Павел Шек – Псы войны (страница 70)

Больше утро сюрпризов не подкидывало. Мы собрались в столовой, спокойно перекусили и поехали к дворцу на главное событие недели. Как ни странно, я чувствовал себя абсолютно спокойным. Мне казалось, что это собрание нужно только для меня и организовано ради меня же. Не приду, так им и поговорить не о чем будет. Посмотрят друг на друга, да и разойдутся по своим делам. Надо бы что-то делать с самомнением, а то ишь, разошлось.

То, что Имперский Совет – событие знаковое, стало понятно, когда мы подъехали к парадному входу. Фасад Дворца украсили длинные красные полотнища с символикой Империи, а лестницу укрывал толстый ярко-алый ковёр. Встречал гостей почётный караул стражи в парадных доспехах и надраенных до блеска нагрудниках. Чтобы не нагнетать обстановку, идти я решил один, без сопровождения асверов. Сложно было только расставаться с посохом целителя. Когда отдавал его Диане, почему-то подумал, что сейчас всё произойдёт как у магов. Выступит Вильям и заявит, что я больше не барон и что-то в этом роде.

Слуга, встречавший меня у подножия лестницы, проводил в небольшую комнатку, где предложил выпить чаю и подождать, пока прибудут представители наместников. От него я узнал, что на Совете будут присутствовать три герцога: Янда, Крус и Сагрэдо. Насчёт первых двух даже не сомневался, а вот третий меня удивил. Это был наместник провинции, в которую входили родовые земли Хауков. Я наводил справки – это был потомственный благородный род, владеющий землёй как раз в провинции. Доминик Сагрэдо, военачальник, командовавший тремя легионами. Его стараниями Империя приросла огромным куском хорошей земли, принадлежавшей ранее вольным князьям. Я сначала не понял, почему его называли «молодым» герцогом, но оказалось, что когда он вёл войска в бой, ему было чуть больше двадцати лет. На мой вопрос, могу ли я с ним поговорить до Совета, слуга кивнул и удалился. А минут через пять в комнату вошёл Доминик.

Герцог Сагрэдо совершенно не вписывался в моё представление о нём. Это был невысокий мужчина лет тридцати пяти. Самый настоящий южанин, русоволосый, с короткой светлой бородой. Немного узковатые светло-голубые глаза, лицо овальное и высокий открытый лоб. На пальцах он носил всего пару крупных перстней, один из которых с гербом – явно личная печать.

– Доброго утра, или, скорее уже, дня, – первым поздоровался я. Коротко поклонился.

– Здравствуй, барон Хаук. Да ты садись, садись, ещё успеем постоять, а колени у нас не казённые.

Он сел на свободный стул, жестом показал слуге, что ему ничего не надо, прогоняя его из комнаты. В его взгляде читалась что-то военное, прямо как у Бруно Фартариа. Встретишь такого незнакомца и сразу признаешь в нём человека, связанного с легионами.

– Давно нам надо было познакомиться, – сказал он. – Я когда узнал, что в столице объявились Хауки, даже не поверил. Твоих же предков вольные князьки вытеснили с земель ещё сто с лишним лет назад. И только мы, лет пятнадцать как вернули эту территорию. Она так бы и стояла пустой, но туда сразу два легиона Император направил. Дороги подлатать, крепость возвести, поместье Хауков отстроить. Недавно деревья завели для сада. Хороший будет, лет через десять. Я сады люблю. Виноградники нет, – он покривил лицом, – и вино не люблю, а вот фрукты с детства обожаю.

Хитрец. Смотрит, оценивает. Ну и что? По-моему, в столице уже все знают о том, как я стал бароном. Не удивлюсь, если скоро станет известно о моей принадлежности к Абергам и Крогам.

– Пристыдили Вы меня, – я виновато склонил голову. – Очень хочу, но не могу вырваться, чтобы дома побывать. То одно мешает, то другое. Учёба, свадьба, мятежи и заговоры. Сейчас война на пороге. Я Рикарду Адан просил, чтобы она приглядела за поместьем, пока я в столице занят.

– Асверы, – он хмыкнул, – демоны рогатые. Видел я, какую они деятельность развели. Посёлок организовали, скот пригнали, лошадей знатных. Жаль, не продают. Кстати, не подсобишь? Я бы за пару лошадок хорошую цену дал.

– Почему нет, – я пожал плечами. – Поговорю. Думаю, не откажут.

– Порадовал, порадовал, – он потёр ладони. – Да, асверы – они успели с твоими земельными людьми поругаться. Половину пастбищ забрали. Те в крик, ко мне пришли жаловаться. Я тебе скажу, с рогатыми даже о погоде тяжело говорить. Как ты с ними общий язык находишь?

– По мне, так не сложно. Да нет, – я рассмеялся, провел ладонью по лбу, убирая челку, – я человек. Не было у нас в роду асверов, это точно. Родители – потомственные маги, и какие у них общие дела с полудемонами, можно догадаться.

– Да, я слышал, что с ними случилось. Соболезную. И раз ты унаследовал землю, нам с тобой надо бы серьёзно поговорить. Сегодня не успеем – сейчас уже начнется. Я ещё две недели в столице буду. Заходи в гости. У меня дом в Старом городе.

– Зайду, – пообещал я.

– Если об этом договорились, давай к насущным делам. На Совете я тебя поддержу. Ты барон моей провинции, а поддерживать своих – дело святое. Император тебе благоволит, это ни для кого не секрет. В его присутствии многие побоятся давить на тебя слишком сильно. Но этим лучше не злоупотреблять.

– Я понимаю, – ответил я на его взгляд.

– Ещё ходят слухи, что ты метишь на земли Лоури. Вот это уже серьёзней. Грызня за освободившуюся территорию будет нешуточная. Это мне уже не по зубам.

– Зачем мне эти болота и леса? – сделал я удивлённый вид. – Пусть и богатые земли, но мне они не нужны. Того баронства, что досталось в наследство, мне более чем достаточно.

– Это хорошо, – он немного удивился, наверное, ожидая другого. – Лучше скажи об этом сразу, и половина из тех, кто сегодня планирует нападать, напротив, станут тебя защищать. Откажись от претензий публично, лучше даже поклясться, и сражение не состоится. Разойдётесь, соприкоснувшись рукавами.

В его голосе промелькнуло едва заметное облегчение. Видно и вправду он решил вступиться за меня. В этот момент появился слуга, давая понять, что всё вот-вот начнется.

– Хотел сказать, чтобы ты не робел, – улыбнулся герцог, – но учитывая, с кем ты постоянно имеешь дело, это пожелание будет лишним.

В зал, где должен был пройти Имперский Совет, вело сразу несколько дверей. Всё было сделано так, чтобы избежать ненужных и ранних конфликтов. Чтобы благородные особы не столкнулись друг с другом до Совета. Мы заходили в компании совершенно незнакомых мне людей. Всего на мероприятие собралось человек двадцать пять, может тридцать. Они заполняли полукруглый амфитеатр, обращённый к небольшой трибуне. С другой стороны был установлен трон и пара стульев по бокам от него.

Доминик показал мне на места в правой части амфитеатра, на втором ряду у самого его края. Отсюда до места Императора было рукой подать. Представители наместников собирались недолго. Каких-то пятнадцать минут, и слуги дружно закрыли двери, показывая, что те, кто опоздал, в зал допущены не будут.

Знакомые среди присутствующих были. С кем-то я успел познакомиться во время зимнего бала во дворце, с кем-то – на разных приёмах. Но именно шапочным знакомством всё и ограничивалось. Я с большим трудом мог вспомнить их лица, не говоря уже про имена.

Императора встречали стоя. Он вышел, словно из стены за троном, обогнул его, важно уселся, затем кивнул, показывая, что и мы можем садиться. Справа от него появился один из советников, что-то прошептавший на ухо. Дождавшись ещё одного кивка, советник вышел вперёд.

– Уважаемые герцоги Янда, Крус, Сагрэдо, Наварро, Империя приветствует Вас! – громко объявил он. Других видимо приветствовать не полагалось, так как советник демонстративно посмотрел на дощечку в руках, к которой были приколоты несколько листов. – Слушается запрос герцога Иларио Кортезе о мятеже в провинции и применении масштабной огненной магии в Рагусе. Барон Дюк Кортезе, Вам предоставляется слово.

С нашей стороны амфитеатра встал высокий представительный мужчина и начал обходить ряды, чтобы спустится к трибуне. Герцог Сагрэдо толкнул меня плечом, наклоняясь к уху.

– Вот чем люблю заседания в присутствии Императора, – зашептал он, – это отсутствием вступительного слова на полчаса и долгих бессмысленных выступлений советников.

– А ещё хорошо, что дед Императора запретил жертвоприношения богам перед каждым собранием, – ответно шепнул я.

– Это точно, – улыбнулся Доминик.

Я не стал говорить, что удивлён поднятой темой. Точнее тем, что вопрос мятежа встал на первое место, а смерть герцога Лоури проигнорировали или отложили на потом.

Тем временем родственник герцога Кортезе спустился к трибуне и начал вещать о том, как четырнадцатый легион поднял мятеж и вероломно напал на город, выставив нелепые условия и нарушив кучу законов. Как к мятежникам присоединился семнадцатый легион герцогов Крус. Законы он, кстати, приводил, читая громко и проникновенно. Говорил он хорошо, но долго. Я даже успел заскучать. Затем барон начал зачитывать заключение комиссии гильдии магов. Затронул участие в событиях отряда асверов под предводительством командора Бальсы. Я мысленно улыбнулся, услышав её имя и высокое звание. Надо будет ей об этом рассказать. Обо мне барон сказал в последнюю очередь. В том плане, что я, как незаинтересованное лицо, выступил посредником на переговорах.