Павел Шек – Резчик 1 - 6 (страница 537)

— Пчёлка, освободи её, — сказал глава Кровавого культа, показывая на женщину в бело-золотых одеяниях. Её подвесили за руки и ноги над алтарём, словно жертвенного ягнёнка.

— Почему я? Пусть Червь её отвязывает.

— По шее получишь, — сказал карлик, бережно гладя книгу по обложке.

— Вот ведь, — она фыркнула, вытащила из-за пазухи небольшой нож и пошла к жрице, которая испуганно вращала глазами, пытаясь что-то промычать.

Перси оглядел помещение, словно пытался запомнить каждую руну. Некоторые он видел на очень старых записях, которые раздобыл Червь. Это были древние письмена, используемые последователями тёмной богини Угханы. Пришедшие осквернить храм бога Мерка люди, сверяясь с набросками из книги, грубо рисовали всё подряд, даже не подозревая, что значит та или иная руна. Больше всего узоров было рядом с алтарём.

— Спасибо, спасибо, — послышался голос немолодой жрицы.

— Тсс, — Пчёлка приложила палец к губам, показывая, чтобы та не шумела.

Персиваль прошёл к алтарю, посмотрел на женщину.

— Так бывает, когда лезешь в политику, — сказал он. — Когда за тебя некому заступиться, максимум, на что ты способна, сыграть роль жертвы на алтаре. И стоило бы вбить в твою голову немного разума, но не нам решать твою судьбу. Дорого это.

Потеряв к женщине интерес, он повернулся к карлику.

— Смыть всё не получится?

— Долго, — отозвался Червь, убирая книгу за пазуху. — Проще всё залить кровью. Давай, Пчёлка, потрудимся.

— Руки пачкать не хочу, — капризно протянула она.

— Бери ту кисть, — карлик подхватил ведёрко с кровью и, закатав рукав, запустил туда пятерню. Быстро и сноровисто он принялся размазывать символы на алтаре и полу, превращая их в кровавые кляксы. — Ох, какой прекрасный ритуал можно было бы заделать. Столько материала вокруг.

— Единственное, что твои ритуалы могут вызвать — это изжогу, — проворчала девушка, небрежно работая крупной кистью, замазывая руны на колоннах.

— Терпение, Пчёлка, терпение, — ничуть не обиделся низкорослый мужчина.

Через пару минут внутренние храмовые покои напоминали жуткую картину, описываемую в старых сказаниях о пришествии демонов. Белоснежные колонны и лавочки были перепачканы красными кляксами и отпечатками больших ладоней. Алтарь, над которым висела жрица, практически полностью залили кровью, выливая её прямо из ведра. Разбросанные тела, а запах стоял как на скотобойне.

Жрица забилась в самый дальний угол помещения, закрыв голову руками и зажмурившись, чтобы ничего не видеть. Когда же она открыла, глаза в храме никого уже не было. Она хотела встать, чтобы как можно быстрее сбежать отсюда, но ноги её не слушались. Даже сдвинуть их у неё не получилось, словно они приросли к мраморному полу.

Подъезжая к храмовой площади, мы немного замедлились. Я выглянул в окно, ожидая увидеть очередной патруль городской стражи или легионеров, но дорога впереди была перекрыта парой знакомых чёрных повозок. На них сидели крепкие мужчины в чёрных плащах и накидках, словно внутри не хватило места. На моей памяти подобное средство передвижения использовала только служба Имперской безопасности. Собственно, их гербы можно было легко разглядеть. Выходило так, что они тоже решили наведаться на храмовую площадь, выехав как раз перед нами.

То, что ехали не за нами и это действительно случайность, стало понятно, когда люди на повозках засуетились, замахали нам руками. Дальняя повозка остановилась как раз рядом с постом городской стражи, и оттуда вышел Белтрэн Хорц, собственной персоной.

— Ивейн, поставь её где-нибудь на улице, — крикнул я, выпрыгивая из повозки прямо в небольшую лужу. Следом за мной вышла Диана, чуть придержав за рукав, чтобы я не торопился.

Этот манёвр заметили и решили подождать, пока мы подойдём. А ещё я обратил внимания, что люди в плащах спешили в сторону площади, доставая короткие жезлы.

— Господин Хорц, — я приветственно поднял руку. — Хотел пожелать доброго дня, но вижу, что-то произошло.

— Здравствуйте, герцог, — Хорц улыбнулся. Выглядел он болезненно. Бледное лицо, на лбу испарина. — Недавно сообщили, что в одном из храмов произошла резня.

— Зиралл? — выдал я первое, что пришло на ум.

— Мерк, — улыбнулся он своим мыслям. — Хотите поучаствовать в расследовании?

— Хочу. Как раз с оракулом Мерка поговорю. Он в порядке?

— Сейчас узнаем, — Хорц посмотрел на бледного капитана стражи.

— Я оракула никогда в глаза не видел, — сказал тот. — Доложили, что жрица какая-то выжила. Весь храм кровью залит под потолок, трупов внутри без счёта.

Капитан сотворил знак Зиралла, отгоняющий зло.

— На площадь никто с самого утра не входил и не выходил, — добавил капитан. — Только жрецы, которые за храмами следят. По списку и с разрешения главы города. Посторонних не было. Патрули у Мраморной улицы и у Крысиного бега говорят, что никто не проходил. Есть ещё улочка за храмом Светлобога, но и там уже три дня патруль.

— Как узнали о резне?

— Д… девочка прибегала, — сказал тот. — Сказала, что в храме Мерка всех убили. Я двух человек отправил, проверить.

— Что за девчонка, где она? — спросил Хорц.

— Так убежала. Тощая, в дорожном костюме и без плаща.

— Понятно, — сказал Хорц. — Пойдёмте, герцог, посмотрим собственными глазами.

Мы направились ко входу на площадь мимо закрытой пекарни, о которой утром рассказывал Вигор.

— Вы в порядке? — спросил я.

— Осенняя лихорадка, — он пару раз кашлянул, поёжился. — Первый день как с кровати смог встать.

— У меня есть неплохое средство от лихорадки. Уни, — я повернулся к ней, — в повозке должен быть походный чайник. Завари травы от простуды, только разбавь в три раза. И четверть волокна румяного корня добавь.

Девушка кивнула. В её намерениях промелькнуло любопытство и желание посмотреть, что же произошло на площади, но она повернулась и побежала к оставленной повозке.

— Всегда возите с собой травы? — спросил Хорц.

— Нет, это всё Гуин. Добралась до моих запасов и теперь без набора трав и кореньев под названием «на все случаи жизни» никуда не выезжает. Они у неё в поясной сумке. Только мёд нужно найти, чтобы не так противно пить было.

Один из крепких мужчин, идущих за нами следом, резко сменил направление движения. В его намерениях было срочно найти немного мёда для начальника. И искать он решил в пекарне, резонно подумав, что у хозяев обязательно должно быть немного мёда, припасённого для сладкой выпечки.

— Вы знаете, что произошло с Вигором?

— Знаю. Спасибо, что присматриваете за этим оболтусом. А то он всё жаловался, что я в его дела лезу. Сильно ему досталось?

— Я бы сказал, что едва не помер. Как он умудрился с дырой от кинжала в спине через полгорода пройти, не знаю. А вот то, что его толпа преследовала, мне кажется странным. Боялись, что не убьют сразу?

— Всё может быть проще, — он остановился посреди площади, посмотрел в сторону самого большого храма. — Хотели ранить и выгнать на улицу, на растерзание толпе. Пусть сам разбирается. Он слишком гордый, чтобы просить помощи, поэтому пусть выкручивается. Ты ему тоже не слишком помогай.

— Утром к моему дому толпа приходила. Говорят, чтобы чуму остановить, нужно Вигора на костёр отправить. Об этом оракул Мерка вещал. Может, это кто-то из последователей Зиралла решил храму отомстить?

— Может и так.

К нам подбежал один из подчинённых Хорца.

— Пятнадцать трупов. Шесть жрецов Мерка и их убийцы, среди которых огненный маг. Оракул жива, была скована простым заклинанием.

— Необычно, когда и жертвы и их убийцы лежат вместе, — сказал мне Хорц, развёл руками.

Главный зал храма был почти чист. На резню, о которой говорил капитан городской стражи, зрелище не походило, если не считать пару громил, которым странным способом раскроили голову. Тела пяти жрецов со свёрнутыми шеями обнаружились у входа в закрытой для посторонних части храма. Недалеко от них сидела немолодая женщина в бело-золотых одеждах, испачканных кровавыми кляксами. Бледная, с растрёпанными волосами, она трясущимися руками пыталась что-то выпить из фляги. Судя по всему, спиртное. Пока она приходила в себя, мы заглянули во второй зал. Картина не совсем страшная, скорее необычная. Стены, пол, белые мраморные колонны и лавочки были заляпаны разномастными кровавыми кляксами, рядом с которыми виднелись отпечатки рук и тяжёлых сапог. Здесь же нашёлся шестой жрец и тела убийц, если верить человеку Хорца. С виду обычные мужчины, одетые как горожане, только у половины специфическая обувь, подбитая железом. У многих на поясе короткие дубины, которые легко прятались под верхнюю одежду. Возле алтаря лежал маг, упавший как-то неестественно.

— Маг воздуха, — сказал Хорц, показывая на убитых. — Довольно сильный, чтобы разом такому количеству людей голову проломить. Следы крови свежие, и двух часов не прошло.

Над алтарём висели обрезанные верёвки, крепившиеся на балке под потолком. Люди Хорца внимательно осматривали следы и тела. Был даже маг в неприметной одежде, который искал следы оставленных ловушек или чего-нибудь неприятного. Пару минут Хорц ходил по помещению, что-то внимательно рассматривал, пытаясь выхватить всю картину целиком, но при этом обращая внимания на мелочи. Затем мы вернулись в главный зал, подошли к оракулу. Мне всегда казалось, что это мужчина, при этом молодой. Храмовые служители такие слухи специально распускали. Но сколько я ни пытался уловить присутствие бога или что-то особенное в женщине, так и не смог. Резонно подумать, что она просто шарлатанка, но Уга подсказывала, что перед нами самый настоящий оракул, передающий смертным волю бога. Да и в храме Великая мать чувствовала себя крайне неуютно, что передавалось и мне, и Диане с Виерой. Я же никакого дискомфорта не чувствовал.