Павел Шлапаков
Гурбелкский Зверь
«Мемуары Джакомо Скварчалупи, борца с чудовищами и спасителя человечества»
Переведено на русский.
Запись от 1 июля 2021 года.
Месяц ещё не начался, как уже озадачили работой.
Этим утром я проснулся на удивление рано; заря была ещё подёрнута туманной дымкой, когда я вышел на балкон. Мне ещё не доводилось видеть такой великолепный рассвет в своей дерзкой жизни; много времени, знаете ли, уходит на подвиги, мимо глаз проходит вся та красота, что окружает нас.
Я наслаждался прекрасным видом и крепким кофе, лениво обдумывая, как пройдёт очередной беззаботный день, как утреннее спокойствие потревожил звонок. Это звонил Бруно.
(Бруно – один из агентов Джакомо, что искали для него работу по всей Евразии.)
Он заявил, что моя помощь может потребоваться в России. Если честно, меня это рассмешило: не забавно ли, что людям, которые братаются с медведями и кормят тех с руки, понадобился я? В любом случае, раз нужен человек, который не боится вступить в схватку с огромным аллигатором, тигром-людоедом, бешеным гризли или другой опасной живностью, то вызывайте Джакомо Скварчалупи, то есть меня! Лучше Джакомо Скварчалупи в этом деле нет никого!
Бруно сказал, что люди из поселения, что затерялось где-то в дебрях бескрайней Тайги, страдают от неизвестного животного. Какой-то неведомый хищник истребляет их, и им ничего не остаётся, как спасаться бегством. Когда я попросил конкретики, Бруно ответил, что это всё, что сказали местные жители, никаких подробностей.
Меня это не смутило. Если люди побоялись или попросту ленятся сказать правду, я узнаю всё сам.
Что ж, вещи собраны. Через пару часов я отправляюсь в самую большую страну мира. Если честно, есть некий ажиотаж, не столько перед встречей с монстром, сколько с русскими.
Запись от 25 июля 2021 года.
«Дело №29»
Путь от Рима до Москвы оказался неспокойным: какие-то ненормальные могли сорвать рейс ещё до вылета; после посадки они начали кричать, спорить со стюардами, не слушали сотрудников полиции. Я не выдержал; встал и моим огрубевшим голосом, которым укрощаю гризли, приказал сесть. На них подействовало. Полисмен с жаркой признательностью сказал: «Спасибо вам, синьор Скварчалупи!»; я заверил их, что прослежу, чтобы они впредь никому не докучали. А вознамерятся – усмирю, как я это умею.
В аэропорту Домодедово меня встретил Бруно.
«Нас ждут в другом городе», заявил он, принимая вещи, и повёл к стойке, где положил передо мной миграционный бланк и два посадочных талона до Иркутска. Я глянул на время вылета-прилёта и присвистнул: полёт между городами одной страны займёт почти в два раза больше времени, чем между столицами государств, разделённых десятком других! Не могу перестать поражаться!
Нас ждали – ещё в полёте Бруно по своим каналам нашёл человека, что отвезёт до интересующего места. Тот стоял у выхода с картонкой, где маркером коряво вывел «Скарчапули».Scemo. Бруно с ним переговорил; русский взял часть моих вещей и повёл к стоянке, к внедорожнику, что напоминает серый кирпич, и расположил нас внутри.
Эта часть пути оказалась куда сложнее и нервнее. Во внедорожнике русского мы ехали 9 мучительных часов по каким-то ужасным дорогам! Моя спина, ноги… да и вообще всё тело не довольно таким путешествием! Каждую секунду просил Святую Троицу избавить меня от сих мучений, а русский с насмешливой миной заявлял, что это только после дождей, а так нормально едется.
Cтоял уже вечер, когда мы добрались; солнце давно село, и тьма спрятала от меня страдальческое место.
Ждали меня в маленькой деревушке под названием «Гурбел». Быть честным, представляет она из себя жалкое зрелище: много порушенных построек, пустыри на каждом шагу, горы мусора. Видно, про неё все забыли и даже не думают проводить здесь каких-либо инноваций. Как говорили позже местные, единственным новшеством, если её можно так назвать, была табличка с названием деревни.
Русский поговорил с жителями, и те показали, где найти главу поселения. Нашёлся тот у себя дома. Мы переговорили с помощью интернет-переводчика (в который раз воздаю славу техническому прогрессу!) под кружки чая, что заваривается в пакетиках, с самодельным печеньем, что спекла его жена.
С некоторых пор в Гурбеле нельзя и вздохнуть спокойно. Страшный зверь, казалось бы, без видимых на то причин, появился в их глуши. Много кто пострадал, мало кто видел монстра, и те, кто видел, с ужасом вспоминают встречу. Районные власти присылали отряд из пяти сотрудников полиции, что с местными, выступившими в добровольцы, прочесали местность. Но тварь им на глаза не попалась. Сейчас в деревне дежурил участковый, который вскоре присоединился к нам. Он был явно недоволен нашим появлением. «Если мы не можем его найти, что сделаете вы?» – спросил он саркастически. После встречи с одним из местных, о ком я расскажу позднее, зверь не попадается ни на какие уловки и приманки. А смысла уходить от деревни дальше нескольких километров, в радиусе которых уже всё проверено, они не видят – сильно увеличивается площадь поисков. Ждать в деревне надёжнее – стоит тому сюда только сунуться, точно будет схвачен или ликвидирован; люди ведут себя бдительнее, без лишней необходимости не покидают домов, благодаря чему риск потерь уменьшается. Так что мы здесь лишние – так он закончил. Громко, конечно, сказано и звучит уверенно, но не в моём стиле сидеть и ждать удачного момента; я достигаю целей действиями, основанными на опыте и инстинктах.
Глава, видимо, придерживался моего мнения. «Вы – наша последняя надежда», – такими словами он закончил рассказ. Слукавлю, если скажу, что не он не потешил моё эго.
Я предложил такую сделку: каждый житель (а здесь их, если судить по последнему пересчёту населения, от 450 до 600) платит по одной тысяче рублей. В итоге в среднем получится около 6,5 тыс. евро. Это и будет мой гонорар за избавление от террора; да, мелочный, но большего я бы не добился. Полицейский (имя ему, кстати, Яков) возмутился – брать деньги за помощь в таком деле? Это моя работа, ответил я и подмигнул. Он скорчил гримасу, которую можно назвать «я был о вас лучшего мнения». Не впервые я её вижу. Глава же заверил, что люди согласятся, главное, чтобы можно было как раньше жить без страха.
После разговора он указал выделить нам с Бруно место для ночлега. Расположили в местном клубе. Ущербное место, хочу сказать, никаких удобств, никакого обслуживания; спим мы на полу в спальных мешках, тепло в помещении обеспечивается от дровяной печи, что каждый вечер топит молчаливый житель, не произнёсший ни слова за всё это время; еду, дрянную на вкус, приходится брать в местном магазине, до которого ещё нужно дойти в конце дня, полного хождений и расспросов.
Вот так меня встретила Россия. В тот день я был так умучен, что легко заснул на полу, но в следующие дни просто подремать стало настоящим испытанием. Если бы не работа, я в тот же день двинулся бы обратным путём и через сутки-двое нежился под солнцем у себя на вилле.
На следующий день мы начали обход с целью опроса по теме терроризирующей твари. Яков сопровождал нас некоторое время, после чего покинул; и так каждый день – час-два молчаливо ходит за нами, слушает, что-то записывает, а потом уходит по своим делам. На опрос ушло около недели; все согласились на предложенную сумму. За это время произошло несколько нападений на местный скот; я одним из первых пребывал на место и шёл по оставленным следам, но они всякий раз приводили к реке, где терялись.
Благодаря показаниям, что дали люди, сложилась целостная картина. Все факты я узнавал в разном порядке, поэтому не стоит обращать особого внимания на непоследовательность дат; я поведаю историю Гурбелкского зверя с самого начала до завершения.
А начинается всё с группы подростков, каждому лет по 12–14. Можно считать, что они стали причиной появления монстра. Почему? Сейчас поясню. 7 июля я провёл беседу с мальчиком по имени Иван Дроздов. По его словам, он и ещё несколько его сверстников купались в местной реке под мостом и нашли…
– …странная бутылка?
Ваня, только что поднявшийся со дна, где нашёл интересную корягу и которую пытался вытащить, протёр глаза и поднял голову. Данила, его лучший друг, стоял на мосту и указывал куда-то на запад, против течения. Ваня проследил за направлением руки; все ребята, находящиеся в воде, посмотрели туда же. С водной поверхности не было видно, что привлекло внимание Данилы, но с полной уверенностью можно было сказать, что объект лежит на островке, представляющем собой скопление брёвен посреди реки.
– Что там? – спросил один из парней, выплывший из-под моста.
– Бутылка, – повторил Данила. – Какая-то странная бутылка. В ней что-то есть. Что-то оранжевое.
Двое из ребят, что находились в воде, поплыли к островку. Ваня решил не отставать. Сзади прозвучали три поочерёдных плюха – Данила и двое парней, что были в тот момент рядом с ним, спрыгнули с моста.
Он забрался на островок третьим и начал осторожно пробираться вперёд, внимательно смотря, куда ставит ноги, дабы не упасть и не пораниться. За ним взобрались остальные. Двое парней уже обыскивали территорию. Но, судя по всему, ничего не нашли. За дело взялся Данила. Он видел бутылку, посему мог провести их. И провёл.
