Павел Терёшин – Император 2.0 (страница 12)

Лазарев молчал.

– Говори!

– Все. И никто. Политика – это шахматы. Кто-то двигает пешки, ктото жертвует фигурами. Важно только одно – чей король устоит в конце партии.

– И чей он?

Лазарев усмехнулся.

– Вы правда хотите знать?

– Да.

Тогда вам придётся прожить в этом мире немного дольше. Иначе не успеете разобраться.

Император глубоко вдохнул. В голове всё ещё кипела злость, но он понимал: Лазарев прав.

Время изменилось. Войны изменились. Но суть осталась той же.

Шахматная доска была расставлена.

Вопрос был только в том, какую фигуру займёт он сам.

Павел взял стакан воды, выпил жадными глотками. В груди горел огонь – не от войны, не от политики, а от беспомощности. В его время он мог приказать, собрать армию, выступить походом. Теперь всё иначе. Теперь всё решалось в кулуарах, кабинетах, финансовых потоках и чёрных чемоданах с миллиардами.

Павел усмехнулся.

– Избранный… – в голосе прозвучала насмешка.

Лазарев пожал плечами.

– Ваша Империя хоть и другая, но кое-что вы узнаете сразу. Власть любят удерживать.

Павел вздохнул.

– Он правит, но кто стоит за ним?

Лазарев пристально посмотрел на него.

– Вы хотите узнать правду или хотите услышать версию для народа?

– Лазарев, ты меня недооцениваешь.

Профессор кивнул, подошёл ближе.

Тогда слушайте внимательно. Мир давно принадлежит не царям и не президентам.

– А кому?

Тем, у кого есть деньги. Настоящие деньги. Не мешки с золотом, а контроль над экономикой, технологиями, рынками, войнами.

Павел сжал подлокотники кресла.

– И они же развязали эту войну?

– Они же и закончат её, когда решат, что пришло время.

Император глубоко вдохнул.

– Значит, мне предстоит сразиться с теми, кто скрывается во тьме?

Лазарев улыбнулся.

– Если вы готовы к этому бою.

Павел взглянул на ночной город за окном.

Готов ли он?

У него не было выбора.

Лазарев выждал паузу, наблюдая за Императором.

– Вы так и не спросили, зачем я это сделал, – сказал он, скрестив руки на груди.

Павел медленно повернул голову.

– Я не задаю вопросов, на которые мне всё равно придётся найти ответ самому.

Лазарев усмехнулся.

– Это достойно правителя.

Павел молчал. Лазарев подошёл к шкафу, достал тонкую папку и бросил её на стол.

– Вы не воскресли. Ваше тело мертво. Но ваш разум… – профессор сделал паузу. – Жив.

Император нахмурился.

Говори яснее.

Лазарев вздохнул.

– Ваша ДНК была обнаружена много лет назад. Исследователи брали образцы из усыпальницы в Петропавловской крепости. Генетические тесты подтвердили подлинность. Но ДНК – это только биология. Душу не воскресить.

Павел сжал губы.

– Значит, я – не я?

Лазарев покачал головой.

– Вы – это вы. Ваш разум, ваша личность, ваш опыт – всё настоящее. Просто носитель другой.

– Как?!

– В своё время я изучал механизмы сознания. Искал способ перенести человеческий разум из одного тела в другое. Долгие годы экспериментов, поисков… И однажды я наткнулся на архивные записи.

Павел смотрел внимательно.

– Архивные?

В середине двадцатого века начались эксперименты с записью человеческого сознания. Данные хранились в глубоко засекреченных архивах. Официально их не существовало.

Император невольно напрягся.

– И ты… нашёл меня в этих архивах?

Лазарев улыбнулся.

– Почти. Я нашёл аномалию. Кодированный фрагмент, который не соответствовал никаким известным образцам. Долгое время он оставался загадкой, пока я не понял: это не просто случайный набор данных. Это чей-то разум.

Павел замер.

Мой?

– Ваш.

В комнате стало тихо. Только шум города за окном напоминал, что мир продолжает жить.