Павел Шек – Нарушая клятвы. Часть 1 (страница 82)

– Мы тебя предупреждали, – сказала Елена. – Как дорогого кузена. Просили… Эрика, где принцессы?

– Приводят себя в порядок и готовятся пойти на занятие по чистописанию, – ответила девушка.

– Берите его, – махнула рукой супруга императора. – Это будет дорогое подношение. Мы сейчас присоединимся к вам.

Гостьи кивнули и поспешили к мужчине. Поняв, что поднять будет тяжело, они просто ухватили его за ноги, стаскивая с кресла и потащили к проходу. Елена бросила взгляд на пояс Эрики, где в обычной петле крепился изогнутый нож с простой рукоятью. Графиня Марек предпочитала держать такой же в ножнах, чтобы случайно не пораниться. Оружие обеих было заточено и доведено до бритвенной остроты. Дождавшись, когда Саверио вытащат в тайный проход и дверь за ним закроется, Елена встала, подняла с пола опрокинутую чашку, поставила на стол. Содержимое чайника выплеснула прямо в окно. Не спеша и не торопясь наполнила его водой из графина, ополоснула, выплеснула в окно, и ещё дважды повторила процедуру. Затем всё так же неспешно вышла в коридор и направилась к личным покоям, чтобы переодеться.

– Великая мать будет довольна, – пряча улыбку, тихо сказала она.

Две недели спустя, поместье семьи Хаук

– Берси, – послышался голос Александры, – ты ничего не забыл?

– Ещё десять минут! – крикнул я через плечо, помешивая тёмную тягучую жидкость в медном котелке под номером три.

– Десять минут, – строгий голос Александры.

– Гуин, ещё мяты, – я протянул руку, и в ладонь легла небольшая чашка с зелёной кашицей. Медвежья мята, самая едкая из имеющихся. Бросив в котелок две мерных ложки, вернул чашку. – Бумагу приготовила?

– Здесь, – она продемонстрировала ровно нарезанные заготовки.

– Скоро густеть начнёт, – предупредил я.

Не люблю спешку, но мы немного опаздывали. Сегодня должен был состояться большой семейный обед. Я планировал успеть приготовить к нему немного мятных конфет по особому рецепту. За основу выбрал способ, который используют оборотни, взял мяту и особую пряность, которую добавляли в сладкий десерт в одном известном ресторане столицы. Совсем немного, чтобы вкус едва ощущался. Её добавил во второй медный котелок, содержимое которого медленно помешивала Гуин. Сейчас мы его объединим и получатся двухцветные конфеты. Действовать нужно только быстро, так как основа застывает.

Несмотря на то, что процесс требовал внимания, это занятие неплохо отвлекало и расслабляло. Уходили на второй план переживания, отступали проблемы. Не скажу, что последних было много, просто неделя выдалась тяжёлой. Расследование, которое вело ведомство Хорца, зашло в тупик. Человек, укравший Серебряную луну из хранилища Экспертного совета, пропал. Тот самый, что отдал его Дагни. Не удивлюсь, если сами маги его по-тихому убрали. Не смогли найти и оборотня, заразившего несколько человек. О нём удалось узнать, что он молод, вероятно, благородного происхождения. Последние дни я посещал академию вместе с Александрой, но не почувствовал ни одного оборотня. Она тоже пыталась выследить его, но безрезультатно.

С одной стороны, затишье радовало, с другой – заставляло нервничать. Зато, на днях маги испытали пилюли, аналог тех, что асверы называли «Неспящие». Результаты их впечатлили, и они заказали партию любого размера, готовые щедро платить. Пошли слухи и об усилителях, придуманных Матео. С помощью них был разбит легион мятежников на южных границах провинции Кортезе. Причём с огромным перевесом. Даниель Блэс говорил, что к зимнему балу мятежники уже могут сдаваться. Всё будет зависеть только от того, насколько захотят продлить войну жадные генералы.

– Смотри, – показал я Гуин, – вот сюда льёшь, когда немного застывает, скручиваешь в шарик. За правильную форму особо не переживай. Заканчивай без меня.

Сняв котелок с нагревающей подставки, я поспешил к выходу из лаборатории. Надо было успеть переодеться, а то Александра будет ворчать. Да и пахнет от меня мятой и пряностями. Взбежав по лестнице на второй этаж, я остановился, прислушался. В воздухе витало что-то странное, манящее. Пройдя по коридору, поднялся по лестнице для слуг, останавливаясь у неприметной двери. Она была немного приоткрыта. Сквозь щель виднеется книжный шкаф и низенький столик, на котором стоит странная корзинка. Толкнув дверь, вошёл, огляделся. Небольшая светлая комната, лёгкие занавески на окне. Пара книжных шкафов и необычная кушетка в центре.

– Добрый день, – поздоровался я.

– Здравствуй, – сказала Идда, удобнее усаживаясь и убирая с колен рамку, к которой крепилась сорочка. Она вышивала что-то, используя красные и синие нити. Рисунок ещё не сформировался, и сложно сказать, что это будет.

За последнюю неделю мы с ней пересеклись всего пару раз во время обедов. Я был настолько поглощён насущными делами, что, по-моему, не обратил на неё внимания. Совсем вылетело из головы, что приютил дочь владыки северных земель.

– Всё в порядке? – пространно спросил я. – Не скучаешь, всё устраивает?

– Меня всё устраивает, – подтвердила она.

Она ещё что-то сказала, но это ускользнуло от моего внимания. Я смотрел на узкую полоску ткани, которой она обмотала палец. Уколола его иголкой?

– Разреши, – подойдя ближе, я протянул руку.

Она смерила меня странным взглядом, но руку протянула. Присев на угол кушетки, размотал ткань, сунул в карман куртки. Подушечка указательного пальца была довольно сильно порезана. Интересно, что она зацепила? Из раны побежали капельки крови и я, не задумываясь, сунул палец себе в рот. Сообразил, что сделал что-то странное, только когда почувствовал на языке вкус крови.

– Это ты зря, – почему-то сказала Идда.

Даже удивиться толком не смог, точнее, не успел, так как сознание вышибло из тела. Голова загудела колоколом, по которому нещадно лупили молотами. Знакомые ощущения и не самые приятные. «Сверни с выбранного пути!» – уловил я едва слышный голос. Чьи-то сильные руки легли мне на плечи и тёмное пространство вокруг перестало бешено вращаться. Ещё секунда, и меня поставили на землю. Я увидел улицы города. Булыжная мостовая, каменные дома. Улицу от дома до дома перегораживала стена башенных щитов. Расцветка знакомая, имперская.

«И куда я бегу?» – пришла мысль.

Что-то неуловимое серебряной нитью перечеркнуло щиты, ломая и дробя их. Раздался оглушительный удар. Людей, державших щиты, бросило на задние ряды опрокидывая. Первая струна арфы больно стянула запястье. Растянувшись вокруг, она плела замысловатые узоры. Вот она чиркнула по углу дома и во все стороны брызнуло каменное крошево. Одна из петель вновь ударила в строй людей и проделало в нём брешь. Струна редко разрезала что-то, чаще дробила. Облачённых в кольчуги и пластинчатые доспехи людей сминало, расшвыривая в разные стороны. Кому-то отсекло голову, и та взвилась вверх, разбрызгивая алые капли. Рывок, и в то место где я стоял, высекая искры из мостовой, ударило несколько метательных копий.

Из всего происходящего я понял только одно. Я стал в несколько раз сильнее. Когда управляешь струной, она с поразительной скоростью вытягивает из тебя силы. То, с какой лёгкостью я проделывал это сейчас – удивляло. Меньше, чем за минуту, я преодолел квартал, пройдя сквозь плотное построение легиона, как нож сквозь масло. Струна крушила и играючи ломала любое препятствие. Но куда я бегу и зачем, по-прежнему оставалось загадкой. За поворотом оказались река и знакомый каменный мост. Людей со щитами ещё больше. Рывок, и половина моста пройдена. Струна влетает вверх, описывает странный узор и обрушивается на мост, ломая его. Камни под ногами дрогнули, и стоило усилий, чтобы не упасть. Вот впереди закружился вихрь из золотых искорок, в который ныряю, и меня поглощает кромешная темнота.

– Спокойно! – голос Тали.

Она ущипнула меня за щёку, но боль почему-то пришла со стороны руки. Запястье что-то стянуло с такой силой, что оно хрустнуло. По-моему, я ругался сразу на двух языках. Когда пелена боли исчезла, смог понять, что лежу в центре небольшой комнаты. Вместо отделки на стенах из грубого камня кроваво-красные руны. Исчёрканные яркими росчерками, как будто по ним хлестали раскалённой плёткой.

– Ну? – над собой я увидел склонившуюся Тали.

– В порядке. Как ты? – на всякий случай спросил я.

– Платье жалко, – отозвалась она. Я чуть скосил взгляд вниз, поняв, что одежды на ней нет. – Подожди минуту.

Она рассыпалась ворохом золотых искр. Я же выдал ещё пару ругательств на языке асверов. Рука болела так, словно её через камнедробилку пропустили. Приподнял голову, посмотрел. Предплечье и запястье знатно раздроблены. Серебряной нитью на запястье красуется кольцо первой струны. Она распутана и разбросана кольцами вокруг. Судя по всему, это она недавно бушевала в комнате, оставив на стенах следы. Яркие росчерки на рунах постепенно тускнели, возвращая им первоначальный цвет.

– С чего это ты решил в безумие впадать? – спросила Тали, вновь появляясь в комнате. Она надела ночную сорочку, лёгкую и слегка просвечивающую.

– Сам не знаю, – сказал я и зашипел от боли. Поняв, что со мной всё в порядке, не считая руки, осторожно использовал пару заклинаний. Боль сразу отступила. – Попробовал на вкус кровь дочки Шантана, посмотрел видение непонятное.