Павел Солнышкин – Кент (страница 5)

Теперь я привыкал.

Давно отвык ходить я

Колёсами крутить я

Привык, кровопролитья

Устраивать зомбям.

Теперь я вновь с ногами

С ботинками-штанами,

Но вот беда: скиллами

Я снова беден сам.

Ведь скилл мой был заточен,

Он специфичный очень,

Удар мой стал неточен

И ноги не быстры.

Боюсь, моя Маруся

Смотря, как я деруся,

Разлюбит меня, гуся

С ближайшей же поры.

Идём мы с ней в Капотню,

Шагов четыре сотни

Осталось нам, да вот, не

Успели мы дойти.

Нас зомби окружили,

Кругом нас обложили,

И головы б сложили

Мы с Маней по пути.

Но я сосредоточил

Сознание, короче,

На том, чтоб мои ноги

Мопедом стали вновь.

И чудо! Кент я снова!

Мотор рычит коровой,

Маруся, право слово,

Садись, моя любовь!

Глава 10. О том, как организован быт в воинской части в Капотне

У нас на Капотне народу немало,

Я выживших, ясно, имею в виду,

И все собрались в нашей воинской части,

Куда я спасенных людей приводил.

Кого приводил – всех Маруся встречала

И всех проверяла на биосреду,

И если здоров чел – ему сразу "здрасти"

Она говорила – и я говорил.

Мы всех новобранцев вели сразу в баню,

А после помывки – в казарму вели,

На кухне наш повар Кузьмич наливал им

Сто грамм и борща на тарелке давал,

Пюре на второе, оладьи в сметане -

Запасы большие в кладовке нашли,

А что не нашли – из "Пятерочки" бандой

Еды притащили мы полный подвал.

Когда ж оклемается наш новобранец,

Мы форму ему выдавали сновья:

Штаны, гимнастерку и крепкие берцы,

И мощный ремень с пентаграммой на нем,

Пилотку иль каску, перчатки и ранец,

Портянки и фляжку со спиртом, друзья,

Для бодрости духа и радости в сердце,

Чтоб сердце горело веселым огнем.

А после я вел чуваков в оружейку

И там выбирали они для души

Оружие, чтобы мочить мерзких зомби,

И пользу общине чтоб тем приносить.

Кому пулемет, а кому трехлинейку,

Кому пистолеты, кому калаши,

Кто предпочитает фугасные бомбы,