Павел Шек – Семь невест рыцаря Дмитрия. Часть 1 (страница 83)

Первой, как и положена, шла Мария, под руку с Францем. Следом Катрин, Анна, мы с Дианой, которая была просто счастлива, что отбила меня у Элоны. Эльфийки шли следом за нами, ну а дальше другие рыцари, возглавляемые Горделией.

Забыл упомянуть, простой люд, собравшийся у ворот дворца, ликовал. Не знаю, чем насолила им Тирина, но радость от возвращения Марии была неподдельна. Им не хватало только транспарантов и разноцветных воздушных шариков, чтобы придать еще больше атмосферы праздника.

Я поймал на себе взгляд двух аристократов, стоявших за линией почетного караула и праздничное настроение начало улетучиваться. Я совсем забыл, что помимо Марии, Франца, Анны и всех моих друзей, в Сольвии целая армия аристократов. Нет, я ни в коем случае не отношусь к ним плохо или предвзято, просто они наверняка будут относиться так ко мне. А учитывая, что меня ожидает в самое ближайшее время, стоит запастись терпением.

Однажды я попал на экскурсию в Екатерининский дворец и был просто поражен, как можно жить при таком богатом убранстве. Здесь же все было в точности так же. Дорогая мебель, картины, золотые и серебряные детали декора, вазы, и прочее, прочее. Ощущение, что попал в музей. Еще пару дней назад я думал, что у Катрин богатый дом, но по сравнению с дворцом, он казался жалкой лачугой.

По длинному коридору мы прошли в огромный зал, в котором из мебели был только трон, за которым был закреплен синий флаг с бледно-желтой, почти выцветшей короной. Мария важно прошла к нему и заняла свое законное место. В этот момент мне стало так легко, как будто сбросил с плеч тонну груза. А еще захотелось по-тихому сбежать из зала и напиться с кем-нибудь. Пусть это будет хоть сивильский самогон.

Чувствую, это будет долгий прием. Сейчас она произнесет длинную речь, поблагодарит всех нас за помощь, народ за терпение и всех, кто не остался в стороне. Если меня вызовут вперед, чтобы вручить какую-нибудь медальку, не пойду. Ей богу не пойду. Притворюсь, что меня тут нет…

Глава 23

– Я не прячусь, а пережидаю…

– Франц, не спи! – Торвальд толкнул его в бок. Бесполезно, барона было уже не разбудить. – Тогда еще по одной.

Князь разлил по небольшим рюмкам рубинового цвета жидкость и без тоста, залпом осушил свою. Выходит в Галлии из горных ягод могли делать не только вкусные пироги, но и отличную настойку. Интересно на чем ее настаивали, если после пары рюмок барон Солиги уже не мог связно говорить, а после четвертой уснул за столом, едва ну угодив лицом в тарелку с закуской. Торвальд же в этом плане мог дать кому угодно фору в литр.

У меня в голове мерно гудело, как в генераторе доспеха на холостых оборотах. Глядя в почти трезвые глаза Князя, я завистливо прикусил губу и одним глотком выпил налитую рюмку.

Мне повезло смотаться сразу поле завершения официальной части приема. Дальше по плану было… было… Ну, что у них там обычно бывает. Присутствующие разобьются на небольшие группы и будут судачить о всякой ерунде в надежде подойти к королеве и сказать что-нибудь подхалимское.

Когда я нашел в толпе Торвальда и предложил ему сходить выпить, он сразу посерьезнел, взял меня за локоть, чтобы я не передумал и не убежал, и мы пошли искать Франца. Ну а с ним договориться было делом нескольких фраз. Уже через пять минут мы сидели в крохотной комнате на кухне, возле разогретой печи, откуда вкусно пахло хлебом, и напивались галльской настойкой.

– Так что там ждет герцогиню? – я повторил вопрос, на который не успел ответить Франц. – Голову ей отрубят или в ссылку отправят?

– Отрубить голову? Стоило бы, – вполне серьезно кивнул Торвальд. – Но, по местным законам казнить ее себе дороже. Так как глава дома Диего Ротерби непосредственно участвовал в заговоре, Мария имеет полное право конфисковать в пользу короны все имущество их семьи.

– А с ними-то, что будет?

– А что с ними может быть? – не понял меня Торвальд. – Оставаться в Сольвии без денег и поддержки они не смогут. Франц протрезвеет, выжмет из них все до последнего медяка, посадит на корабль и отправит на старую родину в Ротери. Вон пусть там восстанавливают разрушенное во время войны королевство. Рабочие руки там теперь на вес золота, – он рассмеялся собственной шутке.

Я хотел спросить насчет Галлии, но решил не поднимать эту тему. Все что касалось княжества, Торвальд воспринимал близко к сердцу. Из пояснений Франца я понял только то, что Атлика, принеся официальные извинения, уже отбывала в сторону своих границ. Никаких претензий мы не могли им выставить, так как они действовали по просьбе тогда еще действующей королевы Тирины. Единственное, в чем их можно было упрекнуть, так это в том, что они ввязались во внутренние разборки Сольвии. Что же касается Галлии, тут руками разводил даже Франц. В самое ближайшее время Мария подпишет документ о полной независимости княжества, ну а если Атлика попробует заявить свои права на него, тогда будет уже международный скандал с привлечением церкви и всех крупных королевств.

Я поймал себя на том, что засыпаю.

– Кстати, – я поднял глаза на князя. – А куда мне сейчас? К Катрин домой, или к вам? Или же сразу в покои королевы? Главное, чтобы Элона меня не нашла…

Едва солнце взошло над горизонтом, я машинально открыл глаза. Ну что за дурацкая привычка. Почему в свой выходной я не могу толком выспаться? Подавив желание плюнуть на все и поспать еще пару часов, я сел и огляделся. Теперь я понимал Андрюху, когда он говорил, что лучше сивильского самогона ничего нет, и клятвенно пообещал себе не пить его никогда. Первый раз после такой пьянки я чувствовал себя так, как будто мы весь вечер пили компот. Единственный минус, я ничего не помнил о вчерашнем вечере.

В помещение вошла незнакомая мне служанка, поклонилась и в два счета распахнула занавески на окнах, пропуская в помещение утренний свет. Еще раз поклонившись, она скрылась за дверью. Я проводил ее недоумевающим взглядом. Кстати о комнате, она была намного больше, чем все помещения, где мне приходилось спать раньше. Высокие потолки, огромная кровать, окна, занимающие почти всю стену.

Быстро переодевшись в свою повседневную одежду, которую, скорее всего, доставили сюда из моей комнаты на острове, я осторожно выглянул в коридор.

– Доброе утро мастер Дима, – склонилась в образцовом реверансе горничная, которая заглядывала ко мне минуту назад. – Прошу, князь ждет вас к завтраку.

– Значит князь, – кивнул я. – Я там, у кровати не заметил кувшина с водой. Мне бы умыться с утра, привести себя в порядок…

– Прошу, следуйте за мной, – она указала в сторону по коридору.

Через пятнадцать минут я присоединился к князю Торвальду в столовой. Завтрак уже подали, и он терпеливо ждал меня, изучая газету.

– Дорого утра, – я сел напротив, пододвигая к себе тарелку.

– И тебе доброго, – он отложил газету. – Надеюсь, ты не против, что я принес тебя сюда?

– Сюда, это куда?

– Резиденция Галлии. Или ты хотел проснуться в комнате королевы? – он хохотнул, видя, как я закашлялся. – Шучу, шучу. Но, ты все же будь поаккуратнее со словами. Сказанное даже в пьяном угаре, может иметь непредсказуемые последствия. Особенно, если это касается королевы.

– Кстати, странная у вас прислуга, – сменил я тему. – Вон от той горничной я едва отбился, когда она решила помочь мне умыться и причесаться.

– А, – протянул он, с аппетитом принявшись за завтрак. Сегодня подавали пресную кашу из перемолотой крупы, свежеиспеченный хлеб и салат из фруктов. – Но это не моя горничная, а твоя.

Я оглянулся, удивленно глядя на нее. Высокая, стройная, я бы даже сказал подтянутая, с приятной внешностью. Навскидку ей можно дать лет двадцать пять, двадцать семь. Строгое черное платье горничной с белым фартуком… Она заметила мой взгляд и приблизилась.

– Что желаете? – голос у нее был уверенный, хорошо поставленный. Взгляд цепкий, колючий, немного прищуренный, как будто она плохо видит.

– Очки носишь? – почему-то спросил я, и сам удивился этому вопросу.

– Прошу прощения, – она привычным движением достала из нагрудного кармана аккуратные очки в металлической оправе. В них она смотрелась еще более мило.

– Князь сказал, что ты вроде как моя горничная?

– Все так и есть, – она кивнула.

– А почему я об этом ничего не знаю?

– Госпожа Катрин разве не поставила вас в известность насчет меня? – она вопросительно посмотрела на меня, как будто это я был виноват в том, что не знал сей очевидный факт.

– Да, она что-то говорила вчера, – пробубнил Торвальд, не отрываясь от еды. – Диана наотрез отказалась пускать сюда кого-либо из твоих невест, так что Катрин прислала ее.

– Хорошо, решу это с ней, – я посмотрел на свою горничную. – Могу я узнать твое имя?

– Майя, – она все еще вопросительно смотрела на меня, ожидая указаний.

– Спасибо Майя, если мне что-нибудь понадобиться, я тебе скажу.

Она вернулась на свое место к дальней стене, где ждала еще одна горничная.

– Не понравилась?

– Нет, не в этом дело, – я вернулся к завтраку. – Обычно по утрам я не так груб с девушками, тем более такими красивыми. Просто у нее такой взгляд, как будто она видит тебя на сквозь, оценивая, куда бы всадить припрятанный под одеждой кинжал.

– Заметил? – одобрительно посмотрел на меня Торвальд. – Ладно, не ломай голову. После гражданской войны было темное время, борьба за власть и передел земель. Тогда на жену Франца было покушение, и Катрин едва не погибла. После этого он начал набирать на работу вот таких вот опасных служанок. Но ты не переживай, Майя верна как пес и опасна как дикая горная львица.