Павел Шек – Нарушая клятвы. Часть 2 (страница 77)

— Не совсем так… В общем, всё сложно.

— Великая мать, — тихо произнесла Рикарда, — что за странного мужчину ты нашла?

В это время в доме что-то сломалось, и правый купол провалился внутрь. Послышался громкий треск, звук обваливающихся камней и звон стекла. Верхние окна левого крыла выбило потоком пыли.

— Только не говори, что это ты во всём виноват.

— Отчасти, — я криво улыбнулся. — Давайте выбираться отсюда, нам ещё сутки ехать через пустыню в обратном направлении. Или же устроим лагерь и выспимся? Я легко могу пару дней на ногах простоять, а как вы? Всё-таки три дня — много, свалитесь с червя на полном ходу и шею свернёте.

— По-хорошему, надо бы часов шесть поспать, — согласилась Рикарда, затем поморщилась, когда облако пыли накрыло нас. — И ты собрался тащить её с собой в Империю?

— Она сказала, что может сделать так, что её никто не узнает. Кифа! — повысил я голос. — Пойдём, время поджимает. Кто его знает, сколько нас будет ждать кадла.

Я первым зашагал к выходу, подхватив по пути Диану под руку. Шагов через пятьсот нас догнала Кифа, скользя по дорожке, присыпанной песком. По лицу сложно сказать, о чём она думала, но догадаться можно. Диана, держащая меня под руку, всю дорогу оглядывалась на неё, словно не в силах поверить своим глазам. Рикарду же больше беспокоило не то, что такой странный демон существует, а то, что я собирался тащить его с собой. Когда же впереди показалась огромная туша червя, Кифа устремилась вперёд. В её глазах мелькнуло удивление и что-то похожее на восторг. Мы тоже прибавили шаг, стараясь не отставать.

Когда мы подоспели, Кифа уже крутилась у бока кадлы.

— Какой он красивый! — восторженно говорила она на языке демонов, гладила его шкуру. — Такой огромный и сильный. Настоящий Владыка песков!

Кадла, судя по всему, понимал и от комплиментов млел. От него раздавалось едва заметное гудение.

— Это он вас сюда привёл? — спросила Кифа оглянувшись и снова принялась гладить червя. — Какой молодец!

— Всё, — тихо добавил я, — теперь на нём можно кататься по всей Империи. Она из него верёвки вить может. Тоже мне страшный пустынный бог. Так, давайте устроим небольшой привал, а после полудня отправимся в путь. Надо только ткань натянуть вон у того камня большого. Думаю, что получится соорудить навес.

К этому времени солнце поднялось достаточно высоко, и воздух начал раскаляться. Благо оно висело не ровно над нами, поэтому указанный камень отбрасывал небольшую тень. Верёвка у нас была, как и просторная ткань от имперского шатра. Проблема стояла только в кольях, чтобы конструкцию закрепить, но даже без них мы смогли смастерить косой навес, куда поместились все, кроме Кифы. Пока мы разбивали своеобразный лагерь, она с интересом изучала окрестности, походила кругами вокруг Аш, благоразумно решив её не будить.

— Мне не надо, — я покачал головой, когда Рикарда протянула одну из фляг. — Пейте и ложитесь спать. Диана, ты так не уснёшь.

— Она тебя съест, когда мы заснём, — сказала Диана, не зная, как бы так устроиться, чтобы следить за выходом из-под навеса.

— Зачем ей меня есть? — рассмеялся я, усаживаясь поудобнее и вытягивая ноги. — Давай ложись вот сюда и клади голову мне на колени. Рикарда, Вы тоже поспите, я покараулю. Вон, кадла тоже присматривает за нами, пока на солнышке греется. Он так замёрз на севере, что теперь неделю отогреваться будет. Кифа успокойся, береги силы, нам ещё сутки ехать в обратном направлении.

— Она наш язык понимает? — спросила Рикарда.

Кифа сделала ещё раз обошла вокруг камня и подползла к краю навеса, прячась в тени камня.

— Жарко, — она сбросила ладонью капельки пота с лиц. — И душно.

— Ты язык людей понимаешь, почему не говоришь на нём?

— Нельзя оскорблять себя языком смертных, — многозначительно сказала она. — Он некрасивый и грубый.

— Язык как язык, — я покачал головой. — Какая разница как говорить? Главное, чтобы тебя понимали.

— Берси, слушай, — она сглотнула, облизнула губы, — а у вас, случайно, нет маленькой рыбки? Хотя бы в ладошку размером?

— Нет. Есть сушёное мясо, фрукты и сухари. Хочешь кушать?

— Рыбку хочу, — вздохнула она и добавила жалобно. — С икринками.

Кифа скосила взгляд на Диану, которая удобно устроилась у меня на коленях.

— Никогда не видела людей с рогами, — сказала она.

— Это не люди, а асверы полудемоны.

— Дети Асы? Не слышала о таком боге. Знаю только берберов, детей бога медведя. Только я никогда не видела медведей, в книгах написано, что они страшные, толстые и покрыты шерстью.

— Асверы — дети Великой матери, Уги, — пояснил я. Рикарда повернулась на другой бок что-то проворчав. — А что касается беров, то детей не знаю, а вот его внуки называют себя куберами. И они довольно страшные внешне.

— Тогда кто такой Аса, и почему они называют себя его детьми?

— Здесь всё не просто, — пустился в размышления я. — Думаю, когда они впервые столкнулись с другими жителями этого мира, то им резонно задали вопрос, какому богу они поклоняются, и чьи они дети. Но асверы то ли на этот вопрос не стали отвечать, то ли их просто не так поняли. Асм — с древнего языка означает «Я». Это слово можно произнести как Азм, что на языке демонов означает то же самое. Поэтому асверы — это дети самих себя. То есть они как бы сами себе дети или что-то в этом роде. Понимаешь?

— Понимаю, — она удивлённо посмотрела на меня. — Я не знала, что ты мудрец! Хафтар по сравнению с тобой — несмышлёный ребёнок.

— Кто это такой?

— Мудрец и мирооткрыватель, написавший книгу. Он описывал диких существ и народы сорока великих княжеств. Но про асверов там нет ни слова.

Я обратил внимание, что чёрное змеиное тело Кифы постепенно закапывалось в песок. Догадываюсь, как сильно чёрный цвет раскаляется на солнце.

— А о чёрных больших собаках он писал? — я кивнул в сторону Аш.

— «На большом рынке Келеба встретил я купцов заморских, — процитировала Кифа, — торговали они необычными бирюзовыми драгоценными камнями, переливающимися на солнце как самые дорогие изумруды. В клетках позади них томились высокие и крепкие белокожие рабы, но внимание рыночной толпы привлекала огромная чёрная собака, размером с быка. Несколько стражников, одетых в белые ткани, не подпускали близко зевак. Сам князь Рамин приехал утром на рынок, чтобы увидеть чудовищную собаку и поговорить о щенках».

— Узнать бы, как давно это было, — тихо сказал я. — Значит, иноземцы приплывали к нам через Великое море раньше? И собаки у них уже были.

— Хафтар писал, что особенность этих собак — ум и способность мыслить. Только с возрастом они глупеют. А ещё они умеют выдыхать огонь.

— Глупеют они оттого, что поедают плоть, — я улыбнулся. — Это огненные псы, и они действительно умные, только говорить на человеческом языке не умеют.

Следующие часа два я рассказывал о том, как в Империю вторглись иноземцы вместе с огненными собаками, как я впервые столкнулся с ними, как познакомился с Азмом. Кифа слушала, едва ли не открыв рот, улавливая каждое слово. Впервые меня кто-то слушал с таким вниманием. Не потому, что я рассказывал очень интересно, хотя и не без этого, просто это было что-то новое, необычное и удивительное. Хотя что может быть более удивительным, чем демон-наг. Даже в старых сказках, где упоминались раваны, они встречались очень редко. Вспоминая их, люди обычно писали о демоне Хруме и древней войне.

Немного узнал я и о Кифе. Жила она в одном бесконечно-повторяющемся дне. Вставала утром, убиралась в доме, отдыхала, читала книгу. Иногда могла надолго уснуть, а когда просыпалась, то приходилось долго убирать песок от дома и их оазиса. Тяжелее всего было с прудом. Нужно было черпать из него песок, чтобы он не обмелел и был постоянно глубоким и чистым. Очень редко к ней прилетали разные птицы. Сначала она на них охотилась и даже готовила скромный ужин, но от этого птицы скоро начали избегать оазиса, поэтому она стала более осторожной. Кифа не могла точно сказать, сколько лет она так жила. Но за это время она выросла из маленькой девочки наги в очаровательную женщину. Мне показалось, что выросла она только телом, в то время как в поведении у неё проскальзывали детские нотки.

За разговором время летело быстро. Я успел рассказать Кифе о том, как появился в этой пустыне, как повстречал кадлу, ну и вообще о том, зачем поехал на юг.

— А почему у Империи нет имени? — спросила она.

— Имя было, когда далёкие предки нынешнего Императора владели парой княжеств. А когда начали расширять границы, захватывая соседей, появилась Империя.

— И Сорока Княжеств больше нет? — уточнила она. — Сорока великих столиц, о которых писал Хафтар?

— Южных княжеств сейчас много, может два десятка и наберётся. Только в некоторых нет даже крупного города со стенами. Просто деревня, в которой правит князь с дружиной в два десятка человек. Далеко на востоке остались только дикие племена, с которыми мы не воюем. Точнее, они избегают войны с нами. На западе — Великое море, откуда прибыли иноземцы с огненными псами. А на севере империя варваров под предводительством владыки Шантана. У меня дома живёт его дочь. Он отдал её в знак добрых намерений.

— А зачем ты служишь Императору?

— Причин много. Так сразу не ответить.

— Непонятно, — она наклонила голову, повела плечом, поморщилась.