Павел Шлапаков – Чертовщина (страница 10)
Почему бы не уехать? – подумала Наталья в тот момент, когда Иванов скрылся во тьме часовни. Она вся дрожала – и от надвигающегося холода, и от тяжкого страха. Анна держалась увереннее, хотя, может, это на первый взгляд. Возможно, тоже напугана, просто не показывает этого. Тем более после того, как Васильев заявил, что она трусиха. Вариант закончить это безумие казался разумным и очень правильным. Наталья хотела предложить его остальным, но не успела – Анна вырвала локоть и вбежала по крыльцу. За ней поспешил Тимофей и Анастасия спустя пару секунд колебаний. Наталья проглотила подступающий к глотке ком и зашла за остальными.
Николай широкими шагами направлялся к небольшой религиозной постройке. Лицо озаряла улыбка ожидания. Когда он отошёл от пугающего дома, возле которого обнаружил зеркальце, на фоне серого неба увидел крест и без всяких промедлений направился в его сторону. Не трудно было догадаться, что крест венчает часовню или другое подобное религиозное сооружение. Если местные священнослужители, когда покидали поселение, не стали забирать вещи, то там может найтись что-нибудь ценное. Иконы, например. А это настоящее бинго! – ведь, как когда-то слышал, иконы, особенно очень старые, стоят бешеных денег. Не терпелось оказаться внутри.
Макар шажками продвигался вперёд, пока не наткнулся на что-то, доходящее до живота. Пошарил рукой – ровная горизонтальная поверхность. Как раз то, что нужно. Именно здесь всё и пройдёт. Зашёл за неё, встал лицом к выходу, куда заходили другие члены группы, достал из пакета главный инструмент эксперимента, перед которым внутренне трепетал, даже сильнее, чем перед этой часовней, и положил на поверхность. Теперь нужен свет.
Только Наталья закрыла за собой дверь, как помещение слабо озарилось. Свет исходил от огонька на фитиле свечки, что держал Васильев. Он стоял за небольшим квадратным столиком, высотой достигающий его живота, который, видимо, служил как алтарь – или аналой, – куда клали священные писания. Но то, что сейчас его занимало, ввело Наталью в ещё больший кошмар. Круглая, покрытая блестящим лаком доска. По кругу написаны буквы в старорусском стиле. Ближе к центру шли цифры от 0 до 9 и три слова: «ДА», «НЕТ» и «ПРОЩАЙ». А в самом центре – изображение какого-то чёрного существа.
Анастасия как загипнотизированная смотрела на доску. Она догадывалась, для чего та предназначалась, но разве в подобном занятии не используют другую? И тут учуяла приятный тёплый запах. Источником, по-видимому, являлась горящая свеча, которую держал Васильев, – единственный источник тепла. Анастасия повернулась к стене, принялась шарить по полке. Тоненькая свечка нашлась тут же. Поднесла к носу. Приятный аромат, напоминающий то ли сало, то ли… она не могла понять, что, но точно что-то съедобное. Почему обычная свечка так пахнет? Может, она и не обычная. Откусила кусочек, но потом выплюнула. Долбанный воск.
Он что, собрался духов вызывать? – в ужасе подумал Кирилл. Опять же, фильмы ужасов показывали, чем заканчиваются подобные безрассудства. Взыграла паника: это и есть его «интересный эксперимент»?! Именно для этого он их сюда и созвал?! Он начал задыхаться, стены будто сходились, угрожая раздавить его. Кирилл собирался выбраться наружу и убежать к машине, завести и умчаться прочь, позабыв обо всех. Уже взялся за ручку, как дверь отворилась, и вошёл Николай. Его появление вернуло Кириллу толику здравомыслия. Он, как мог, отогнал панику и отбросил дурные мысли.
То, что все собрались в часовне, Николая никак не удивило. Он узнал о том, что затевает Макар, когда они отъехали от Ключика. И это место идеально подходило для «интересного эксперимента» Макара. Он прошёл мимо Иванова, протиснулся между Одинцовой и Фадеевым. Когда оказался рядом с Грошиковой, уставился на круглую доску, в центр которой Макар поставил свеча. Это что, доска Уиджа? Да нет, не похожа. Она круглой, а не прямоугольной формы. И где плашка с выпуклым стеклом? Макар поднёс фитили трёх свечей к огоньку, и, когда те подожглись, помещение осветилось лучше. Полки пустовали, лежало только несколько свечей. Николай взял одну, подошёл к Никитенко и принялся внимательно осматривать стены от пола до потолка. И нашёл, что искал – в щели между половой доской и стеной нашёлся прямоугольник из материала, похожего на плотный пергамент. Это оказалась маленькая, близкая по размеру с телефоном икона. Изображение матери с сыном на руках знатно затёрлось. Интересно, она рукотворна? Сейчас это не суть важно, потом знающий человек оценит. Николай засунул её в карман джинсов.
Тимофей наблюдал, как Васильев расставляет по помещению зажжённые свечи, но больше его интересовала малышка, стоявшая впереди. Взгляд скользил по всему телу и дольше всего задерживался на бёдрах в обтягивающих чёрных джинсах, которые показывали, что никакой округлости в них нет. Что же тогда в ней такого притягательного? Груди нет, сочной задницы нет. Может, неукротимый характер? По всей видимости, так оно и есть, ведь он без затруднений очаровывает девушек и женщин. А Анна сопротивлялась. Именно это и подогревало интерес. Он понимал, что выглядел как собачонка, подлизывающаяся к хозяйке, и что малышка сейчас не главное – самое интересное происходит вокруг. Но ничего не мог с собой поделать. Её рыжие волосы, собранные в косу, очень круто смотрелись в свете огня. Какие они на ощупь? Мягкие и шелковистые, наверное. Тимофей решил это незамедлительно проверить.
Анна с разворота всадила локоть в грудь наглому придурку, когда тот сначала ухватился за волосы, а затем приложил свою мерзкую ладонь к ягодице и сжал пальцы и при этом прошептал на ухо: «Хватит сопротивляться, малышка». В каком бы гневе она не была, мысли занимал не он, а возгордившийся придурок, который в данный момент достал из пакета видеокамеру с откидным экраном. Включил и поставил на полку за собой. Со спермобаком разберётся позже: скажет парочку слов и напоследок обязательно ногой сделает так, что несколько дней не будет приставать к какой-либо другой дуре.
Анастасия продолжала разнюхивать свечи, пробовать на вкус и гадать, что в них такого особенного, при этом наблюдая, как Васильев достаёт из пакета жёлтое яйцо от «Киндер-сюрприза», которое, как оказалось, было футляром для мотка ниток с иглой, отматывает нитку длиной в два локтя и привязывает к игле. «Что он,
Этим же вопросом задавалась Наталья. (Нет, второй её совершенно не интересовал, а вот первый ещё как.) Что задумал этот безумец? Что эта за доска? Почему она так пугающе выглядит? Почему они все всё ещё здесь, а не уехали восвояси?!
А Макар был готов, для проведения эксперимента всё подготовлено. Можно начинать.
Оглядел присутствующих. Никитенко пробовала на зуб свечу; Бурков ощупывал стены; Фадеев елозил у спины малолетки; Грошикова злобным взглядом сверлила Макара; Кирилл с непониманием смотрел на доску; Одинцова вертела головой и быстро дышала.
«Вы все заверещите, как маленькие детишки», – подумал Макар, облизнул пересохшие губы и громко произнёс:
– Прошу всех обратить на меня внимание. – Абсолютно все посмотрели на него, что порадовало. – Сейчас я хочу провести один очень «интересный эксперимент», о котором я постоянно говорил, и надеюсь, что вы захотите мне помочь.
– Как будто нам что-то остаётся, – буркнула Анна.
– Ты что, собрался вызывать призраков? – спросил Кирилл. Он сопроводил вопрос усмешкой, чтобы утешить самого себя и хоть как-то разрядить напряжённую обстановку. Только в этой усмешке не слышалось никакого веселья. Напротив, прозвучало очень жалко.
– Почти. Вызывать призраков стало, как по мне, очень скучно. Ну согласитесь, что ничего интересного это уже не даст. Интернет забит подобными видео, в фильмах это уже стало клишированной завязкой сюжета, зрителей всё меньше и реже можно чем-то поразить. Да и если бы я хотел вызвать какую-нибудь умершую душу, я бы приобрёл доску Уиджа, которой все массово пользуются в таких целях. Но на столике, как вы могли заметить, не Уиджа.
– Господи, демагог нашёлся… – покачала головой Анна и добавила в конец фразы короткое непристойное слово, за что получила укорительный взгляд Натальи.
Макар сдержанно вдохнул и медленно произнёс:
– Не перебивай меня. Мама тебя не учила не перебивать людей?
Анна вцепила пальцы в плечи косухи.
– Как я сказал, на столике не Уиджа, – продолжил, ускоряя темп речи, – то есть я не хочу вызывать призраков и духов на диалог. Я хочу призвать существо, в существование которого верили наши предки. Скорее всего, в них до сих пор верят наши бабушки и дедушки. Может, кто-то из вас догадается?
Некоторое время никто не отвечал, пока Кирилл не предложил:
– Домовой? – и подумал: «Почему никто не прекратит это сумасшествие?».
– Нет, но близко. Это куда более пугающая сущность, которая может конкретно испортить жизнь человеку или кардинально поменять её течение. Существо изображено в центре доски.
Все, кто внимательно следил за происходящим бредом, то есть Анна, Наталья и Кирилл, устремили взоры на доску. И прежде, чем они разглядели кто (или правильнее что) был изображён на рисунке, Макар ответил: