Павел Шек – Нарушая клятвы. Часть 1 (страница 79)

– Девушка в синей одежде, – процитировал я слова Гуин, – задумала что-то недоброе. В синем…

Я прищурился, выпрямился. Повозка слегка качнулась, когда Гуин перебралась с багажной полки на подножку, открыла дверцу и скользнула в салон. Посмотрела вопросительно.

– Уни, твою же мать!.. попросить надо, чтобы тебя выпорола хорошенько, – сердито выдохнул я. – Какого демона ты мне не сказала сразу?!

– О чём? – не поняла она и на всякий случай сделала виноватое выражение лица.

– Какая из девушек в синем хотела сделать «недоброе» Клаудии? Их там двое было, в синем!

– А? – её взгляд стал вопросительно удивлённым. Она провела пальцами по лицу, сверху вниз, к подбородку, как бы вытягивая его. – Та, что была выше, с узким лицом.

Я издал стон отчаяния. Почему не подумал об этом сразу? Просто сложил два факта, даже не удосужившись проверить.

– Скажи Ивейн, что мы едем в гости к магистру Дале, – я махнул рукой и Гуин поспешила выйти из салона.

На очередном повороте повозка свернула на север, затем на восток и мы въехали в спальный район. Вдоль улицы потянулись высокие дома с дорогой отделкой фасадов. Десять минут, и мы остановились рядом с длинным домом. Не дожидаясь, пока Виера установит подножку, я вышел на улицу, направляясь к парадному входу. Запоздало подумал, что не успел переодеться подобающе герцогу. Меня и отряд асверов заметили из окна, в доме сразу забегали. Я пару раз потянул за шнурок у двери, слушая внутри переливы колокольчиков. Пришлось подождать, пока дверь откроют. Встречала меня супруга магистра, удивлённая и взволнованная неожиданным визитом.

– Доброго дня, – сказал я, одёрнув себя, так как в голосе проскользнуло нетерпение, что не укрылось от женщины.

– Господин герцог, какая неожиданность, – она встала в проходе, посмотрела поверх моего плеча на Диану. Немного заторопилась. – Моего супруга сейчас нет дома, он отбыл ещё утром.

– Нет, я здесь, чтобы поговорить с Тарьей. Не отвлеку её надолго. Всего пара вопросов.

– Она… плохо себя чувствует. С самого утра не выходит из спальни.

– Я просто поговорю с ней. Пожалуйста.

– Не сегодня…

– Пожалуйста, – повторил я. Повернулся к Диане. – Подождите здесь.

Госпожа Аурора посмотрела неодобрительно, стараясь добавить жёсткости во взгляд, но в итоге сдалась.

– Проходите, герцог, – устало сказала она, отступая в дом.

В доме семейства Дале было необычайно тихо. Убранство богатое, но не кричащее, в воздухе витает едва уловимый приятный запах. Пока я ждал в гостиной на втором этаже, заметил небольшое блюдце, на котором лежали засушенные веточки. Запах шёл именно от них. Я взял одну, потёр между пальцами. Необычная вещь и очень ароматная. Чем-то похожим южные князья натирали одежду. Только там запах более резкий, а тут сладковатый и мягкий. Положив пару палочек в карман, я прошёлся по комнате. Меня заинтересовали портреты, висевшие на стене. Молодой магистр Дале с супругой и дочуркой, которой едва исполнилось лет пять. Рядом портрет Тарьи, изображавший её в летнем платье сидевшей в небольшой вёсельной лодке. Завораживающая улыбка.

– Господин герцог, – услышал я тихий голосок. Обернувшись, заметил молоденькую служанку, которая склонилась в поклоне. – Госпожа Тарья хочет поговорить с Вами.

– Так вроде… а, понятно, – кивнул я, направляясь к выходу из комнаты.

Мы прошли по длинному коридору почти через весь дом, поднялись по лестнице на третий этаж. Недалеко от лестницы расположилась проходная комната для чаепития. Пара кресел, столик между ними, а позади что-то похожее на секретер, только повыше, со множеством маленьких ящичков. На видном месте стояло несколько статуэток, вырезанных из белой и пожелтевшей кости. Одна изображала женщину, несущую кувшин, вторая – деревце, на котором сидело несколько птичек. Изумительной красоты вещицы. Шкатулка, украшенная золотой вязью, рядом с ней две крошечные собачки из фарфора с серебряными ошейниками, золотой кораблик, больше напоминавший украшение. И вот такими вещицами заставлен весь стол. Целая коллекция.

Тарья сидела на одном из стульев, глядя на драгоценные безделушки. Выглядела она уставшей и подавленной. Волосы подвязаны сзади тёмно-синей ленточкой.

– Привет, – поздоровался я, опускаясь в кресло напротив неё. – Хочу с тобой серьёзно поговорить.

Молчание. Тарья словно и не услышала меня.

– Знаешь, я очень, очень сердит на тебя. За то, что ввязалась во всё это. Пошла на поводу у недостойных людей. Сразу скажу, что знаю почти всё. А о том, что не знаю наверняка, догадываюсь. Всё потому, что умею читать мысли. И какой смысл сейчас прятать их, тем более ты этого не умеешь. И убегать не надо, прошу, – я подался вперёд, успел поймать её за руки. Она посмотрела на меня испуганно. – Хорошо, хорошо, обещаю, что твои мысли читать не буду. Слово!

Немного сжав ладони девушки, отпустил. Приложил указательный палец к губам, взглядом показывая на уходящий коридор. Кто-то там прятался. Постоял немного и решил отступить.

– Тарья, ради друзей я делал такое, на что другие не пошли бы и за огромные деньги. Столько всего сотворил, что самому страшно. Даже в тюрьму для магов тайно проник, только это секрет, – я улыбнулся. – Матео как-то поведал мне, что один философ придумал, что люди могут дружить только если это сулит выгоду. А если выгоды нет, то нет и дружбы, правда? – я посмотрел на неё, выдержав паузу. – Не претендую на истину, но считаю, что, если кто-то использует тебя – то это не дружба, а совсем наоборот. Такой человек лишь прикрывается высокими словами, играет на чувствах и эмоциях. А самые страшные из них те, кто добивается своих целей любыми способами. Подумай над этим.

Я горько улыбнулся, покачал головой. Мы снова помолчали.

– Звучит немного лицемерно, если не рассказать всей правды, – сказал я. – Прикрываясь дружбой, я использовал Клаудию, как инструмент достижения цели. Не скажу, что подставил или втянул во что-то, просто воспользовался ситуацией. Один раз её жизни грозила реальная опасность, но обошлось. Просто мой план сработал раньше. А потом Клаудия пожертвовала жизнью, чтобы спасти меня, – я хмыкнул, криво улыбнулся. – В меня ударил гнев злого бога, когда нарушил его планы. Смертельный и хитрый удар. Я должен был исчезнуть, но Клаудия пришла и обменяла свою жизнь на мою. Мне едва хватило сил, чтобы вытащить её. Можно сказать, что мы прошли по самому краю, увидев даже не смерть, пустоту. Если бы я принял её поступок как должное, то легко вернулся бы к жизни и даже приобрёл кое-что существенное и ценное. А, ерунда, – я махнул рукой, отгоняя эту мысль. – Теперь же я готов выступить против целой армии, или спуститься в самый глубокий и жаркий мир демонов, спасая её.

– Ты будешь первой, кому скажу это, – хитро улыбаюсь. – Я собираюсь взять её в жёны. Даже если для этого придётся отказаться от титула герцога. Помню, Император издал такой указ, что её муж не должен иметь титул выше барона. Мне нужно немного времени, чтобы решить кое-какие дела и разгрести свалившиеся проблемы. А ещё поговорить об этом с Александрой и Бристл. Это самое сложное. Будут бить, – я рассмеялся, видя её взгляд, ставший слегка заинтересованным. – Скоро я заявлю об этом открыто. Понимаешь, к чему я клоню? Клаудии может грозить опасность. И всё, кто попытается ей навредить, сильно об этом пожалеют. Если ты сейчас покрываешь этого человека, чтобы защитить, то советую рассказать сразу. Сдаётся мне, отказываться от своей цели он не станет и поплатится за это жизнью. Но, если ты хочешь, чтобы с ним разобрались асверы, можешь молчать, я не настаиваю. Правда всё равно откроется, рано или поздно.

– Прости, что побеспокоил, – подытожил я. – Отдыхай. Насчёт тюрьмы магов не переживай, никто тебя туда не отправит, обещаю. Хотя на экскурсию сводить не помешало бы.

– Мы были там, – тихо сказала она, – на экскурсии.

– В подвале?

– Только по лестнице спустились, а внутрь не заходили. У Олетты истерика началась, и нас быстро вывели на улицу. Она целый день потом проплакала.

– Тот, кто действительно виноват, обязательно отправится в этот подвал и посидит там, подумает над своим поведением. Правда, господин Ламбер говорил, что второй подземный этаж – это последний дом. Оттуда никто уже не выходит. Ещё раз прости, что явился без приглашения и побеспокоил, – быстро сказал я, увидев встревоженное лицо девушки. – Отдыхай.

– Берси, – теперь уже она потянулась, чтобы поймать меня за руку, когда я встал. – Мы ничего плохого не хотели. Честно. Ничего плохого. Прости нас, пожалуйста.

– Давай тогда по порядку, – я постоял несколько секунд, глядя на неё, затем сел. – Кто придумал отравить Левек и зачем? Где взяли яд?

– Это была идея Дагни, – сказала Тарья. – Она принесла яд, сказала, что залезла в тайное хранилище отца. Но яд слабый, и ничего страшного не случится. И у неё есть противоядие.

– Яд – это не безобидная игрушка, – строго и сердито сказал я, копируя наставницу, – даже самый простой. Всегда есть шанс, что человек может умереть мгновенно, и никакое противоядие не сработает. Вы… Служанку не жалко? Нельзя так с людьми обращаться.

– Папа хотел её выгнать, – виновато сказала Тарья. – Она шпионила на Торговую гильдию и документы важные украла, я случайно увидела. Сказала, что ничего отцу не скажу, если она нам поможет.