Павел Смородин – Трибунал (страница 11)

И вот только сейчас смысл этой метафоры дошел до инспектора в полной мере. Если продолжать проводить аналогии с боксом, то Элмер Ланн был супертяжеловесом со скоростью легковеса. Он буквально заваливал свидетелей кучей мелких вопросов, отвлекал, рассеивал внимание, а затем наносил один быстрый и резкий удар. Примерно так он поймал Басова.

Случай с доктором был почти показательным выступлением. Ситуация осложнялась еще и тем, что Виктор был отличным судмедэкспертом, но абсолютно никудышным оратором. Наедине он умел убеждать, но вот публики словно боялся – под давлением был многословен, непоследователен, а еще его иногда заносило.

В моментах, когда нужно было замолчать, Басов делал одно или два пояснения – неважно, про что – в которые адвокат защиты вцеплялся, словно питбуль.

– Характер ран на теле убитой свидетельствуют об использовании найденного ножа левшой, – произнес Басов. И тут бы ему заткнуться, но зачем-то он продолжил: – Что, конечно, не сильно сужает круг подозреваемых.

– Насколько не сильно, доктор?

– Ну… левши составляют около двадцати процентов популяции.

– Каждый пятый человек. Я прав, доктор?

Только тут Виктор понял, что сам себе выкопал яму глубиной с небоскреб. Он нервно поджал губы и кивнул.

– Пожалуйста, скажите для протокола, – приказал судья, и ничего другого не оставалось делать.

– Да, по последней статистике, это примерно каждый пятый.

– Спасибо, доктор. В таком случае я хотел бы, чтобы в протокол заседания внесли следующее замечание защиты. Мой клиент – Мартин Дуарте V – является правшой. Об этом у меня есть справка из его школы-интерната, куда он поступил в возрасте шести лет, а также письменные показания двадцати свидетелей, подтверждающих это.

– Передайте копии материалов через пристава, защитник.

– Конечно, ваша честь.

Ланн отдал подошедшему приставу небольшую стопку рукописных листов. Тот быстро пробежался взглядом поверх очков, а затем громко стукнул по кафедре.

– Суд принимает данные материалы. Продолжайте допрос, господин Ланн.

– Спасибо, ваша честь, – коротко кивнул Элмер, а затем вновь повернулся к свидетелю. – Скажите, доктор, кто снимал слепки зубов с тел?

– Я.

– Вы. Отлично. Скажите, этот метод сличения дает какую точность?

– Достаточную.

– Достаточную. Что же… Как вы проводили сличение слепка с тел и поврежденной челюсти моего клиента?

– Подсудимый утратил лишь часть своих зубов при задержании.

– Согласен, однако это не позволяет вам в достаточной мере утверждать, что укусы на телах оставил именно мой подзащитный. Я прав, доктор?

– Со стопроцентной вероятностью нет.

– У меня все, ваша честь.

– У стороны обвинения есть вопросы к свидетелю?

Прокурор Дексли поднялся со стула и отказался:

– Нет, ваша честь. У стороны обвинения нет вопросов к свидетелю.

– Хорошо. – Судья едва заметно покачал головой. – Доктор Басов, вы свободны, можете занять свое место. Пристав, вызовите следующего свидетеля.

Следующим по протоколу должен был быть Йона. Он осторожно вышел в проход и, встретившись с подавленным судмедэкспертом, коротко кивнул. Выглядел доктор так, словно его минут двадцать травили собаками в запертом гараже. Глаза его едва ли не слезились. Скорее всего, в голове у него сейчас куча вопросов к себе. Самый главный из которых: «Какого хрена, старик?» Пожалуй, выпускать Виктора против зверюги-Ланна было самонадеянно. Осталось только одно – выйти и разбить все доводы защиты.

Элмер предупредил, что церемониться с ним не станет, вот и не надо думать, что этот суд будет легким.

– Назовите себя для протокола, – произнес пристав, когда Йона сел в кресло.

– Старший инспектор Йона Камаль.

– Клянетесь ли вы перед лицом господа говорить только правду?

– Да.

– Хорошо. – Судья взглянул на прокурора. – Господин прокурор, прошу.

– Добрый день, инспектор. – Джин поднялся с места и короткими шагами подошел к Йоне. – Расскажите для суда особенности этого дела.

– Что вас именно интересует?

– С чего все началось?

Вопрос был настолько общим, что Камаль удивился, как этот идиот вообще смог получить «вышку» на юрфаке. Может быть, тебе рассказать об устройстве мира, начиная с Адама? Или что-то из сказок народов севера? Как можно быть таким неконкретным в деле об убийстве?

– На территории Олдтауна произошло первое нападение. Ткачиха Агнес Уард поступила в местный фельдшерский пункт с тяжелыми ожогами спины и головы. Место, где на нее напали, находится на территории, приписанной к моему участку, так что я выехал на вызов.

– Женщина осталась жива?

– Да, господин прокурор, она дала показания, на основании которых был объявлен план розыска.

– Это что-то принесло?

– Нет, никаких результатов. Слишком поздно поступило обращение, а поскольку на территории Олдтауна нет своих полицейских участков, то эти мероприятия затянулись. Единственное, что нам удалось установить, это то, что на мосту местные жители видели дорогой черный автомобиль.

– Смогли установить номер и владельца?

– Нет.

– Понятно. Дальше.

– Дальше была мисс Би.

– Мисс Дорма Би, я правильно понимаю, инспектор?

– Именно она. Она возвращалась на свою съемную квартиру, когда на нее напал тот же человек, что и на мадам Уард.

– Как вы это установили?

– Она также осталась жива, хотя в ее положении это не лучший исход.

– Поясните.

– Напавший нанес ее лицу множественные раны и порезы. – Йона поморщился, вспоминая, как женщина выглядела при их первой встрече.

Вся замотанная в бинты и обезболенная, она практически ничего не соображала. Единственное, что она повторяла: «Какие красивые страшные глаза». Да уж, глаза у ублюдка и правда были красивыми.

Йона продолжал отвечать на вопросы прокурора, но взгляд его был прикован к Мартину. На каждом описании страданий или пыток, которые претерпевали его жертвы, ублюдок едва заметно улыбался. Лицом он владел, конечно, отменно, но все равно опытный глаз подмечал, как уголки губ едва заметно подрагивают.

Да он просто наслаждается тем, что сейчас слышит.

Захотелось вскочить и крикнуть что было сил: «Да посмотрите же на него, у него на роже все написано, как вы этого не видите?»

Незаметно для себя Йона подошел к финалу истории Джека-прыгуна.

– Расскажите о задержании подсудимого. – Голос Дексли был непривычно тих, так что стук пишущей машинки, отбивавшей его слова в протоколе заседания, показался звуками пулеметной очереди.

– Мы прибыли по сигналу от наблюдателей.

– Наблюдателей?

– Да, местная община д’эви согласилась помочь, плюс я сам из тех мест, люди на улицах еще меня помнят. Так что мы прибыли на место до того, как подсудимый успел еще кого-то покалечить.

– Как проходило задержание.

– Да, как… обычно. Увидел подозреваемого, тип в маске роется в мешке с чем-то тяжелым. Все гремит. Я подошел к нему сзади, говорю: «Полиция, сдавайся». Мне в ответ оскорбление, и он бросился бежать. Ну… я не бегун, сами видите. Взял что-то потяжелее да и просто метнул.