Павел Уваров – История Франции (страница 26)
В 1543 г. по инициативе Сорбонны был создан «Индекс запрещенных книг», куда вошли не только труды Лютера, Цвингли и других ересиархов, но также труды Эразма Роттердамского, «Гаргантюа и Пантагрюэль» Франсуа Рабле и даже «Утопия» Томаса Мора, ранее объявленного «мучеником за католическую веру».
Несмотря на то что в борьбе с императором французские короли охотно заключали союзы с немецкими протестантами и турками, во внутренней политике борьба с реформационными учениями лишь усиливалась. Однако последние претерпели серьезные изменения. В середине XVI в. католической церкви противостояли уже не разрозненные сторонники христианского гуманизма, последователи Лютера или друзья немецких анабаптистов. Все большее распространение получало теперь учение Кальвина, на основе которого в конце 50-х гг. XVI в. складывается мощная организация протестантской церкви во Франции.
Жан Кальвин родился в Пикардии, в семье судьи и учился в Парижском университете. В 1533 г. он помог ректору университета Николя Копу составить тезисы речи, выдержанной в духе осторожного «христианского гуманизма» Лефевра д’Этапля, демонстрирующей, однако, знакомство с запрещенными сочинениями Лютера. Сорбонна усмотрела в этой речи ересь и потребовала ареста виновных. В последний момент Кальвину удалось бежать через окно своей кельи, и он покинул Париж, переодевшись крестьянином. Скрываясь в провинции, Кальвин начал работать над книгой «Наставления в христианской вере», надеясь оправдаться в глазах короля. Но репрессии, обрушившиеся на страну после «дела плакатов», принудили его бежать в Швейцарию, где он и опубликовал первую редакцию своего главного сочинения, посвятив его Франциску I. Затем до самой своей смерти (в 1564 г.) Кальвин редактировал текст «Наставлений», все более приобретавших характер систематизированной доктрины. Согласно его учению, природа человека безнадежно испорчена вследствие первородного греха. Но Бог предопределил избранному меньшинству спасение. И ни человек, ни церковь не в силах никакими благими делами и молитвами изменить предопределение. Знать, что ему уготовано, человек не может, но раз у него есть дар веры, он должен, оставив все сомнения, действовать в миру решительно, в соответствии с наставлениями Библии.
Догмат Кальвина об абсолютном предопределении отрицал необходимость существования монашества и спасительную роль церкви: сколько бы аскетических подвигов ни совершал подвижник, они не изменят его изначально предначертанной участи. Но аскетизм, по Кальвину, должен быть перенесен в мир. Отказываясь от греховных развлечений, человек обязан следовать своему призванию, и тогда Господь подаст ему «внешний знак», свидетельствующий о его избранности. Этим знаком может быть процветание в делах, но могут быть и бедствия, которыми испытывается твердость веры человека, и даже мученическая смерть.
Отрицая церковные таинства (кроме крещения и причащения), почитание Богоматери и святых, ставя под сомнение Священное Предание, сам Кальвин свято верил в истинность Евангелия и проявлял такую же яростную нетерпимость к отступникам, как и его противники — инквизиторы, требуя казни сомневающихся.
От церкви Кальвин требовал строгости и простоты культа, настаивая на ее республиканском устройстве. Кальвинистская церковь представляла собой федерацию автономных общин, руководство которых избиралось верующими. Но авторитет избранных пастырей должен был быть непререкаем и подкреплен строжайшей дисциплиной. Долг подданного — уважать государственную власть, однако если правитель мешает истинной вере, то он становится тираном и борьба с ним является не только правом, но и святой обязанностью верующих.
Распространению ереси во Франции не могли помешать ни созданное специальное отделение Парижского парламента — «Огненная палата» (1547), ни деятельность новообразованных президиальных судов, на которые Генрих II возложил обязанность сыска еретиков, ни попытки учредить в стране настоящую инквизицию.
Итальянские войны становилось вести все труднее, несмотря на целый ряд военных успехов в Италии. Король Испании Карл V, а потом и его сын Филипп II могли рассчитывать на прибытие все новых кораблей, доставлявших серебро из рудников Перу. А налоговые ресурсы короля Франции, казалось, были на пределе, и взять новые займы для срочных королевских нужд было не у кого, несмотря на обещание выплачивать небывало высокие проценты. Испанцам, вторгнувшимся с территории Нидерландов, удалось разбить французскую армию при Сен-Кантене (10 августа 1557 г.) и взять в плен коннетабля Монморанси. Угроза нависла и над Парижем. Король вынужден был спешно отозвать из Италии герцога Франсуа Гиза. Прибывшей итальянской армии удалось несколько сгладить горечь поражения. В январе 1558 г. герцог Гиз в результате дерзкого штурма захватил Кале, отбив его у Англии, которая в ту пору была союзницей Испании (Филипп II был женат на королеве Марии Тюдор). Возврат Кале, более двух веков удерживаемого англичанами, принес Гизу величайшую славу.
Но, несмотря на эту победу, превосходство Испании было неоспоримо. Генрих II начал переговоры, и 3—4 апреля 1559 г. в Като-Камбрези были подписаны мирные договоры с Испанией и ее союзницами — Англией и Савойей. Франция сохраняла за собой Кале и три немецких епископства (Мец, Туль и Верден), однако отказывалась от всех притязаний на итальянские земли. Мир вызвал крайнее недовольство в армии и обществе: трудно было смириться с мыслью о том, что результаты 65 лет войны и лишений были полностью перечеркнуты. В этом винили советников короля. Отчасти подозрения были обоснованны. Выкупленный из плена коннетабль Монморанси и фаворитка короля Диана де Пуатье боялись усиления чрезмерно популярного клана Гизов. Король Генрих II также имел причины для беспокойства. Он понимал, что надвигается финансовая и военная катастрофа и что разросшийся чиновничий аппарат выходит из повиновения. Но более всего его беспокоил рост влияния протестантизма.
Сразу же после поражения при Сен-Кантене в самом центре Парижа, на улице Сен-Жак, было раскрыто тайное молитвенное собрание, в котором участвовали сотни человек. Целую неделю начиная с 13 мая 1558 г. тысячи кальвинистов собирались прямо под стенами столицы, на лугу Пре-о-Клер, и распевали псалмы Давида, переложенные на французский язык поэтом Клеманом Маро. Они стали своего рода гимном французских кальвинистов. В этих песнопениях приняли участие даже некоторые принцы, например Антуан Бурбон. В то же время создается национальный синод протестантских церквей. В мае 1559 г. он провел свое заседание прямо в Париже.
Подписав мир, Генрих II развязал себе руки для решительных мер. Прежде всего он обратил внимание на Парижский парламент, в рядах которого существовала оппозиция, саботирующая проведение репрессий против еретиков. Но даже те, кто не симпатизировал кальвинистам, выступали против введения в стране инквизиции как противоречащего традициям галликанизма, т. е. относительной независимости французской церкви от Рима. 10 июня 1559 г. король созвал заседание дисциплинарной комиссии парламента и заявил о своем намерении всеми средствами искоренить ересь, а также выразил возмущение тем, что некоторые парламентарии попустительствуют этим государственным преступникам. Но советник Ан Дю Бург выступил с дерзкой речью, в которой отвел эти обвинения. По его словам, скандальными являются преследования и казни невинных, проповедующих лишь слово Божье, в то время как безнаказанными остаются куда более тяжкие преступления — убийства, богохульства, супружеская неверность. Усмотрев в последнем замечании намек на самого себя, король пришел в ярость и велел арестовать Дю Бурга и его единомышленников. Уже в тюрьме во время допросов Дю Бург продолжал настаивать на том, что власть, препятствующая истинной вере, является тиранической.
30 июня 1559 г. в Париже был устроен турнир по поводу заключения мира и бракосочетания французской принцессы с испанским инфантом. Генрих II, прекрасный наездник и воин, принял в нем участие и выбил из седла немало противников во имя «прекрасных дам Франции». Непобежденным оставался лишь капитан шотландских гвардейцев Габриэль Монтгомери, который отказывался от поединка с монархом. Король настоял на своем. Но когда всадники съехались, турнирное копье Монтгомери сломалось и острым концом вошло под забрало королевского шлема, нанеся королю страшную рану. Сорокалетний король скончался несколько дней спустя, успев запретить преследование своего невольного убийцы.
Неожиданно страна оказалась на пороге катастрофы. «Прекрасный XVI век» закончился.
Религиозные войны. Последние Валуа
Новым королем стал Франциск II (1559—1560), которому при восшествии на престол было только 15 лет. По французским законам он считался совершеннолетним, однако полностью находился под влиянием родственников своей жены Марии Стюарт — Гизов, герцогов Лотарингских. Правившие от имени короля Людовик Гиз, кардинал Лотарингский, и его брат Франсуа Гиз старались в первую очередь удовлетворить интересы своей феодальной клиентелы. Гизы объявили себя защитниками католической веры. Начались казни еретиков. Правление Гизов вызывало всеобщее недовольство.