Павел Смородин – Кровавая стая (страница 35)
— И?
— Даже, если мы отметем тот факт, что Декланд весьма средний военный, и он не смог бы выполнить столь тонкую работу. Вам не показалось бы странным, если в квартире командующего офицера появится рядовой из штурмового отряда, который, ко всему прочему, расквартирован в другой части поселка?
— Макс, а она права, — подтвердил Дижо и громко зевнул. — Он бы тут торчал, как одинокая береза в поле.
— Спасибо, — поблагодарила Вален и продолжила мысль. — Думаю, что тут мы имеем, как я бы сказала, микст случай.
— Доктор, как для тупых, пожалуйста, — с улыбкой попросил полковник Йест.
— Так в вирусологии называется заражение двумя и более возбудителями. При этом Оба вируса могут как развиваться в теле носителя параллельно, так и взаимно усиливать действия друг друга.
— Полагаете, что это наш случай.
Ведьма замолчала на секунду, обдумывая свои следующие слова, а затем просто кивнула.
— Ну просто зашибись. У тебя что по бумаге?
— Ничего, — главный механик только виновато развел руками, — никаких следов ДНК, отпечатков тоже нет.
Старый затушил сигарету и недовольно взглянул на своих гостей. Вид его сейчас выражал крайнюю степень негодования и нежелание даже думать о том, что он только что услышал. Вот только игнорирование проблемы эту самую проблему не решит.
— То есть, — проговорил он после паузы, — вы предполагаете, что у меня вся рота напичкана шпионами. Да такими, что не найти следов?
— Только в командном составе, — поправила Марта спокойно.
— Что и я?
— Думаю, всех присутствующих, а также капитана первого взвода можно исключить, — Ведьма не поняла издевки и ответила максимально серьезно.
— Спасибо хоть на этом... Что же, в таком случае нужно держаться наготове. Спокойно расходимся сейчас и не понижаем бдительность. Доктор?
— Да, господин полковник?
— Приготовьте на всякий случай свободные койки для всех отсутствующих в расположении.
— Хорошо.
— Если вернутся сами и на своих ногах, сам их в лазарет отправлю.
Вален встала первой и, поправив форменный комбинезон на животе, вышла из кабинета. Вторым собирался выйти главный механик, но выразительный взгляд командира заставил задержаться.
— Ты что-то хотел сказать?
— Думаешь, Кэтти выжила?
— Надеюсь.
Глава 20
Остаток прошлого дня смешался в голове у Кэт в одну не прекращающуюся череду событий. Самым знаменательным, конечно же, стало возвращение к своим. Они с Реми шли четыре часа через дикий и нехоженый лес, пока наконец на них не наткнулся поисковый отряд. Когда поисковики нашли их, оба откровенно были плохи — уставшие, тяжело раненные и голодные. В таком состоянии они больше походили на пару призраков, погибших под колесами броневика. Естественно, что опознали их не сразу.
Несколько винтовок нацелились им в головы, а затем... кто-то догадался пропустить вперед Ларса Берила. И это был, пожалуй, первый случай, когда капитан седьмого взвода чуть ли не плакал от радости.
Дальше все уже было как в тумане: первая помощь, тяжелое напряженное молчание всю дорогу до базы, а затем срочный осмотр в медблоке и заселение в отдельную маленькую палату. Небольшая аккуратная комнатушка три на три метра, была гибридом спальной комнаты и магазина электроники. Внутри была размещена небольшая медицинская кровать, прикроватный столик с гостевым стулом, и из обычных вещей больше ничего. Вся остальная площадь комнаты была буквально заставлена различным медицинским оборудованием. Тут находилась практически операционная в миниатюре, только не было хирургического стола и оборудования для анестезии. Все было чистенькое и аккуратное, словно первоклассник на торжественной линейке.
Давненько Кэт не лежала в медицинском блоке, вот и отвыкла от того, как тут все. Да, периодические ее сюда заносило — либо забрать кого-то из своих, либо подлатать что-то не слишком серьезное. А вот сейчас она, пожалуй, впервые зависла тут на длительный срок. Шутка ли, Вален после первого беглого осмотра выставила предварительные сроки восстановления в неделю, но уже на втором изменила сроки на десять дней. Кэт ее в чем-то понимала. Марта была, по заверениям многих, лучшей ученицей мамы. Что уж греха таить, если соавтором половиной последних работ Элоизы Йест значилась некая Марта-Шарлотта Вален, магистр медицины, по версии самой Ведьмы — полная тезка и тоже врач.
За первые несколько часов у Кэт в палате успели побывать практически все близкие и не очень друзья, пара знакомых и оба деда, каждый по два раза. Они что-то говорили, кто-то даже притащил корзину настоящих апельсинов. Вот только такое внимание бесило. Но гости словно не понимали того факта, что ей стыдно оставаться в живых, когда все ее подчиненные лежат черт знает где. Единственным, кто хоть как-то ее сейчас понимал, был Реми. Но его в срочном порядке оперировали.
Вален явно что-то заметила в поведении Кэт, так что скорректировала курс препаратов. Депрессия и апатия на третий день пребывания в лазарете сменилась жаждой действия. Хотелось хоть чем-то заняться, занять голову и руки. Кэт была бы не прочь чтобы рвануть на фронт в составе передового отряда, разнести пару дотов или дзотов, выжечь колонну вражеской техники. Найти и добить парзанцев. Каждого ублюдка она бы с радостью отправила на тот свет, но только пришедший в гости Старый расстроил новостями.
База, на которой держали Киску, была спешно брошена. Эвакуация была проведена просто идеально, лагерь не просто опустел. Не-е-ет. «Парзанские огневики» отработали все по высшему классу: все ценное вывезли, остальное облили горючкой и подожгли. А еще не забыли поставить по десятку мин на каждом выходе. Как говорил дед: «Не осталось ничего, кроме пятен смазки, да матерных надписей на стенах».
Уговаривать старую подругу семьи на раннюю выписку не было смысла, так что Кэт в маниакальной фазе откровенно заскучала. Она пробовала что-то читать, но текст в голове не задерживался. Это было какое-то мистическо-детективное чтиво про волшебника-маньяка и пару героических детективов. Критики писали про «многообещающую трилогию начинающего автора», но Кэт не дошла дальше третьей главы. Кино на планшете она не досмотрела и до середины. Музыка надоела, а тишина бесила.
В голову начали лезть разные мысли, такие, которые не хотелось произносить вслух, потому как последствия их будут сравнимы с попаданием ракеты в бочку ассенизаторской машины. Капитан не хотела об этом думать, но, словно маньяк, раз за разом прокручивала события прошедшего дня. Вновь и вновь она погружалась в воспоминания, где возвращалась к смерти Кроули.
Осложнялось все еще и тем, что сейчас в организм девушки усилиями автоматики были закачаны литры различных медицинских жидкостей. Что-то было знакомым, что-то абсолютно новым. Ведьма всадила ей почти конскую дозу обезболивающего, чтобы унять боль в ребрах. Раствор отлично работал, но голова в некоторые моменты соображала туго. Мысли порой путались. Проводить сложную аналитическую работу под наркотиками — так себе задачка, но Кэт не отчаивалась.
Она пошла на десятый круг воспоминаний — закрыла глаза и принялась «смотреть кино». Внезапная идея заставила девушку чуть ли не подскочить.
«Так стоп, Ева, — позвала Киска голос в голове, — есть вопрос».
«Внимательно слушаю», — голос появился практически сразу.
«Ты фиксировала события вчерашнего дня»? — спросила девушка с надеждой.
«К сожалению, в силу отсутствия технической возможности, мой носитель был уничтожен, а тело пилота не оборудовано специфическими модулями и блоками для проведения фиксации», — с извинением в голосе проговорил искин.
«Как ты тогда смогла понять в воде, что мне нужна помощь»?
«Блок управления доспехом, который вживляется в мозговые и спинно-мозговые отделы, способен считывать интенсивность основных показателей жизнедеятельности. Моя математическая модель определяет наиболее близкий сценарий и запускает выполнение требуемых алгоритмов, — пояснила Ева, а затем продолжила, — Кроме того, в данный момент у меня нет данных о том, чтобы кто-то владел технологией считывания мыслей и воспоминаний, способной фиксировать воспоминания».
«Поняла, — надежда на помощь окончательно испарилась, — чем тогда ты можешь помочь»?
«Сожалею, но в текущем вашем состоянии я способна на фиксацию ваших выводов и их критический анализ», — ответил искин с нотками вины в голосе.
«Ладно», — я попробую все вспомнить сама, но ты будь наготове.
«Хорошо», — подтвердил голос и затих.
Людоед стоял в десятке шагов дальше от воды у самой границы с лесом и держал пару на прицеле. Вид у него был самый что ни на есть потрепанный, но лицо ничего не выражало кроме предвкушения убийства. Киска осторожно перенесла вес на ногу и приготовилась к броску. Полковник это заметил. Пистолет повернулся в сторону стоящего на четвереньках Реми.
— Хоть одно движение, и я всажу вашему дружку пулю в пах. Убить не убью, но спасибо он вам точно не скажет.
— Я стою
— Вижу. Вот только миром мы точно не разойдемся.