Павел Шек – Резчик 1 - 6 (страница 385)

На верхней палубе галеры был установлен просторный шатёр. Откинув полог, Клаудия вошла внутрь, с облегчением выдохнула.

— Скоро причалим, — сказала она, обращаясь к Рут. — Диана сказала, что найдёт повозку.

Стоило Клаудии сесть рядом с Берси, как пространство шатра заполнил водоворот ярких золотых искорок, из которых вышла юная девушка, едва ли старше самой Рут.

— Госпожа… — начала было Рут, но её остановили властным жестом.

Тали наклонилась над Берси, коснулась его лба. Ворох жёлтых искорок промчался по шатру стирая скопившийся жёлтый туман. Полог палатки открылся и появилась Ивейн.

— Госпожа Тали…

— Не шуми, — оборвала её девушка, обернулась, сердито сверкнув золотым светом глаз. — Ни к чему это. И спешка не нужна. Он стал слишком хрупким. Осторожно и бережно, — она продолжала смотреть на Ивейн, — привезите его домой.

С этими словами Тали рассыпалась ворохом золотых искорок и исчезла. Клаудия сглотнула ком в горле, но удивляться не было сил. Послышались барабаны, и галера ударила о борт причла. Девушки напряглись и замерли, словно могли нарушить некую хрупкость окружающего пространство резким движением.

— Пойду подготовлю повозку, — сказала Ивейн.

Примерно в это же самое время в доме Хаук, в большой гостиной на втором этаже

— Дочь, сядь и успокойся, — строго сказала Иоланта, глядя на Бристл, которая меряла шагами зал.

— Как я могу успокоиться? — она всплеснула руками, прошла к окну, чтобы выглянуть на улицу, и вновь вернулась к столу, чтобы обойти его по кругу. — Она просто рассыпалась в воздухе. Я-то так не могу!

Сегодня в доме Хауков был запланирован большой обед, на который пригласили семью Блэс. Он не был приурочен к какому-то большому празднику или памятной дате и являлся просто ответным визитом. На прошлой неделе мама Иоланта приглашала к себе дочерей и настояла, чтобы они пригласили её в ответ. На самом деле ей хотелось видеть, как живут дочери, и всё ли в порядке у них в доме. А ещё это был чуть ли не единственный способ собрать большую семью вместе. К постоянному отсутствию младших дочерей она привыкла, но из-за того, что старшие пропадали по нескольку дней, не появляясь дома, она сильно переживала. Этот вопрос она и хотела поднять сегодня за обедом.

— Оставь её, — сказала Грэсия. Она сидела на небольшом диванчике и читала книжку.

— Брис, и вправду, может сядешь, выпьешь чаю? — сказала Александра.

Бристл только прорычала что-то нечленораздельное и вновь пошла к окну. Сорвавшее обед событие произошло около часа назад, когда в гостиную подали чай, и женщины собрались приступить к беседе. В это время прямо посреди комнаты появился ворох золотых песчинок, из которого выпрыгнула Тали. Сказав: «Берси приехал, и он в большой опасности», она так же внезапно исчезла. То, что Наталия являлась раваной, для собравшихся уже не было секретом. Но вот так лицезреть её появление многим присутствующим ещё не доводилось.

— Аш рядом, — сказала мама Иоланта.

Бристл ещё раз выглянула на улицу, но, не увидев ничего интересного, выбежала в коридор. Александра, в свою очередь, встала и подошла к окну. На примыкающей улице действительно показался силуэт огромной чёрной собаки. Охрана едва успела открыть ворота, как она вбежала внутрь и остановилась. Оглянувшись, Аш отошла в сторону и уселась на землю. Через минуту показалась знакомая неспешно двигающаяся повозка.

Прошло несколько томительных минут, прежде чем дверь в гостиную вновь распахнулась. Вот только выражение лица у Бристл, вбежавшей первой, хороших новостей не сулило.

— Сюда его! — крикнула она. Почти сразу следом вошла Диана, осторожно неся на руках бледного Берси. — На стол.

Женщины посторонились, освобождая больше свободного места в центре комнаты. Следом в комнату влетела Ивейн, сказав в коридор что-то на языке асверов.

Диана осторожно опустила Берси на узкий стол. Со стороны могло показаться, словно он совершенно ничего не весит. Грэсия собралась подойти к нему, но Диана преградила ей путь, скрестив руки на груди.

— Хуже я ему точно не сделаю, — сказала Грэсия. — По крайней мере, сейчас.

— Госпожа Тали сказала, что к нему лучше не прикасаться, — вставила Ивейн. — Он очень хрупкий.

— В каком смысле хрупкий? — спокойно спросила Грэсия.

— Что вообще произошло, демоны вас забери?! — сказала Бристл, но мама Иоланта уже положила ей руки на плечи и отвела подальше от стола.

— Со всей осторожностью, как с самой хрупкой вещью на свете, — пообещала Грэсия, глядя на Диану.

— Боюсь, это не поможет, — раздался голос Тали, и она впорхнула в комнату. Скользнув над полом, она остановилась рядом со столом. Диана тут же отошла подальше, а взгляд её был настолько тяжёлым, что мог корежить металлические кубки и вазы. — Он не может сдержать силу крови.

Тали осторожно сняла с Берси лёгкое одеяло. По комнате пронеслись удивлённые вздохи, которые потонули в тихой ругани Бристл. Берси выглядел, мягко говоря, плохо. Его кожа приобрела молочный оттенок, волосы стали прозрачными словно паутина. Но взгляды всех были прикованы к правой руке, которая медленно рассыпалась, оставляя на столешнице золотые песчинки. Разрушение дошло до локтя и медленно поднималось выше.

— Он исчезает, — сказала Тали. — Становится силой, которую не смог обуздать.

Она осторожно провела пальчиком по его руке, но чувство было такое, словно она провела по высохшей песчаной скульптуре.

— Можно ли что-то сделать? — спросила Грэсия.

— Нужно высвободить много чистой силы за раз и надеяться, что он найдёт дорогу обратно.

— А можно говорить прямо, — спросила Грэсия и быстро добавила, — госпожа Тали.

— Простые слова скучны и бессильны, — она улыбнулась. — Но если вы хотите, то нужно найти человека, который выпьет моей крови и рассыплется золотым песком, — она провела ладонью, с которой посыпались золотые искорки. — Нужна жертва. И чем быстрее, тем лучше, — она показала на руку Берси, разрушение которой добралось уже до середины плеча.

— Я могу, — сказала Александра. — Если это поможет его вернуть…

— Нужен человек, — подняла палец Тали. — Вижу лишь три кандидатуры. Одна из них старшая дочь Императора Вильяма. Я поговорила с ней несколько минут назад. Она отказалась пожертвовать жизнью ради него. Вторую можно не спрашивать — она никак не связана с Берси и откажется, как и первая. А вот третья, — она сделала жест рукой в сторону коридора. Ивейн, дежурившая у двери, выбежала, чтобы через секунду вернуться с Клаудией Лоури. — Третья годится.

Клаудия Лоури выглядела уставшей. Синяки под глазами, потрескавшиеся губы, нелепый платок на голове.

— Я согласна, — сказала она, подходя ближе. — Что нужно делать?

— Подумать. Если бы я могла заставить, это была бы бесполезная дочь императора, — голос Тали прозвучал неприязненно и брезгливо. — Ты же оставишь скорбь в сердце Берси, когда исчезнешь.

— Это хорошо, — Клаудия усталым движением стянула платок с головы. — Что хотя бы так смогу остаться там.

Грэсия сразу заметила отсутствие части волос на голове девушки. Как и серое пятнышко, едва заметно выглядывающее у неё из-под ворота платья. На секунду в помещении повисло молчание. Никто не пытался что-то сказать. Для присутствующих жизнь Лоури ничего не стоила по сравнению с возможностью спасти дорогого для них человека. Разве что в глазах Александры промелькнуло что-то необычное.

— Что нужно сделать? — ещё раз спросила Клаудия. Голос её звучал решительно.

— Найти его, — сказала Тали, — указать путь обратно.

Наталия чиркнула ноготком по пальцу, и на нём появилась маленькая красная бусинка. Клаудия потянула её руку к себе, положив палец в рот. Почти сразу девушку пробрал озноб, и она потеряла силы. Тали сделала шаг вперёд, удержав её от падения. Показалось, что Клаудию окутал лёгкий жёлтый свет. С её кожи начали срываться крупные золотые песчинки. Они вспыхивали и осыпались на пол всё быстрее и быстрее.

— И не бойся, — сказала Тали, глядя ей в глаза.

— Не буду, — пообещала Клаудия и в тот же миг рассыпалась золотым водопадом.

Бросив на пол оставшееся от девушки дорожное платье, Тали взмахнула рукой, закручивая золотой вихрь. Через секунду он накрыл Берси и бесследно растаял.

— Подождём, — спокойно сказала Тали, глядя на застывших женщин, затем перевела взгляд на Ивейн. — Ну-ка, малышка асвер, расскажи нам, что произошло. С того момента, как Берси вляпался в тёмную магию и решил, что сжечь себя — это единственный выход. Даже ваша тёмная мать посчитала это глупой выходкой.

Клаудия не чувствовала ни боли, ни чего-то необычного. Лёгкость в теле сменилась тяжестью, затем эти ощущения просто исчезли, оставив неприятную пустоту. Довольно долго она бесцельно падала в пустоте, и с каждым мигом ей всё больше и больше казалось, что она теряет что-то важное.

«Зачем я здесь? — мелькала мысль в её голове. — Берси…»

Вспомнив это имя, она словно очнулась. Она поняла, что должна его найти. Но, проваливаясь в вязкую темноту, ничего не могла поделать. Чувство, словно ты спишь и видишь неприятный сон, не покидало её. Она изо всех сил пыталась ущипнуть себя и с ужасом осознавала, что не чувствует боли и не может проснуться. Довольно неожиданно тьма под ней осветилась, превращаясь в серый туман. В нём мелькнула фигура женщины в простом платье, узкий ремешок которого подчеркивал стройную талию. Женщина была высокой, с длинными чёрными волосами. Сколько бы Клаудия не пыталась, она не могла разглядеть её лицо, но ей показалось, что у женщины на лбу была пара длинных рожек. Не таких, как у асверов, а немного длинней. Женщина убегала от Клаудии, прячась в тумане, но девушка старалась не потерять её из вида. Туман постепенно становился светлее, пока не рассеялся, открыв Клаудии удивительный вид на небольшой холм, обнесённый небольшим каменным забором. В центре холма росло необычное дерево, узкие ветки которого спускались до самой земли, образовывая навес. Клаудия почувствовала прикосновение тёплого порыва ветра. Он развивал её золотые волосы и трепал подол простого серого платья. Лёгким движением руки Клаудия откинула пряди волос, спадающие ей на лицо, и зашагала по узкой тропинке к дереву. На каменной лавочке под ним сидел Берси, задумчиво глядя в серую мглу, окружающую холм. Девушка ущипнула себя за руку и поморщилась, почувствовав резкую боль.