Павел Шушканов – История моего браузера (страница 4)

Факультетов оказалось три и ни один из них никак не подходил к моему диплому. Впрочем, дополнительных указаний Артем не давал. Соврав про свою загадочную писательскую душу и тайную биографию, я получил своих заветных семьдесят два часа. Потом смотрел как поливает чахлые цветы на окнах задумчивая пожилая лаборантка. В ее движениях была угрюмая точность и тоска от необходимости делать это каждую неделю. Она взглянула на меня, прищурившись и перелила воды в гортензию. Потом выругалась через стекло. Что ж, с первым пунктом покончено. На удивление обошлось без серьезного мозгового штурма. Посмотрим, что ты припас дальше, сценарист моего отпуска.

Синее пальто. Мне следовало избегать его впредь, но в Старонавинске, насколько я узнал этот город за минувшие сутки, вообще сложно чего-либо избегать. Я понял вдруг, что в месте, где интернет – все еще технология будущего, мне катастрофически не хватает обычных блокнота и ручки. Девушка в пальто решила, что ей срочно нужны мятные конфеты. Я стоял позади нее и пытался, не слишком шумно вдыхая уловить запах духов. Чистое любопытство. Я слишком много общался с девушками в больших городах и совершенно забыл, что в маленьких они тоже бывают. У них явно есть духи, помада и какие-то представления о моде. По крайней мере это пальто очень неплохо выглядит и сидит на ней.

Девушка была ниже меня почти на голову. Она терпеливо ждала, пока полузнакомая уже продавщица перестанет копаться под прилавком. Я слышал, как она тихо сопит заложенным носом и постукивает ногтем по стеклянной витрине. В отражении она заметила меня, взглянула прямо в глаза. Я торопливо сунул руки в карманы и подул себе за воротник – принял скучающий вид, как я это себе представлял.

Получив наконец конфеты, она уступила мне место. Я выбрал самый толстый и самый страшный блокнот с какой-то областной достопримечательностью и дешевую ручку. Расплатившись, обернулся. Девушки уже не было.

– Без сдачи поищите, – попросила продавец.

На улице меня окликнул незнакомый и тихий голос. Не по имени, конечно. Просто лаконичным «простите». Я обернулся.

– Вы правда из полиции?

Слегка вздернутый нос, маленький подбородок, неаккуратно подведенные дешевой тушью ресницы. Она смотрела на меня слегка щурясь и ждала ответа, пряча руки в карманах синего пальто. В ее глазах искрились солнце и молодость, но еще там витала тень какой-то глубокой ледяной печали. Соврать ей сходу, как привык делать за свои прожитые четыре десятка, я не смог.

– Веду кое-какое расследование, – уклончиво ответил я.

– Если что – это не он. Не Костя.

Я невольно нахмурился.

– Рад за него. А вы о чем?

– Недавно разбили окно и прокололи колеса заезжей машине из области возле парка. Он ни при чем, он со мной был.

– Ясно, – серьезно кивнул я. – Но это не мое дело. Я тут по совершенно другому вопросу.

Она поджала губы, еще немного постояла молча, разглядывая меня.

– Простите, – наконец тихо сказала она, шмыгнув носом и побежала вниз по ступеням.

Я окликнул ее почти сразу, плохо представляя себе, что я делаю. Но в этом городе у меня не так много знакомых.

– Как вас зовут?

– Полина, – осторожно ответила она.

– Полина. Наверное, вы могли бы мне помочь. Только давайте отойдем с прохода куда-нибудь, – я едва не взял ее под локоть и вовремя спохватился – это было бы гигантской ошибкой. Особенно если учесть, что продавщица не сводила с нас глаз.

– Я не…

– Уверен, что ваш Костя тут ни при делах. Даже несмотря на его вспыльчивый нрав, – быстро добавил я.

Она покусала губу.

– Покажите удостоверение.

– У меня его нет. С собой по крайней мере.

– Хорошо. Идемте.

Я был готов снова идти в парк, и даже еще раз разыграть сцену с «Александром Семеновичем», но Полина нырнула в двери почты, слегка придержав дверь.

Внутри было просторно, пахло свежими газетами и недавно помытым полом. На большом стекле, отделяющем продавца от посетителей, сверкала всякая всячина от марок до жевательной резинки и батареек. Обложки глянцевых журналов наползали одна на другую. Пакетики с семенами и ядами от вредителей поблескивали на самых видных местах.

– Можно кофе? – неожиданно спросила Полина, слегка нагнувшись к окошку. Женщина по ту сторону сняла очки, мельком глянула на меня и кивнув скрылась в подсобке.

– Тут кофе продают? – уточнил я. Полина промолчала. Через минуту горячий пластиковый стаканчик просунулся в окошко. В нем медленно растворялись комочки кофейного порошка и сухие сливки.

Мы присели за синий столик у окна, на котором обычно заполняли бланки, извещения и конверты. Нас никто не прогнал. За окном проехала машина и снова стало тихо.

– Я кое-кого ищу в вашем городе, – спохватился я. – Вот этого человека.

Тема на фотографии выглядел по-дурацки, но зато не подозрительно. Полина долго вглядывалась в экран моего телефона, перегнувшись через столик. Взять в руки и посмотреть ближе не решилась.

– Обычный парень. Если и был у нас проездом, то вел себя хорошо. Костя с компанией против него явно ничего не имели.

– Они докладывают, что ли? – усмехнулся я. Но Полина даже не улыбнулась. Только пожала плечами и отвернулась к окну. Я понял, что она сейчас допьет кофе и уйдет.

– Вы мне помогли, – сказал я.

– Правда? Чем же?

– Теперь я знаю, где его точно не нужно искать – в травматологии и в морге.

Полина нахмурилась, а потом медленно кивнула и облизнула губы.

– А, шутите.

Разговор не клеился. Я оглядывался вокруг в поисках того, о чем можно спросить, но почта – не музей потерянных тем для разговоров. Правда, тут почему-то продают кофе.

– Не цепляйтесь к нему, ладно? Он просто глупый. У него старший брат такой же, а Костя повторяет все за ним. Всегда повторял. Я скажу ему, что вы правда полицейский, хотя удостоверение ваше не видела. Но вы тоже постарайтесь ночью в парке не гулять. Тут так не принято.

– Всем не принято?

– Не нашим. Тем, кто из области. Вы же из области?

– Я из столицы.

Последнее я ляпнул не подумав. В моей голове это звучало как-то вроде: «Я с Каллисто – спутника Юпитера», но получилось пафосно и глупо. А чего я ждал? Восхищенных глаз и вопроса бывал ли я в Кремле?

– Приехал учиться, остался работать в конторе, купил однушку в кредит на самой окраине промзоны – два часа до центра. Кроссовки – китайский Сен Лоран и в душе лимита, зато отличаю капкейк от маффина.

Она наконец улыбнулась. Совсем слегка. Но по крайней мере – хороший знак.

– Вы врете. Я сразу чувствую тех, у кого есть деньги и тех, кто врет.

– И кто же я из них?

– Оба.

– И я правда ищу своего друга, – добавил я. – Лучшего друга.

– Он точно не приходил в клуб, – сказала Полина. – Там любой приезжий сразу бросается в глаза. А вообще, – она допила кофе и кинула стаканчик в ведро для пустой упаковки, – вам нужно уезжать. Не задерживайтесь у нас надолго.

– Это из-за Кости и его компании?

– Не только.

Я ждал продолжения фразы, но Полина натянула шапку и начала подниматься из-за столика. Аудиенция окончена.

– Постойте! – наверное я слишком громко это сказал – Полина вздрогнула и покосилась на женщину за стойкой. Но я не заметил раньше развешенных на стене детских рисунков. Полупрозрачная акварель на искореженной от влаги белой бумаге, прицепленной к стенду старыми кнопками. Широкие мазки кисти оставили рисунки домов с большими окнами, какой-то памятник, флаги в узнаваемом по воротам парке, грустные глаза неизвестных женщин и строгие мужские лица. Аккуратно распечатанный листок сообщал о конкурсе детского рисунка за позапрошлый год. Победитель красовался на самом верху стенда и намекал ровными линиями на помощь со стороны взрослой руки, но он меня не интересовал. Любопытнее был рисунок в самом низу. Два низких дома из красного кирпича с колоннами на фасаде. А над ними темная громада водонапорной башни. Она была нарисована так точно и естественно, словно ребенок рисовал с натуры.

– Что это?

Полина коснулась пальцами желтеющего рисунка.

– Каланча Цапа – детская страшилка. Не слышали? Наверное, такое только у наших есть.

– Она существует? – спросил я.

Полина округлила глаза и повторила медленно как идиоту.

– Детская страшилка. Не думала, что в них еще верят и даже рисуют.

Я хотел оторвать рисунок от стены, но заметил, что женщина наблюдает за нами и аккуратно сфотографировал его. Полина не стала ждать. Я нашел ее на крыльце уже снаружи.

– Спасибо вам еще раз, – сказал я.