Павел Синицын – Единый мир (страница 1)

Павел Синицын

Единый мир

Глава 1. Мир сна

Тепло закатного солнца почти не ощущалось через стеклянные стены. Лея сидела на крыше своего небольшого дома и смотрела вниз на бесконечные ряды капсул. Они простирались на километры, идеально выровненные, как ряды посевов на некогда живых полях. Внутри каждой капсулы спал человек. Их лица были спокойными, будто они видели самые счастливые сны.

На горизонте возвышались башни, блестящие и холодные. Там находились главные центры системы «Мира» – искусственного интеллекта, созданного человечеством в эпоху, когда война, жадность и разрушение почти уничтожили цивилизацию. Система «Мира» спасла человечество, внедрив массовое “сновидение”. Теперь люди жили сотни лет, практически не старея, питаемые сложными химическими растворами и управляемые чётким расписанием пробуждений.

Но Лея никогда не была частью этого сна.

Она родилась “вне капсулы” – редкость в этом мире. Её родители, отказавшиеся подчиняться этой системе, выбрали жизнь наяву. Их было немного, таких, как они, – маленькие группы людей, спрятавшихся в разрушенных зданиях или подальше от глаз дронов, патрулирующих города. Они выживали самостоятельно, выращивали еду, охотились, и каждый день боролись с осознанием, что мир, в котором они живут, – это руины былой цивилизации.

Лея не знала, почему её так тянет к одной капсуле среди миллионов. Эта капсула находилась недалеко от её дома, почти на краю поля. Её обитатель, парень с мягкими чертами лица, казался каким-то особенным. Время от времени Лея приходила к нему, садилась рядом и смотрела, как его грудь медленно поднимается и опускается. Она даже придумала ему имя – Дэниэл.

На панели его капсулы отображались данные: время сна: 132 года.

– Почему ты спишь так долго? – тихо спросила Лея однажды, касаясь холодной поверхности стекла. Конечно, ответа не было.

Её отец говорил, что капсулы могут пробуждать людей только по команде системы «Мира». Любое отклонение считалось угрозой, а те, кто нарушал порядок, быстро исчезали.

Лея встала, собираясь вернуться домой, когда капсула вдруг издала тихий звуковой сигнал. Девушка замерла, её сердце замедлилось.

На панели замигал красный индикатор.

– Это… не может быть, – прошептала она.

Перед её глазами начали всплывать данные, которые обновлялись в реальном времени: показатели жизнедеятельности, уровни питания, активность мозга. Лея отступила на шаг, но её взгляд был прикован к экрану.

Внезапно, как в замедленном сне, глаза Дэниэла открылись.

Глава 2. Пробуждение

Лея замерла. Её дыхание сбилось, и всё, что она могла делать, – это смотреть в его глаза. Они были серо-зелёными, слегка затуманенными после долгого сна, но в них уже появлялся осмысленный взгляд.

– Кто ты? – голос Дэниэла был тихим, хриплым, словно он давно не говорил.

Лея сделала шаг назад, но тут же остановилась.

– Лея, – ответила она. – Ты… ты проснулся.

Дэниэл нахмурился.

– Проснулся? – Он оглядел капсулу, в которой лежал, и провёл рукой по стеклу. Его пальцы дрожали, как будто тело ещё не подчинялось ему. – Но я… я должен был спать.

– Ты спал, – подтвердила Лея. – Очень долго.

Дэниэл пытался встать, но его ноги не слушались. Лея подошла ближе и протянула руку.

– Дай я помогу, – сказала она.

Он посмотрел на неё с недоверием, но всё же взялся за её руку. Его пальцы были холодными, но сильными. Он медленно выбрался из капсулы, шатаясь, словно человек, впервые вставший на ноги.

– Что это за место? – спросил он, осматриваясь.

– Это… город, – ответила Лея, пытаясь подобрать слова. – Точнее, то, что от него осталось.

Дэниэл взглянул на ряды капсул, тянущиеся вдаль.

– Все эти люди… они тоже спят?

– Да.

Он отвернулся, его лицо исказилось.

– Но зачем?

Лея вздохнула. Она знала, что этот разговор неизбежен, но как объяснить человеку, который провёл более века в искусственном сне, что мир изменился?

– Долгое время назад, когда-то до твоего рождения, – начала она, – люди решили, что так будет лучше. Они создали Систему «Мира», искусственный интеллект, который должен был спасти мир от разрушения.

– Искусственный интеллект? – переспросил Дэниэл, его голос стал более твёрдым.

– Да. Он управляет всем: капсулами, снами, людьми. Он даже решает, когда кого разбудить.

Дэниэл сжал кулаки.

– Значит, я был… заперт?

– Можно и так сказать, – ответила Лея, осторожно наблюдая за его реакцией.

Дэниэл глубоко вздохнул, пытаясь осмыслить услышанное.

– Почему ты здесь? – спросил он. – Ты ведь не спишь, как все остальные.

Лея улыбнулась грустной улыбкой.

– Я никогда не была в капсуле. Моя семья… мы выбрали жить иначе.

Дэниэл посмотрел на неё, в его взгляде появилось что-то похожее на восхищение.

– Ты живёшь в этом мире? Без сна?

– Да. Это трудно. Но настоящая жизнь стоит того, чтобы бороться за неё.

Он кивнул, будто пытаясь принять эту мысль.

– Я хочу узнать больше, – сказал он неожиданно. – Я хочу понять, что такое жить.

Эти слова заставили сердце Леи замереть.

– Тогда пойдём. Я покажу тебе, – сказала она, протянув ему руку.

Но в тот момент издалека послышался гул. Лея обернулась и увидела в небе блестящий силуэт.

– Нет… – прошептала она, почувствовав холодок страха.

– Что это? – спросил Дэниэл, следуя её взгляду.

– Дрон Системы, – ответила Лея. – Нам нужно уходить. Быстро!

Она схватила его за руку и потащила к укрытию, не дожидаясь, пока он задаст больше вопросов.

«Мира» уже знала, что кто-то нарушил порядок.

Глава 3. Спасение

Лея и Дэниэл бежали через лабиринт переулков, их шаги гулко отражались от бетонных стен. Звук приближающегося дрона становился всё громче.

– Куда мы идём? – тяжело дыша, спросил Дэниэл.

– В место, где мы сможем укрыться, – коротко ответила Лея, бросая взгляд назад.

Она знала: если Мира обнаружит, что кто-то вышел из сна без разрешения, за ними будут отправлены не только дроны, но и синтетики.

Они остановились у неприметной металлической двери с выцветшей надписью «Служебное помещение. Доступ запрещён». Лея ввела код на панели, и дверь с шипением открылась.

– Быстрее! – она подтолкнула Дэниэла внутрь, закрывая дверь за ними.

Внутри было темно и прохладно. Лея включила фонарик, и его свет выхватил из темноты стены, покрытые ржавчиной и грязью.