Павел Шек – Псы войны (страница 39)

Вернувшись в салон повозки, я демонстративно скрестил руки на груди. Диана, сидевшая напротив, немного улыбнулась, поймав мой взгляд.

– ­Ты хочешь, чтобы я их убила? – держась одной рукой за крышу повозки, Ивейн нагнулась, чтобы заглянуть внутрь.

– Хочу, чтобы ты поступила так, как считаешь нужным. И если в ближайшую минуту ничего не придумаешь, я прикажу Кевину давить стражу.

Понять, что же я от неё хочу, а тем более принять решение, ей не дали, так как к повозке бежал мужчина в одежде слуги крича: «Господин барон! Господин барон!» Ивейн немного сдвинула лошадь так, чтобы слуга подошел ближе, но чтобы не смог заглянуть внутрь повозки.

– Что ты орёшь? – спросил я, решив не вставать.

– Хозяин хочет говорить с Вами, господин барон.

– Никого не хочу видеть, я опаздываю, поди прочь! – тут я вспомнил, как барон Десмет прогонял назойливых слуг. Даже интонацию удалось повторить.

– У хозяина важная информация по культу Кровавой луны, который нацелился на Вас. Смилуйтесь, не прогоняйте.

Я удивлённо посмотрел на Диану. Она в свою очередь вопросительно приподняла бровь, как бы спрашивая, найти ли ей этого «хозяина» и не притащить ли его силой.

– Так уж и быть, – согласился я, – зови своего хозяина. Поговорю с ним по дороге.

– Он просит, чтобы Вы дали слово, что позволите ему свободно уйти после разговора.

– Если он не собирается дурить мне голову, обещаю, что он сможет уйти.

Едва договорив, я почувствовал рядом сильного мага. Причём уровня помянутого Рауля Десмета, а может и сильней. Не слышал, чтобы кто-то мог скрывать свою силу подобным образом. Если чары подслушивания принадлежали ему, я должен был его почуять раньше.

Маг пересёк улицу и оказался рядом с повозкой. Ивейн отъехала ещё немного, позволяя ему подняться внутрь, а Диана любезно открыла дверь, чтобы первой оценить гостя и посмотреть ему в глаза. Гостем оказался мужчина лет пятидесяти. Дорогая одежда, в руках чёрная трость, покрытая мелкими рунами. Наверняка артефакт, но может быть и обычный магический посох. Колец он не носил, но защитные амулеты были спрятаны под одежду. Внешне он выделялся только цветом глаз. Правый у него был небесно-голубой, а левый – изумрудный тёмно-зелёного оттенка. Многие современные маги до сих пор считают подобное признаком врождённого таланта к магии. Хотя по этому поводу написан не один десяток трактатов и изысканий, доказывающих, что разноцветные глаза – не такая уж большая редкость, и ни к каким талантам это не имеет никакого отношения.

– Доброго дня, господин Хаук, – имя он произнес так, словно знал правду о моём происхождении. Он спокойно сел рядом с Дианой. – Меня зовут Перси. И это моё настоящее имя.

– Здравствуйте, – улыбнулся я. – Не будете против, если мы поговорим по пути. Просто я опаздываю.

– Ваше право, – кивнул он.

Стража на дороге к этому времени уже разбежалась. Если это действительно была стража.

– Мы с Вами ещё не знакомы лично, хотя Вы убили несколько близких мне людей. Но поверьте, я не испытываю к Вам ненависти и не желаю зла. Наоборот. Я считаю, что ссоры между нами принесут лишь убыток. И если бы я знал, к каким последствиям приведут мои поспешные решения, лично бы задушил заказчика. Того, первого из многих, – он улыбнулся. – Давайте не будем наводить тень на плетень, как говорили в захолустье, где я родился. Кажется, это было важным условием сделки с Вашей стороны. А условия я стараюсь не нарушать без веской причины.

– Вы служите культу Кровавой луны, – догадался я.

– Почти. Последние двадцать семь лет стою на первой ступени. Возглавляю, если Вам так будет проще понять. Не мы служим культу. Он служит людям, всему человечеству. Мы лишь инструмент, исполняющий желания заказчика. Если хотите, мы можем встретиться, когда Вы не будете так спешить. Поговорим, и я охотно расскажу о нас и нашей цели.

– Нет, спасибо. Давайте конкретно, что Вы от меня хотите?

– Столкнувшись с Вами, культ потерял трёх служителей, стоящих на второй ступени. Близких и доверенных мне людей. Двое из них были мне как сыновья. И тогда я решил, что между нами должен быть мир, нейтралитет, называйте, как хотите. При этом от Вас не требуется ничего делать. Мы сами будем держаться максимально далеко от Вас и гильдии Асверов.

– К чему тогда этот разговор? – спросил я.

– К тому, что культ раскололся, – он немного развел руками, стараясь не делать резких и слишком размашистых движений, чтобы не провоцировать асвера, сидевшую рядом. – Часть служителей хотят отмщения за убитых соратников. Часть, как и я, думают, что ввязываясь в войну с Вами, мы потеряем больше, чем обретём. Увы, я не могу повлиять на раскольников. Не могу найти и убить их, так как меня сдерживают серьёзные клятвы. Да и Вам не нужна помощь и защита моих людей, поэтому передо мной встала дилемма. Не собираясь открыто помогать и требовать от Вас не начинать войну со всем культом, подобные сделки неприемлемы. Отдай больше, чем получишь – такому принципу мы следуем.

Он вынул из внутреннего кармана наладонную книгу в два пальца толщиной. Взвесил её в руке.

– Здесь имена и всё, что культ знает о раскольниках. Тех, кто хочет мести, – интонация его голоса из мягкой стала жёсткой и властной. Словно секунду назад тут сидел совсем другой человек. – Каждое имя в этой книге – это услуга, которую культ окажет тебе. Будь то курьерское поручение, убийство, поиск утерянного артефакта или знания. Любой, обратившийся к культу и упомянувший твоё имя, будет убит на месте. Это моё предложение, – он поднял ладонь, на которой лежала книга.

Я посмотрел на него, не зная, что сказать. Точнее, сказать хотелось много, но приличных слов среди этого не было. Учитель говорил мне, что есть преступный мир, в котором живут наёмные убийцы, воры, работорговцы, торговцы лунным порошком и прочие отбросы общества. А есть культ Кровавой луны, который делает всё то же самое, только с особым изуверством и реками крови. И учитель предупреждал никогда не переходить им дорогу, так как культ всегда добивается своей цели. Сколько бы усилий и жизней это не потребовало. Поэтому одно только упоминание культа наводило страх на общество.

Воевать со всем культом разом не хотелось от слова «абсолютно». Да и с его обезумевшей частью тоже. Немного поколебавшись, я взял книгу.

– Если ты подумал, что я пытаюсь устранить «предателей» твоими руками, то это не так, – сказал Перси. – Они не предали культ. Лишь не согласились с моим решением.

– Не играйте словами, – холодно ответил я. – Когда подчинённые посылают главу и не исполняют приказы – это и есть предательство.

– Слишком узкое суждение. Они ослушались приказа, но не предали идеи и идеалы культа.

– Но Вы сами сказали, что они ставят под угрозу весь культ. И даже это не делает их предателями?

– Каждый из нас любым своим поступком ставит под угрозу Культ, – его губы изогнулись в почти безумной улыбке. – Только так.

– Вы противоречите сами себе.

– Отнюдь. Но, похоже, мы приехали, – он посмотрел в окно, а голос его вновь стал мягким. – Сделка заключена. Если Вы захотите ещё поговорить со мной, дайте знать. Я с удовольствием развею все Ваши сомнения и отвечу на вопросы. Может быть, наши идеалы окажутся Вам близки.

– Один вопрос. Вы сказали о трёх последователях культа. Брэнда Шашаг, Слепой Топпо, кто третий?

– Он носил имя шестого демона Бальтаира. Его наняли забрать уникальный артефакт Лютой зимы из замка барона Тадга́на.

– Главы факультета воды Академии магии?

– Да, магистра Конара Тадга́на, – кивнул Перси.

Пока я переваривал эту информацию, он кивнул и вышел из повозки. Почти сразу присутствие сильного мага исчезло, не оставив и следа.

– Ивейн, – я устало облокотился на спинку сидения.

Она заглянула к нам, наклонившись в седле. Глава культа не использовал магию и не прибегал к амулетам, но за пределами повозки наш разговор никто не услышал бы, даже если бы мы кричали. Почему-то я был в этом уверен.

– Передай Рикарде, пусть отправит несколько пар на защиту поместья Блэс. И ещё одну пару присматривать за госпожой Диас и Лиарой.

– Сделаю, – серьёзно кивнула она и, пришпорив лошадь, помчалась в обратном направлении.

Глава 7

В повозке я просидел минут десять, переваривая свалившуюся на голову информацию. С ходу ничего толкового не придумывалось, поэтому я попытался принять беспечный вид и направился к дому. Дверь открылась, едва я поднялся на порог.

– С возвращением, господин Хок, – в прихожей меня встречали Сесилия и Рут. Обе в тёмно-серых платьях, которые носили горничные в поместье оборотней. И если первой платье шло, то Рут выглядела в подобном неестественно. Любой, кто хоть немного общался с аристократами, сразу признал бы в ней девушку благородного происхождения. – Госпожа Бристл ожидает Вас в гостиной.

– Спасибо, Сесси. Пообедать я не успеваю, поэтому подай закуски. Пирожки, если только они с мясом. Греть не надо.

– Подам в гостиную с горячим чаем, – она коротко поклонилась.

Мы встретились взглядом с Рут. Красный цвет с радужки у неё пропал полностью. Но вместе с этим ушло и чувство, что рядом равана. Мы смотрели друг на друга секунд десять, пока Сесилия не положила ей на макушку ладонь и не наклонила голову. Я только ухмыльнулся, так как в этом они обе были одинаковы. Обычно прислуга старается не смотреть в глаза хозяевам. К нам как-то заходили подруги Бристл, которые были просто возмущены таким поведением слуг. Вслух они ничего не сказали, но внешне выглядели так, словно их оскорбили. Сесилия хотя и старалась, выбить из себя натуру охотницы на тёмных магов было не так-то просто. Она до сих пор хранила тяжеленный полуторный меч в чулане под лестницей. Это чтобы быстрее его схватить, если в дом будут ломиться десятки убийц. А простых грабителей она может душить голыми руками. Я недавно узнал, что она какому-то карманнику на рынке сломала челюсть и несколько рёбер. Стража после этого долго не забирала с улицы бедолагу, так как не хотела тратить деньги на целителя. В итоге сошлись на том, что продажа его на каторгу покроет ущерб за лечение.