Павел Шек – Нарушая клятвы. Часть 2 (страница 68)

— К вечеру на равнине должен остаться только имперский легион, — сказал Бруну, обращаясь к легатам. — С наёмным войском мятежников справитесь сами. Мы поддержим вас тремя огненными магами и конницей, когда мятежники начнут разбегаться. Завтра же утром оставшиеся силы легиона должны отойти на восток к крепости Исир. Участь легатов и старших офицеров будет решена позже. Что касается баронов — возвращайтесь домой. Мы заедем к вам по пути в Лекку. Это соответствует законам и желаниями Империи?

Бруну посмотрел на меня, как и все собравшиеся.

— Соответствует, — я поднял руку, как бы говоря, что они могут поступать так, как хотят.

Но моё мнение не изменилось. Я бы наёмников оставил в живых. Не вижу в их смерти смысла. Все прекрасно понимали, что это лишь показное подавление мятежа. Что Империя идёт на огромные уступки, проявляя великодушие и прощение. Зачем тогда было жертвовать глупыми людьми, решившими, что они смогут заработать немного на войне. Интересно, если бы я не помог князю Хедбёргу и его людям, были бы они наёмниками в такой же армии, только в провинции Янда? Или у них бы никто не спрашивал, просто поставив перед фактом. А потом отдали бы на убой. Скорее всего, среди местных наёмников такие тоже есть.

Когда мы возвращались с переговоров, я спросил у Бруну, зачем он согласился дать им магов.

— Они сами просили, — сказал он. — Хотели проверить действие усилителей и тех пилюль, что ты привёз. Слышал, что гильдия боевых магов уже выделила дом в столице и обещала пособие, если кто-то серьёзно пострадает и ему придётся уйти в отставку. Как они сами говорят, разом потерять пару каналов — лучше, чем медленно убивать себя пять лет и прийти к тому же итогу. Только в этом случае ты так много не получишь.

— А кто останется на границе провинций, когда мы пройдём дальше?

— Золотые псы.

— Я надеюсь, они вернутся в мою провинцию, как только мятеж будет подавлен?

— Вернутся, — кивнул Бруно. — Для них вся эта заварушка прошла довольно неплохо. Герцог Кортезе немало заплатил, чтобы они сюда пришли. И уйдут они в полном составе, да ещё и с двумя молодыми магами. Когда же займут крепость Бат, что между твоей провинцией и землями Сагрэдо, наведайся к ним. Привези тысяч десять золотом в качестве… так скажем, пожертвования легиону. Сам понимаешь, это куда дешевле, чем содержать собственное войско того же уровня. Ну и не забывай поставлять им время от времени еду, вино, палатки и прочее. Тогда в случае посягательств на твои земли со стороны соседей, они будут драться до конца.

— Да, я понимаю, спасибо. Кто-то говорил, что часть денег на подобные пожертвования я смогу вернуть, удержав с герцогского налога. Надо только размеры уточнить.

— Так можно? — заинтересовался Бруну.

— Вроде как, — улыбнулся я. — Точно, вспомнил, мне об этом Лейна, то есть, принцесса рассказывала. Есть такое положение в действующих законах, нужно только копнуть поглубже. Если найду, я тебе расскажу.

Мы как раз подходили к строю легиона. Далеко слева готовилась к манёвру конница. Знали ли они, что в любом случае придётся участвовать в сражении? Сегодняшний день приносил одни вопросы.

На нашей позиции не было возвышения чтобы наблюдать за манёврами противника. Ни холма, ни крепостной стены. Поэтому оставаться рядом с шатром командования я не захотел. Даже масштабные огненные заклинания, которыми собирались сжечь несчастных наёмников, не вызвали интереса. Захотелось пойти в палатку Аш, посидеть молча пару часиков, подумать. Главное, чтобы никто не отвлекал. Планы немного нарушил Колин Фрай, дожидающийся меня возле лагеря асверов.

— Привет, — я подошёл, посмотрел на повозку, за которой он укрывался от ветра. — Вы что, всю ночь ехали?

— Здравствуйте, герцог, — он склонил голову, затем устало улыбнулся. — Часа в три ночи выехали, успев поспать пару часов. Мы и так сильно задержались. Всё оказалось сложнее, чем я думал. Точнее, бумаг в канцелярии набралось на две комнаты. Доходы такой большой провинции нужно разбирать пару месяцев, чтобы понять, сколько всего она производит.

— Я понял, не продолжай. Вижу, что дорога тебя вымотала, поэтому иди выспись. До завтрашнего утра отсюда мы никуда не уйдём. Шумно, только, — я оглянулся в сторону легиона, затем посмотрел на наш лагерь. — Надо палатку найти подходящую.

Помощница Бальсы не без скрипа, но выделила Колину одну из палаток на самом краю лагеря. Пообещала, что с ним ничего страшного не произойдёт, даже если он по случайности забредёт в центр лагеря. Собственно, молодому мужчине соседство с полудемонами нравилось не больше, но он благоразумно молчал.

Я всё-таки добрался до палатки Аш, и как-то так получилось, что выпал из реальности почти на целый день. Размышлял на тему войны, мятежа, провинции и всего прочего, а когда опомнился, солнце уже коснулось горизонта. И ведь выходить из палатки не хотелось. Появилось стойкое желание вернуться домой и запереться на несколько лет. Аш, кстати, спала, отчего в палатке было жарко. Можно даже сказать, как в парной оборотней, где находиться дольше пары минут просто невозможно. Но, что удивительно, я даже не вспотел. Чувствовал опаляющий жар, исходящей от Аш, но если внимания на нём не заострять, то никакого дискомфорта не испытывал.

К шатру командования легионами я всё же прогулялся. Узнал, что с наёмниками разобрались легко и почти без потерь. Огненные маги расстарались так, что выжгли часть равнины и прямого боя не состоялось. Отступить или бежать никому не дали. Хорошо, что тела решили не оставлять и почти всю ночь на поле полыхали погребальные костры, усиленные магией. Когда я смотрел на огонь, взметающий в ночное небо искры, то понял, что меня так раздражало днём. Это было предательство мятежниками своих же союзников.

В дальнейший путь мы смогли отправиться только к обеду следующего дня. Какая-то заминка произошла с имуществом уходящего на восток легион. Но к обеду всё уладили, и мы спокойно двинулись по имперскому тракту. Я в полной мере смог оценить масштабы и силу огненной магии, разглядывая через окно выжженную часть равнины. Рикарда шутила об удачном и необычном военном походе. Говорила, что на её памяти впервые, когда враг готов был убивать сам себя. Те же южане сражались с Имперскими легионами до последнего, если имели хотя бы призрачный шанс на победу.

Из интересных новостей я узнал, что сын барона, тот самый маг, желающий изучить Духа песков, сбежал ещё в первый день. Он грозился догнать дикарей с юга и поговорить с ними. Неудачная идея, как я думаю. Вряд ли он знает их язык, если они вообще будут настроены вести беседы.

Ещё три дня мы двигались ровно на юг до большого города, стоящего как раз на торговом маршруте между провинциями. Встречал нас тот самый пузатый барон, носивший имя Рико Дуарте. Он специально надел знак торговой гильдии в виде большого диска на толстой золотой цепи. Символ на диске изображал весы для оценки золотых и серебряных монет с немного склонённой чашей весов. Он указывал на высокое положение барона в данной гильдии.

Пока легион обходил город и вставал лагерем с западной стороны, мы поехали на праздничный обед, организованный в нашу честь. Фартариа — будущий герцог провинции, и перед ним стоило выслужиться. Поэтому барон вёл себя вполне доброжелательно, шутил, рассыпал комплименты, но нотки нервозности в его поведении проскальзывали. Городская стража перекрыла основную улицу, по которой мы ехали в резиденцию хозяина города, но на перекрёстках люди встречали нас радостными криками, прославили Империю. Закрытие границы с соседом и близкая война сильно ударили по богатому городу. Зажиточным горожанам это, мягко говоря, не понравилось. Вчера этот город стоял на оживлённом торговом тракте, а сегодня был на отшибе новоиспечённого княжества, зажатый между воинственной империей и южными дикарями. Представляю, как мимо города проходит пополнение легиона или армия наёмников и требует у города еды, вина и всего, что придёт им в голову. И отказать нельзя, так как они просто возьмут всё это силой. Жалкая горстка городской стражи вряд ли сможет им что-то противопоставить.

Что могу сказать, обед для нас подготовили действительно шикарный. Барон говорил, что в честь возвращения города в Империю открыл вино, которое хранил пятнадцать лет. И за время застолья он постепенно вываливал на нас все те проблемы, о которых я говорил выше. Приукрашивал, конечно, но даже так было понятно, что городу и ближайшим посёлкам, снабжающим его едой, сильно досталось. Буквально месяц назад из городских хранилищ легион вывез две трети всех запасов еды. Растащили все строительные материалы, а лошадей и волов в округе просто не осталось. Барон едва не рыдал, говоря, что торговлю восстанавливать в таком критическом положении просто невозможно.

— Мятежник Крус приказал вывезти из города всё золото, — говорил барон. — Чтобы заплатить наёмным бандитам. Нам удалось утаить жалкие крохи, иначе город пришлось бы просто разгонять. Нам придётся закупать зерно в провинции Кортезе как минимум три месяца, пока не созреет новый урожай. А железа в городе больше нет. Закрылись все кузницы и мастерские. Мятежники выгребли всё, включая гвозди и подковы. Даже медь…