Павел Шилов – Мерцание «Призрака»: Ангелы Смерти (страница 25)
Мысли Евгения Павловича разбегались. Так происходило у него всегда перед встречей с Родиной, одновременно такой далёкой и близкой. Иногда полковнику Белову, казалось, что он не узнаёт мест родной Москвы. В его воспоминаниях она была совсем другой, а сейчас стала чужой и неузнаваемой.
Евгений Павлович вытащил из ящика рабочего стола пистолет «Glock 19» и, проверив наполненность магазина, сунул его в пластиковую кобуру. Он закрепил её на ремне и накинул сверху пиджак.
Дорожная сумка была собрана. Белов бросил её на диван в своём кабинете и включил телевизор, висевший на кронштейне, закреплённом на стене. Он переключил на новостной канал, продолжая следить за тем, будет ли заявление Госдепартамента о мистере Миллсе. Молчание с их стороны наводило на определённые мысли, где сомнений становилось всё больше и больше. Либо это была просто такая тактика американских коллег. В любом случае ответ от ЦРУ последует, но каким он будет и какого характера, оставалось сюрпризом.
Евгений Павлович обогнул рабочий стол и снял телефонную трубку:
– Транспорт готов?
– Да, товарищ полковник! – ответил дежурный по резидентуре.
– Тогда сбор группы сопровождения в фойе.
– Так точно!
Белов положил телефонную трубку и подошёл к дивану. Он достал из потайного кармана дорожной сумки маленькую иконку «Николая Чудотворца», без которой не ездил никуда, и приложился к ней. Евгений Павлович не был особо верующим человеком, но был уверен, что где-то там есть сила, управляющая людьми и их судьбами.
Он вернул иконку обратно в потайной кармашек и застегнул молнию дорожной сумки. Полковник Белов выключил телевизор, понимая бессмысленность ожидания скандальных заявлений со стороны Госдепартамента в отношении РФ, и, подойдя к зеркалу, затянул галстук.
Взяв в руку дорожную сумку, он покинул свой кабинет. Ключ-карта коснулась считывателя замка и произошёл щелчок блокировки двери. Белов шмыгнул носом, ощущая дикую сухость в носоглотке от сухого холодного воздуха в помещениях и энергичным шагом направился по коридору к лифту.
Тишину в фойе нарушали лишь чуть слышные разговоры оперативников группы сопровождения. Мистер Миллс сидел на небольшом диванчике в ожидание появления главы резидентуры. Ник наблюдал за лицами оперативников, перебрасывавшихся похабными шутками, и чувствовал их психологическое напряжение, тщательно скрываемое от его глаз.
Удобная и свободная одежда городского стиля скрывала бронежилеты оперативников и пистолеты фирмы «Glock» разных моделей. Компактные пистолеты-пулемёты «B&T MP-9» тоже присутствовали, но не у всех. Разумеется, огневой контакт мог расцениваться лишь, как крайняя мера, имевшая силу развязать затяжной конфликт политического характера, в который обязательно подкинут высушенных «дров».
Двери лифта разъехались в стороны и из кабины вышел Евгений Павлович. Он подошёл к оперативникам группы сопровождения, и они тут же выстроились в шеренгу.
– Все готовы?
– Так точно! Транспорт готов! Поддержка со спутника, а также мониторинг радиочастот запрошены.
– Отлично! Тогда по машинам! – добавил полковник Белов и отдал свою дорожную сумку одному из оперативников. – Идёмте, мистер Миллс. Нам пора в аэропорт.
Группа сопровождения, Евгений Павлович и Ник миновали проходную и покинули фойе одного из корпусов посольства. На мощеной дорожке стояли два чёрных бронированных внедорожника «Мерседес-Бенц», чьи двигатели работали на холостом ходу. Спустя минуту все заняли свои места и автомобили начали движение, направившись к выезду с территории посольства…
Романов открыл глаза, лёжа на диване, пытаясь мысленно отогнать остатки сна и ненужных эмоций, оживших в памяти, и в очередной раз задававших бесконечные вопросы.
Андрей повернул голову налево, где на стенке стояли часы, неустанно отсчитывающие время. Вечер давно вступил в свои права, и пасмурная погода на улице предвещала дождь. Он медленно поднялся с дивана и защёлкнул на запястье левой руки браслет швейцарских часов. Стрелки на циферблате показывали половину восьмого.
Романов потёр пальцами правой руки ещё слипавшиеся глаза. Травмы и раны ныли к непогоде, напоминая, что его время прошло и жить, как прежде ему уже не под силу. Это был не пессимизм и не капитуляция перед новыми задачами, а всего лишь духовное опустошение, когда у задаваемых самому себе вопросов, нет ответов.
Андрей натянул на себя тактические брюки и надел футболку-поло. Он затянул поясной ремень, на котором находилась кожаная кобура на правом боку и два подсумка под запасные магазины на левом. Призрак взял с журнального столика пистолет «SIG-Sauer P-229» и сунул его в кобуру. В голове продолжали крутиться мысли, связанные с прошедшем сном. Рассуждать на тему жестокости судьбы было глупо, особенно тому, кому удача улыбалась очень часто, позволяя остаться в живых в ситуациях, слабо располагающих для подобного финала.
Рассовав по карманам документы, портмоне и прочую мелочь, Романов бросил мимолётный взгляд на старые часы, стоявшие в стенке.
Андрей резко выдохнул и прошёл в коридор, где зашнуровал кроссовки и накинул на себя тонкую кожаную куртку. Он покинул квартиру, запер дверные замки и спустился вниз на лифте. Яркий свет светильников резал глаза и, «подмигнув» на мгновение погасшей лампой, напомнил, что жизнь продолжается!
Призрак вышел из подъезда и, закурив кубинскую сигариллу, направился к своему внедорожнику «БМВ». Он снял автомобиль с сигнализации и остановился около капота.
В воздухе пахло надвигающейся грозой, а свинцовые тучи всё сильнее затягивали хмурое небо. Романов залез на водительское сиденье и, запустив двигатель, затушил в пепельнице окурок и немного опустил стёкла передних дверей. Он плавно нажал на педаль газа и повернул руль влево, направившись к выезду с придомовой территории.
Колонки стереосистемы «пульсировали» под басы «хэви-метал», стремясь, как можно скорее, вернуть Андрея в рабочее состояние. Призрак продолжал спокойно вести автомобиль, понимая, что в запасе есть достаточно времени. До объекта оставалось не так много езды, как и минут для меланхолии, которым подвержен каждый человек в той или иной степени.
«Жизнь – это интересная игра и играть в неё нужно только с холодной головой!» – слова инструктора внезапно всплыли в голове Романова и отрезвили его от бессмысленных раздумий.
Он завернул в открывшиеся перед ним металлические глухие ворота и заехал на подземную парковку. Призрак вырубил стереосистему и затормозил на отведённым для его автомобиля месте.
Андрей покинул свой внедорожник и направился к проходной. Проведя ключ-картой по считывателю замка, он потянул на себя ручку входной двери. Романов остановился у ячеек и открыл ключом, закреплённую за ним. Вытащив из кармана куртки смартфон и включив переадресацию звонков на служебный телефон в кабинете, он закрыл дверцу ячейки на ключ и, молча пожав руку дежурному, приложил к считывателю турникета ключ-карту.
Андрей энергично поднялся по лестнице и зашёл на этаж, где царила обманчивая сиюминутная тишина. Он прошёл к приёмной полковника Громова, которая, практически всегда была открыта.
За рабочем столом дремал референт, провалившийся, по-видимому, в «нирвану» после работы с кучей бумаг и файлов разного формата на служебном ноутбуке.
– Дневальный, не спать!!! – ударив по столу кулаком, громко произнёс Романов.
– Никак нет! – моментально очнувшись от сна и вскочив с рабочего кресла, отчеканил референт, вытянувшись в струнку.
– Отставить! – улыбнувшись, добавил Андрей. – Михаил Иванович у себя?
– Так точно, товарищ подполковник! – собранно и коротко ответил референт.
– Вольно! Занимайся своими делами, – дополнил Романов и, постучав по дверному полотну, зашёл в кабинет полковника Громова. – Добрый вечер, Михаил Иванович!
– Проходи! По поводу доброго вечера, не всё так оптимистично, – залив кружку кипятком из электрического чайника, в которой, как всегда, были два чайных пакетика, произнёс Громов. – Чай будешь?
– Да, вы же знаете, я к «тампаксам» равнодушен! – с присущем себе юмором, ответил Андрей и присел на офисное кресло за стол, положив левую руку на столешницу.
– Да, какая к чертям разница?! Везде пестициды, – поставив кружку на свой рабочий стол и сев на кресло, – устало добавил Михаил Иванович.
– И, я о том же! Уж лучше односолодового. От всех болезней!
– Смешно! – буркнул себе под нос Громов и сделал несколько небольших глотков горячего чая. – Бергамотик…
– Что произошло, Михаил Иванович? – свернув свой арсенал сарказма и характерных шуток, сосредоточенно спросил Романов, понимая, что едва ли его пригласили на работу в единственный выходной за последние несколько месяцев, для чаепития.
– Через несколько часов во «Внуково» сядет спецборт из Вашингтона, на котором летит бывший супервайзер ЦРУ Ник Миллс. Более суток назад он с боем пробился в наше посольство и заявил, что у него есть материалы о целой сети «кротов» в спецслужбах нашей страны. Полиграф он прошёл успешно несколько раз, а также предоставил в качестве подтверждения своих слов материалы на старшего офицера резидентуры в Риме. Разумеется, полковник Белов, как представитель старой школы, не стал делать уточнений… Но, если мистер Миллс летит сюда, значит Евгений Павлович ему поверил, а директор решил под свою ответственность подписать приказ о переправке супервайзера ЦРУ в Москву. В прессе и на телевидении, по-прежнему, Госдепартамент не сделал никаких заявлений, что позволяет нам проявить инициативу и напрячь «булки». Уж, слишком как-то это всё пока подозрительно легко складывается, – сделав ещё пару глотков чая из кружки, продолжил Громов.