Павел Шершнёв – Сборник рассказов. Том 3 (страница 6)

Понедельник. Заведующий отделением с утра вызывает к себе пообщаться.

– Привет Володя! – протянул он мне руку.

Я пожал её:

– Доброе утро, Валентин Михайлович.

– Прочитал я твою книжку до конца. Ржал как конь! Молодец! Как тебе удаётся так разжиться такими классными рассказами?

– Так с кем я своё время то провожу…

– Не знаю, мне пациенты так не рассказывают, как тебе в подробностях.

– А Вы пытались им дополнительные вопросы задавать? Или так, краем уха типа слышали?

– Ладно, подловил меня… Почти не слушаю.

– Ну, так вот…

– У меня столько нервов нет. Я если всех выслушаю, то свихнусь… Почти как ты. – сказал Валентин Михайлович и рассмеялся: Да, кстати, тебе ещё один пациент. В пятницу вечером доставили.

– Обычно в пятницу, да и ещё вечером не привозят… – удивился я.

– Здесь особый случай. Параноидальная шизофрения. Говорят, на жену кидался, пытался убить. Он в двести четырнадцатой палате.

– Одиночная, для буйных…

– Да, там. От тебя нужен будет диагноз, для полиции, чтобы его тут на принудительное лечение оставить. А то я опасаюсь за жизнь его жены.

– На работе полиция опрос делала его сотрудников?

– Да… – как-то неуверенно ответил заведующий: Практически то же самое говорят. Осмотри его и бумагу про его состояние мне на стол. С меня из полиции срочно требуют.

Валентин Михайлович протянул папку с делом пациента.

– Хорошо, только я сначала своих пациентов обойду. – ответил я.

Обычно после девяти утра я делаю обход закреплённых за мною пациентов, и только потом иду знакомиться с новичками. Как раз в такие моменты появляется новый и интересный рассказ. Обычно это надолго меня задерживает. И сегодня я точно не намерен отступать от своих правил. Я навестил всех своих больных, проверил состояние, записал к себе в журнальчик назначения для каждого из них по лечению и лекарствам. Всё! Теперь я готов идти знакомиться. Возле закрытой двести четырнадцатой палаты стоит наш медбрат, Илья, крупный и высокий. Я поздоровался с ним и вошёл в палату. А там никого! Оборачиваюсь к Илье:

– А где?

Илья, молча, пальцем указал в сторону кровати. Из-под неё высунулось лицо пациента. Ниже короткого пробора торчали широко раскрытые перепуганные глаза. Они то и дело поглядывали сначала на меня, потом на Илью. И даже ни слова не произнёс. Я начал открывать дело пациента и обратился к пациенту:

– Не бойтесь меня, я не страшный. Копыто… Странная фамилия. Чья она? Яков Иосифович… А, ясно… Сядьте на стул, пожалуйста, Яков Иосифович.

Но пациент продолжал молча выглядывать из-под кровати, постоянно таращась на Илью.

– Ладно, – обернулся я к Илье: Выйдите, пожалуйста… Если что – я позову.

Илья вышел.

– Всё, его нет. Будем знакомиться?

Яков Иосифович привстал, поглядывая на дверь. Он был худощавый и невысокого роста. Но внешность же не говорит об его физических данных. Бывают пациенты, которые выглядят ещё хилее, но зато такие «жилистые», что и Илья может не удержать. Хотя нет, он точно удержит любого. Яков Иосифович начал говорить:

– Доктор, я не должен здесь находиться. Это ужасная ошибка…

Я сел на стул и достал свой ежедневник с ручкой, приготовился записывать очередную байку:

– Почему Вы так боитесь нашего сотрудника? Он же Вам ничего плохого не сделал.

– Он бил меня и заставлял пить таблетки. – встал в полный рост Яков.

Меня это немного напрягло. Ну… Мало ли… Что ему может прийти на ум.

– Яков Иосифович, присядьте, пожалуйста, на стул. Без моего назначения, пациентам не дают лекарства. Как он Вас бил?

Пациент нервно сел на стул:

– Он наматывал полотенце на руку и говорил, что если я не выпью таблетку, он сам в меня её впихнёт. Я отказывался и тогда он начинал меня бить и засовывать таблетку в рот.

– Вам, наверное, это почудилось. Он у нас добрейший человек. Хотите, сейчас уточним? Илья! – крикнул я, повернувшись к двери.

Илья вошёл. Яков подскочил со стула с испуганными глазами.

– Яков Иосифович говорит, – начал спрашивать Илью я: что ты его заставлял таблетки пить.

– Да, ну что Вы, Владимир Степанович. Я ему только кормёшку приносил.

Яков Иосифович продолжал испуганно стоять.

– Спасибо, – поблагодарил я Илью: Можешь выйти ещё раз?

Илья вышел и закрыл за собой дверь в палату. Яков опустился на стул.

– Вот видите, это Вам показалось.

– Доктор, но я говорю правду!

– Я верю нашим сотрудникам, пока не доказано обратное. Уж извините… Лучше расскажите мне, что с Вами случилось и, возможно, мы найдём причину того, что с Вами произошло. – приготовил я свой ежедневник.

– Мне и рассказывать то нечего.

Я убрал ручку в сторону:

– Вы-то знаете, где находитесь?

– Психушка?

– Городская психиатрическая больница. – уточнил я.

– Что сути нисколько не меняет.

По факту, да… Ну что-то же должно было этому предшествовать.

– А как вы здесь оказались, помните? – спросил я.

– Приехала ко мне домой полиция и забрала сюда.

– А ещё раньше?

– Сидели, ужинали с женой.

– У меня в Вашем деле написано, что Вы напали на жену и пытались её убить. Вот и фото прилагается побоев, зафиксированных в участке полиции.

– Доктор, да какие побои! Я в жизни ни на кого руки не поднял и даже не накричал. Можете спросить у моих сотрудников.

– К сожалению, полиция их уже опросила, и они подтвердили происходящее с Вами.

– Значит, они не тех опрашивали.

– Ваши сотрудники делятся на «тех» и «не тех»?

– Не знаю… Когда руководишь коллективом, всегда думаешь, что всех кого набрал – «те».

– А Вы, извините, кем работаете?

– Генеральный директор компании по производству колбасных изделий.