьей республики поставляли ей руководящие кадры. Борьба за пересмотр дела Дрейфуса стала поистине звездным часом французского масонства, во многом благодаря усилиям которого удалось обеспечить единство столь пестрых в политическом и социальном отношении сил, оказавшихся в лагере дрейфусаров.

Часть прогрессистов, обеспокоенных угрозой государственного переворота, исходившей от националистического движения, также примкнули к дрейфусарам. В июне 1899 г. президент республики Эмиль Лубе назначил главой правительства прогрессиста Рене Вальдек-Руссо. В состав кабинета вошли представители всех основных политических сил, выступавших в защиту законности и порядка. Особенно примечательно было присутствие в нем социалиста Александра Мильерана, занявшего пост министра торговли и промышленности. Правительство приняло решительные меры против националистов, добившись ареста и препровождения в суд их вождей. Однако летом 1899 г. военный трибунал в ходе нового слушания снова вынес капитану Дрейфусу обвинительный приговор. Правительству не оставалось ничего другого, как прибегнуть к процедуре помилования. Лишь в 1906 г. кассационный суд полностью реабилитировал Дрейфуса.

Перегруппировка сил на политической арене

Дело Дрейфуса послужило катализатором серьезных перемен в политической жизни. Прежде всего в результате вызванного им политического кризиса были уничтожены плоды многолетних усилий политиков консервативного и либерального толка, начиная с Тьера, по созданию устойчивого политического «центра». На рубеже столетий едва ли не все взрослое население Франции разделилось на дрейфусаров и антидрейфусаров. Традиционное противостояние левых и правых вновь приобрело классически ясные очертания.

Однако по сравнению с 70—80-ми гг. XIX в. характер этого противостояния существенно изменился. Раньше правых и левых разделяли главным образом противоречия по вопросу о форме правления. Теперь они расходились во взглядах не столько на форму правления, сколько на политические цели и ценности самой республики. В результате перегруппировки политических сил во Франции, произошедшей под влиянием дела Дрейфуса, как левые, так и правые поменяли свое обличье. Быть левым отныне значило сохранять приверженность республиканским и демократическим учреждениям, утверждать идеалы светскости в общественной жизни, а также бороться против национализма и военщины как ударной силы реакции. Напротив, правых стали отличать прежде всего национализм, преклонение перед армией и военной силой, стремление к авторитарному правлению.

Хотя между теми и другими сложился своего рода консенсус относительно признания фактически существующей формы правления, а лозунг монархической реставрации уже не встречал живого отклика у правых, левые упорно продолжали именовать себя республиканцами. Фактически это было способом защитить свою монополию на республиканскую легитимность, единственно дающую право на власть в Третьей республике.

На рубеже столетий во Франции впервые возникла система организованных политических партий. Они сочетали парламентские методы деятельности с внепарламентскими, располагали сетью местных комитетов, не терявших связь с избирателями между выборами, и контролировали свои парламентские фракции. Способствовал этому закон об ассоциациях, принятый по предложению кабинета Вальдек-Руссо 1 июля 1901 г. Он предоставлял широкую свободу деятельности различным объединениям граждан, включая политические. Закон предусматривал заявительный порядок регистрации этих ассоциаций.

В преддверии парламентских выборов 1902 г., которые, по мнению современников, должны были стать решающей пробой сил между дрейфусарами и антидрейфусарами, почти одновременно начали легальное существование несколько партий, представлявших главным образом левую часть спектра французской политики.

Пример подали социалисты, которые и раньше были организованы значительно лучше других политических сил. В 1899 г. они предприняли попытку провести объединительный съезд своих многочисленных организаций. Однако разногласия между сторонниками революционной тактики и реформистами обрекли его на провал. Разные позиции заняли те и другие по отношению к делу Дрейфуса. Споры среди социалистов вызвал приход в кабинет Вальдек-Руссо «независимого социалиста» Мильерана. В итоге в 1901 г. возникли две новые социалистические партии. Реформисты и сторонники участия в правительстве образовали Французскую социалистическую партию. Сторонники революционной тактики и «антиминистериалисты» объединились в рядах Социалистической партии Франции. Отставка кабинета Вальдек-Руссо и уход Мильерана из правительства в 1902 г. позволили французским социалистам преодолеть раскол. В 1905 г. была образована Объединенная социалистическая партия (Французская секция рабочего Интернационала— СФИО). Ведущую роль в ней играло реформистское течение, а самым популярным и авторитетным лидером стал Жорес.