Павел Шек – Резчик 1 - 6 (страница 228)
Только где-то на задворках сознания мелькали мысли, что в Империи гремит война, и вот-вот должно произойти генеральное сражение. Недавно Элиана Фартария получила от мужа короткое письмо, в котором он писал о прекрасной погоде и живописных местах, где они планировали встретить вторгшуюся армию. Точная дата сражения не называлась, но звучало так, что его ждали со дня на день. Вроде как передовые дозоры пару раз успели столкнуться с неприятелем и успешно отступить, не понеся потерь. В городе об этом ходили разные слухи, и все как один верили в безоговорочную победу Империи.
Я специально вынес за рамки интересных и важных событий моё посещение Совета магов. Это было странное событие, которое я хотел бы и пропустить, если бы не барон Десмет. Он лично заехал за мной, чтобы я не додумался сбежать под каким-нибудь благовидным предлогом. Самому заседанию предшествовал часовой приём, где пожилые и не очень маги могли обсудить важные вопросы и договориться выступить на той или иной стороне при возникновении споров. А жарких споров, половину из которых я не понял, было много. В общем, мне показалось, что пригласили меня только затем, чтобы старики из совета могли со мной познакомиться и перекинуться парой слов.
Я вспомнил момент, когда первые два часа заседания закончились, и мы с Раулем вышли в большой зал на перерыв.
— Вот скажи мне, зачем мы здесь? — спросил я, глядя как маги с ещё большим энтузиазмом, чем до заседания, бегали по залу от одной группы магистров к другой. — Смотреть как они спорят по поводу распределения средств между гильдиями — не самая интересная вещь на свете.
— Второй акт будет интересней, — он, наверняка, ухмыльнулся под маской. — Будут выступать боевые маги, которым оппонирует гильдия огненных. К тому же любой маг, сидящий в двух первых рядах, имеет право высказаться и быть услышанным.
— Ага, — протянул я немного недоверчиво.
Стоит сказать, что зал для выступлений был квадратным, в форме амфитеатра, с рядами каменных лавок. Маги в нём сидели группами, разделившись, соответственно, по гильдиям. Чем больше гильдия, тем больше мест в зале. Но первые два ряда действительно располагались немного обособлено. И если верхние ряды забиты почти под завязку, впереди было довольно свободно. Для нас Рауль выбрал места во втором ряду — со стороны огненных магов. Справа большой группой заседали водные маги, слева — небольшие гильдии, вроде тех же мухомороборцев и артефакторов. Напротив расположилась гильдия целителей. Теперь понятно, почему первые два часа они сверлили меня странными взглядами. Здесь надо упомянуть, что для мероприятия я не стал выбирать мантию студента, ограничившись полувоенным камзолом тёмно-зелёного цвета с золотой вышивкой. Цвет, кстати, походил на тот, что носили полевые целители в легионе.
— Ты тоже можешь высказаться, если хочешь. Для этого достаточно встать.
— Ты сейчас улыбаешься под маской, да? — проворчал я.
Он не ответил, так как к нам подходил какой-то магистр в расшитой синей мантии с подвесками и знаком магистра, члена Совета и прочее, прочее. Мы с Раулем стояли обособленно и специально ни к кому не подходили, вызывая пренебрежительные и откровенно неприязненные взгляды. Важные персоны из Совета предпочитали, чтобы подходили к ним, здороваясь и выказывая уважение потоками лести, а не наоборот.
— Господин министр, — первым поздоровался Рауль, добавляя в голос маленькую капельку радости. Наверняка, чтобы министру не было обидно. — Барон Хок, прошу знакомиться с министром речного судоходства, членом Совета магов, магистром первой степени, главой гильдии речных магов Хеттином Дале. Господин Дале — это мой друг, студент второго курса академии, барон Берси Хок.
Последнее он произнёс не менее пафосно, чем звания и степень магистра, чем вызвал у меня улыбку.
— Приятно познакомиться, магистр, — я вежливо склонил голову.
— Взаимно, молодой человек, — кивнул он. Магистру было лет пятьдесят. Тёмно-русые, почти каштанового цвета волосы, окладистая борода. Внешне он производил впечатление приятного человека. — Сегодня много разговоров о молодом маге, посетившим собрание Совета. Приятно видеть, что он попал в твою компанию Рауль.
— У Берси с целителями особые отношения, — сказал Рауль, чуть повернув голову в сторону группы магов в зелёных мантиях.
— Недавно я узнал, — обратился магистр ко мне, — что Вы, барон Хок, хороший друг Георга Морра, знаменитого зачарователя и артефактора. К своему стыду, я не знаком с ним лично.
— Господин Морр скрытный и нелюдимый человек, — сказал я. — Так вышло, что я знаком с его племянником.
— Да, с ним тяжело встретиться лично, — покивал он. — Если Вас не затруднит, не могли бы Вы передать господину Морру слова о моём глубоком уважении к нему как к мастеру. Я хотел бы встретиться с ним чтобы обсудить весьма деликатную работу, важную для меня лично.
— Конечно, магистр. Если я увижу мастера или его племянника в ближайшее время, обязательно передам Ваши слова и просьбу.
— Если не секрет, скажите, во сколько Вам обошёлся защитный амулет, скрывающий присутствие? И защищающий от, — он сделал пространное движение ладонью, — малого воздействия магии.
— Защитный амулет? — я нарочно коснулся груди, словно хранил его там. — Это был подарок господина Морра на мою свадьбу с Бристл Блэс.
— Хороший подарок, — покивал магистр. — Если Вам когда-нибудь понадобятся услуги грузовой галеры или склады у причалов в городе, обращайтесь сразу ко мне.
— Спасибо, обязательно, — коротко поклонился я. Бристл недавно популярно объяснила о серьёзности подобных предложений. Теперь, в случае такой необходимости, обратись я не к нему, а в контору, он может оскорбиться.
Мы ещё минут пять беседовали на тему Совета и его важности для Империи. Затем все дружно вернулись в зал. Во второй части заседания огненные маги так насели на своих товарищей, прошедших службу в легионе, что я даже подумал, а не закончится ли всё хорошей дракой? Требования огненных были вполне резонны — отправить на текущую войну всех, кто положенный срок отслужил, а повоевать не успел. Таких, как оказалось, насчитывалось немало. Громкие пафосные речи и взаимные упреки лились рекой. И хотя заседание затянулось на час, решение так и не было принято. Как выразился председатель Совета, для поиска компромисса и принятия верного решения скоро пройдёт ещё одно заседание, но уже малым составом Совета.
Завершение каждого собрания заканчивалось банкетом, с которого мы с бароном Десметом сбежали примерно через час. Раньше нам не позволили старички из Совета, желавшие поздороваться со мной и дать пару советов как правильно выступать перед почтенной публикой. Одним словом, они расхваливали себя, намекая, что протолкнут через Совет любую идею или предложение, выступив в защиту. Или же утопят твоего противника в грязи, составив пламенную обвинительную речь. Рауль на это сказал только: «Эти могут».
Сидя в кресле, я наклонил немного голову, чтобы скомканная бумажка пролетела мимо.
— Лиара, что тебе говорила мама? — не оборачиваясь спросил я.
— Всего одна бумажка…
— Это уже пятая.
— Но у меня пальцы болят, — жалобным тоном протянула она.
— У оборотня, тем более чистокровного, скорее перо заболит, чем пальцы. Не отвлекайся.
— Если бы ты не уклонялся, я бы не отвлекалась. Ты же меня не видишь, как ты это делаешь?
— Слышу, как ты громко кричишь, перед тем как бросить. У тебя очень чистые и яркие намерения… — я перелистнул страничку, всматриваясь в узор заклинания. — Всё, Лиара, я пообещал позаниматься с тобой, если ты будешь хорошо себя вести. Видишь, я тоже занимаюсь. Точнее, пытаюсь. И если ты напишешь эти пару страничек без клякс и помарок, обещаю, что погуляю с тобой в городе.
— Галеры! — обрадовалась она. — Хочу посмотреть на военные галеры!
— Тогда постарайся…
Держа посох целителя в руках, я начал выводить первый контур заклинания. Это было очередное заклинание для оценки состояния магов. Бристл несколько раз жаловалась Грэсии, что волнуется за моё здоровье. А так как наставница не могла лично проверить его, то решила, что я сам должен за этим следить. Пока я пытался освоить это заклинание, несколько раз вспомнил придворного целителя Адальдора Сильво. Потому что его работа как раз и заключалась в том, чтобы правильно поставить диагноз. И в этом он был одним из лучших. Мне подобная магия давалась со скрипом.
Я снова наклонил голову, чтобы запущенная бумажка пролетела мимо.
— Но я же не думала о тебе! — возмутилась она.
— Кляксу поставила, — догадался я. — Таким темпом ты просидишь всё лето в доме. И обязательно расскажу Грэсии, что ты показывала мне язык.
— Ябеда, — она постучала пером по горлышку чернильницы и принялась специально скрипеть им о бумагу.
Последнее время Лиара постоянно носила амулет, который для неё сделал Матео. Она ещё только училась чувствовать магию, и получалось это странно. К примеру, без амулета она физически ощущала неприятный запах магического загрязнения, выдерживать который могла не дольше пары минут. А потом ей становилось очень плохо. Амулет спасал её от этого, но она всё равно могла почувствовать магию именно как запах. Если я мог видеть магические линии, то для Лиары они имели «вкус». С её слов, магия исцеления пахла вкусно, магия воды — сыростью и плесенью, а огонь ощущался как горькая пряность. Вот такие чудеса.