Павел Судоплатов – Вторая мировая война. Хроника тайной войны и дипломатии (страница 52)
Как ни печально, но приходится признать, что попытки как в Берлине, так и в Софии активизировать подполье по линии военной разведки и НКВД путем засылки связных провалились, закончились трагически.
Осенью 1941 года мы упорядочили информационно-аналитическую работу Особой группы – 2-го отдела. Это направление возглавили ветеран ИНО Д. Федичкин и Е. Морджинская. Я подписал специальное указание территориальным и прифронтовым органам госбезопасности, уточняющее, какого характера должна быть разведывательная информация, представляемая в Центр. Практически это было дополнение к инструкции, появившейся еще в апреле 1941 года. Разведке на местах предписывалось более точно излагать данные о наличии и состоянии в тылу немцев железнодорожных сооружений, их технические параметры и конструктивные особенности, описание складов, мест их расположения увязывать с количеством хранящихся в них материалов, боеприпасов, горючего. Обращалось особое внимание на необходимость получения сведений о восстанавливаемых немцами мастерских, заводах, аэродромах, телеграфно-телефонных линиях, военных сооружениях, возведении новых укреплений и обо всех строительных работах на занятых ими территориях. В указании была поставлена также задача – выяснить, разрушают ли немцы наши старые укрепрайоны или приспосабливают их для боев и каким образом они это делают. Последний пункт был внесен по настоянию Разведупра Генштаба.
Август и осень 1941 года знаменательны тем, что был получен первый опыт борьбы в тылу противника. Завершил свое формирование спецназ НКВД, о чем речь пойдет ниже. Успешные результаты в оборонительном сражении за Москву позволили нам быстро выработать четкую концепцию мер по развитию партизанского движения и организации разведывательно-диверсионной деятельности. В ноябре 1941 года стало совершенно очевидным, что благодаря массовому сопротивлению в тылу противника складывается благоприятная основа для борьбы на его коммуникациях и срыва операций немецкой разведки против Красной армии.
«В. Молодцов (Бадаев), возглавлявший резидентуру в Одессе, должен был оставить в городе две-три группы наиболее проверенных и надежных людей для выполнения специальных диверсионных операций, а также для ликвидации видных представителей немецкой администрации, предателей, сотрудничавших с немцами».
Владимир Александрович Молодцов (псевдоним – Павел Владимирович Бадаев, 1911–1942) – советский разведчик, капитан государственной безопасности. Партизан, Герой Советского Союза (5 ноября 1944, посмертно). В Великую Отечественную войну руководил разведывательно-диверсионным отрядом в оккупированной Одессе. Казнён румынскими оккупантами.
«Группой в Николаеве руководил бывший заместитель начальника англо-американского отдела и научно-технической разведки НКВД В. Лягин, будущий Герой Советского Союза. В тыл противника он отправился по собственной инициативе. Поскольку до этого Лягин работал в США, достаточного опыта контрразведывательной работы у него не было, но он горел желанием отличиться на войне».
Виктор Александрович Лягин (псевдоним – Корнев; 1908–1943) – советский разведчик, капитан, Герой Советского Союза (посмертно). С июля 1939 года по июнь 1941 года находился в служебной командировке в США. Группа Лягина осуществила ряд крупных диверсий, причинивших немецким оккупантам большой ущерб в живой силе и технике (уничтожила аэродром, нефтебазу, склады, оборудование заводов, морские суда), добывала и передавала в Центр ценную разведывательную информацию о противнике. В марте 1943 года был схвачен при выполнении задания. На допросах под пытками не выдал участников группы. 17 июля 1943 года Лягин был расстрелян.
«Иные цели стояли перед группой И. Кудри (Максим), который был оставлен в качестве нашего нелегального резидента в Киеве. Группа должна была проникнуть в украинское националистическое подполье, на которое немецкое командование делало серьезную ставку».
Иван Данилович Кудря (1912–1942) – советский разведчик, Герой Советского Союза. Перед войной – нач. отдела 1 (внешняя разведка) УНКВД Украины. С началом Великой Отечественной войны оставлен в Киеве для организации и руководства разведывательно-диверсионными группами. Принимал непосредственное участие в подготовке и боевых операциях 7 диверсионных групп в оккупированном немцами г. Киеве. Собирал здесь разведданные о противнике и его агентуре. В результате предательства был схвачен гитлеровцами 5 июля 1942 года и казнен в ноябре того же года.
«Неудачно закончилась для нас первая попытка создать крупную резидентуру в Западной Украине, в Житомире. Туда был направлен И. Каминский, опытнейший оперативный работник, нелегал ИНО в тридцатые годы, освобожденный по моему настоянию из тюрьмы после начала войны».
Иван Николаевич Каминский (1896–1944) – советский разведчик. В органах советской внешней разведки с 1922 года. С 1922 по 1933 год рабол в легальных резиденрурах в Польше, Чехословакии, Латвии, Италии, Германии. С 1934 года по 1938 год работал по линии нелегальной разведки в странах Европы. В 1938 году он был арестован по ложному доносу. В конце Великой Отечественной войны освобожден и возвращен на работу в центральный аппарат. В 1944 году был направлен за линию фронта в Западную Украину. Покончил жизнь самоубийством во время ареста органами Абвера в Житомире.
«В связи с этим необходимо отметить очень удачно выполненную работу оперативной группой А. Флегонтова, которая подготовила прочную и расширенную базу для первого рейда отряда Медведева в Клетнянские леса под Брянском для создания там небольшого базового партизанского района. Этот опыт нам очень пригодился».
Флегонтов Алексей Канидьевич (1888–1943) – генерал-майор, один из руководителей партизанского движения в годы гражданской войны на Дальнем Востоке и в годы Великой Отечественной войны в Подмосковье и Белоруссии.
«Заслуживает внимания еще одно важное направление нашей работы – это изучение территорий, прилегающих непосредственно к военным действиям, и в частности засылка нашей оперативной группы во главе с Ц. Радойновым в Болгарию».
Цвятко Колев Радойнов (1895–1942) – советский разведчик, один из руководителей Движение Сопротивления в Болгарии во время Второй мировой войны, полковник Рабоче-крестьянской Красной армии и генерал-майор Болгарской народной армии (посмертно).
Глава 13. Начало партизанской войны на коммуникациях немцев
Осознание необходимости партизанских действий
18 июля 1941 года было принято постановление ЦК партии «Об организации борьбы в тылу германо-фашистских войск». В связи с подготовкой этого решения меня как начальника Особой группы при наркоме внутренних дел вызвали на совещание в ЦК партии. В нем под председательством Маленкова участвовали Берия, Меркулов, Пономаренко, первый секретарь ЦК Компартии Белоруссии, а также представители ЦК Компартий Латвии, Литвы и Эстонии.
Пономаренко сразу же задал тон и поднял вопрос не только об организации партизанского движения, но и о том, чтобы вывести из-под контроля противника всю оккупированную им территорию и таким образом дезорганизовать его тыл.
В постановлении ЦК ВКП(б) было записано, что органы госбезопасности играют важную роль в обеспечении широкого развития партизанского движения, в организации боевых дружин, диверсионных групп, которые должны организовываться из числа участников гражданской войны, тех, кто уже проявил себя в истребительных батальонах.
Руководство ими возлагалось на органы НКВД и НКГБ. В эти же группы должны были войти коммунисты, комсомольцы, которые не используются для работы в партийно-комсомольских ячейках. В постановлении, подготовленном с нашим участием, шла речь о том, что для организации подпольных коммунистических ячеек руководством партизанского движения и диверсионной работой в районы, захваченные противником, направлялись наиболее стойкие руководящие партийные, советские и комсомольские кадры, преданные советской власти, советские беспартийные товарищи, знакомые с условиями местностей, где им предстояло работать. Имелось в виду, что аппарат райкомов партии, НКВД и НКГБ был единственным, кто знал обстановку и кадры.
На этом совещании я настоял на том, чтобы в постановлении было отмечено, что засылка в оккупированные районы должна быть тщательно подготовленной, законспирированной, причем чтобы каждая группа не превышала пяти человек. Засылаемые люди могли быть связаны только с одним определенным лицом и ни в коем случае не контактировать друг с другом.
Подбор кадров для подпольного аппарата определялся тесным взаимодействием партийных органов и оперативных работников НКВД. Остро встал вопрос об использовании участников гражданской войны, тех, кто проявил себя в истребительных батальонах и в только что созданных, главным образом в Белоруссии, партизанских отрядах.
Из запаса органов НКВД были призваны опытные кадры, такие как будущий почетный сотрудник госбезопасности, один из начальников отдела службы диверсий и разведки Г. Мордвинов, лично знавший многих участников партизанского движения в годы гражданской войны, особенно на Дальнем Востоке. Появилась реальная возможность подтянуть кадры, абсолютно неизвестные противнику, что было очень важно, ибо мы знали, что абвер и гестапо располагают информацией о нашем партийном активе. Так, один из секретарей Николаевского обкома КП(б)У Яров, имея при себе списки некоторых подпольных организаций, был захвачен абверкомандой в тот момент, когда решался вопрос о создании нашей резидентуры на юге Украины. В результате партийный актив и подполье с самого начала в большинстве своем оказались в руках гитлеровцев. Поэтому мы постоянно напоминали руководителям всех резидентур о необходимости крайне осторожно опираться на местный актив, оставшийся в зоне немецко-румынской оккупации.