Павел Смородин – Трибунал (страница 8)

– Таким образом, – адвокат перекатился с пятки на носок, – ваша честь, я утверждаю, что не нож, найденный на месте преступления, ни то, что в материалах следствия названо, цитирую, «прыжковый костюм», не имеет к моему клиенту никакого отношения.

Прокурор вскочил:

– Отпечатки.

– Отпечатки моего клиента попали на них, когда он, по собственному любопытству, что пока еще не преступление, решил проверить, что лежало на краю крыши.

– Сам факт того, что он был на крыше…

– Ничего не доказывает. У него была прогулка.

– На крыше в Олдтауне?

– Да.

– Возражение прокурора отклонено, – отозвался судья. – Защитник, продолжайте.

– У меня больше нет ничего по существу. Причина нашего нахождения здесь – ошибка следствия, его халатное ведение и… простите, ваша честь, снимается. Причина нашего нахождения здесь – недоразумение.

Трюк был красивый. Сначала оскорбил и вбросил в голову присяжным мысль, а затем мимоходом от нее отказался, чтобы не получить замечание от суда. Йона обожал такие мелкие уловки, когда еще учился. Делаешь буквально очень громкое заявление, а затем опровергаешь его, но уже тихо.

Эта хитрость практически всегда работала с большинством людей.

Йона наблюдал за тем, с какими лицами это высказывание встретили присяжные. И чутье подсказывало, что у них наклевываются проблемы.

– Объявляю перерыв на полчаса.

Судья с силой ударил молотком по кафедре, после чего покинул зал для заседания. Приставы вывели из зала присяжных, и тут же весь зал заполнил гомон.

– Пойду пройдусь, – произнес Камаль, поднимаясь со скамьи. – Заодно покурю.

– Хорошо. – Виктор Басов привстал, пропуская инспектора к выходу.

Инспектор вышел на улицу и взглянул на город с высоты тридцати ступеней. Было… так себе. Начал накрапывать мелкий дождик, от которого все укрывались под колоннадой. Все курильщики разом собрались здесь, так что было не протолкнуться. И хотя незаметные поиски должны были быть сильной стороной инспектора, но Элмер Ланн нашел его первым.

– Камаль.

На мгновение Йоне показалось, что его окликнул кто-то другой, настолько «обычный» и «рабочий» голоса адвоката различались.

Во рту Ланн держал длинную тонкую сигарету, как те, которыми смолила в кабинете Мари. Мерзкие такие сигареты с ароматом гвоздики и ментола. Юрист протянул руку. Уголок рта инспектора рефлекторно дернулся, и это не укрылось от взгляда адвоката.

– Пожалуйста, не надо все усложнять, Камаль. Пожми мне руку, и давай просто поговорим за сигаретой.

Инспектор достал свой старенький портсигар, вытянул одну крепкую самокрутку, к которым пристрастился еще в армии, и прикурил. Все это время адвокат терпеливо держал руку и молча улыбался. Жест этот был не столько искренним, сколько театральным. Однако усложнять отношения с лучшим юристом такого толка не очень хотелось.

– Мы теперь на «ты»? – Йона неохотно пожал протянутую руку. Рукопожатие Лана было властным и уверенным.

– Я со всеми выпускниками своего любимого юрфака на «ты», – продолжал адвокат, не отпуская при этом руки инспектора. – Мы как щенки одной породы – если покопаться достаточно долго в родословной, найдется общий предок.

Инспектор хмыкнул:

– Весьма художественный образ. Долго его придумывал?

– Экспромт. – Адвокат расплылся в широченной улыбке. – Иногда на меня находит внезапное вдохновение.

– Отпустишь меня или мне применить силу?

Элмер картинно отпустил руку, словно на нее вылили кипяток.

– Давай-ка отойдем в сторону, не будем мешать людям, бегущим покурить.

Мужчины отошли в сторону от прохода, встав у спуска справа.

– Дам тебе совет, Камаль, – произнес Ланн спокойно и едва слышно. – Не надо идти войной на моего клиента. А если пойдешь, то готовься к тому, что война будет серьезной. До смерти.

– Угроза? – Левая бровь Камаля сама собой поползла вверх.

– Дружеский совет от старшего товарища недоучившемуся младшему.

– Закончил экстерном в первый год после войны, – непонятно зачем поправил его инспектор.

– Да, я знаю, а еще ускоренные полицейские курсы, скоропись и быструю печать. Я много чего о тебе знаю. Даже в какую девчонку ты был влюблен на третьем курсе.

– Ты же знаешь, что сбор таких данных об офицере полиции незаконен.

– До года и штраф. Именно поэтому у меня отличная память – профессиональная необходимость. Но что это мы отвлеклись. Не стану тебя воспитывать, это твоя жизнь, но имей в виду – переговоров с тобой не будет. Я первый и единственный раз говорю с тобой, как с другом, и даю тебе непрошеный совет: если будет вариант размазать моего клиента – размажь. Четвертого, пятого, любого. Просто так их не оставляй, иначе сам об этом быстро пожалеешь.

– Удивительно слышать такое от адвоката.

– Нет… Я отлично понимаю, кто я, кого защищаю.

– Но менять ничего не хочешь?

– Деньги я люблю больше, чем людей. Да и ворочаться по ночам лучше на шелковых простынях, а не на желто-коричневой дерюге.

Ланн придвинулся ближе, так что голос его стал практически шепотом:

– Они тебя уничтожат, Камаль. Попробуй не дать им такого шанса, потому что иначе…

Адвокат замолчал и кивнул многозначительно.

– Зачем ты меня предупреждаешь?

Инспектор все еще не верил в искренность слов адвоката.

– Можешь считать это попыткой заглушить совесть. – Элмер сбил пепел и коротко затянулся.

– Ну или попыткой выйти из воды сухим, когда я выиграю.

– Если ты выиграешь, а это маловероятно. С Драбли, с Каленгом, с братьями Илио вы могли бы победить, но я вам шанса не дам. Вопрос престижа.

– Проигрывать не собираешься, но все равно решил подстелить соломку.

– Потому я и лучший адвокат в городе, – рассмеялся Ланн. – Ты, пожалуй, как лучший легавый, видишь суть вещей правильно и точно, Йона. Не против, если я к тебе по имени?

– Плевать.

– Отлично, так вот, Йона. – Ланн хмыкнул. – Я на стороне зла, ты – на стороне добра, или как-то так, но это не мешает мне тебя уважать. Поэтому, чтобы ты понимал, я размажу тебя в зале суда. Ты будешь там моим врагом, я разотру тебя в порошок, в атомную пыль. Ты поместишься в детский совочек после этого. Но когда мы выйдем из здания, я хочу, чтобы ты уяснил, я ничего не делал. Я был против, но меня не послушали.

– Угроза?

– Говорю же – предостережение. Ладно, можешь мне не верить, но я тебе все сказал. Будь готов ударить в ответ и помни, кто тебе не сделал за пределами зала ничего плохого.

– Мой старый добрый друг Элмер Ланн.

– Верно! А теперь мне пора отмазывать клиента от каторги.

Адвокат похлопал инспектора по плечу и поспешил внутрь здания суда.

Камаль еще раз взглянул на небо. Где-то вдали собирались свинцовые тучи, готовые залить так ненавидимый ими город на три этажа. Внезапно Йона ощутил холодный взгляд наблюдателя. Будто кто-то очень и очень опасный смотрит на него через прицел винтовки.

Слишком знакомое и неприятное ощущение.

Вот только он не чувствовал его с того проклятого дела братьев Тэмм – дела банды Теней. Йона еще раз внимательно осмотрел толпу, взглянул на другую сторону дороги.

Никого.

Инспектор быстро загасил окурок и поспешил внутрь здания. Ему предстоит еще много чего сегодня сделать.