Павел Шек – IMPERIUM (страница 27)

Второй этаж полностью был занят матросами с галер, выходцами из южных княжеств. По сравнению с матросами, надирающимися дешёвым вином внизу, они выглядели более внушительно и напоминали удачливых разбойников. Почти все широкоплечие и кряжистые. У всех бороды разной степени густоты или плешивости. Огромные ладони, в две моих размером. И у каждого небольшой корабельный топор на поясе. Хотя, по правилам Витории, они должны были оставлять оружие на судне.

– Девки! – кто-то пробасил пьяным голосом. – Айда с нами в…выпьем!

– Хозяин, веди девок сюда! – поддержал его ещё более пьяный голос, затем раздался звук падающего тела и кружек, дикий смех.

Всего отдельных кабинетов на этаже было три. Два заняты тем же сбродом, что и зал, а вот в последнем решались какие-то важные дела. Это я понял, когда вошёл внутрь. За круглым дубовым столом небольшой комнатки сидело четверо. Богато одетый мужчина с брюшком и золотой цепью на груди, предположительно хозяин грузовых причалов. Рядом с ним мужчина моложе, но одетый гораздо богаче, хотя и без украшений. Следы от перстней на пальцах говорят, что украшения он любит. С противоположной стороны от них два южанина. Один из которых капитан Улаф, который меня узнал.

– Вечера всем, – поздоровался я, неожиданно вспомнив, как приветствовали друг друга представители гильдии воров. Кивнул на дверь позади: – Там кто-то пытался нас остановить, не переживайте, с ним всё в порядке, я его исцелил.

Пока все остальные удивлённо смотрели на меня и Диану, стоявшую позади, капитан Улаф расхохотался.

– Кого к нам занесло, – он встал. Показал руку, которую я вылечил и пару раз сжал кулак. – Барон Хаук. Рад встречи.

– Взаимно, – мы обменялись рукопожатием. Я обвёл взглядом собравшихся. Отметил недовольно поморщившегося богато одетого мужчину. – Надеюсь, не сильно побеспокоил. Я слышал, на складах этого причала хранится двадцать бочек с южным вином. Хочу выкупить их все.

– Хранится, – быстро сказал хозяин причала, почуяв неплохую прибыль. – И ещё шесть бочек вина из провинции Крус. Восток, жаркое солнце, сладкое вино – большой дефицит. Уважаемый Улаф может подтвердить.

– Это да, – покивал тот, показывая на кувшинчик, стоявший на столе, – вино хорошее. Безбожно дорогое, но хорошее.

– У нас важный разговор, – влез второй южанин. Довольно колоритный персонаж. Поверх рубахи из дорогой ткани кожаная безрукавка. Примечательно, что бороды он не носил. Длинные русые волосы собраны в хвост сзади, а на висках сплетены короткие косички, в одну из которых вплетён разноцветный шнурок. Но это был точно южанин. Широкий лоб, густые брови сведены к переносице, взгляд такой, словно он смотрит на тебя прищуренно.

– Оставь, Бран, – сказала Улаф, – это тот самый целитель, который вернул мне руку. Мы никуда не торопимся и, если Абель не будет жадничать и слишком долго торговаться, везде успеем.

Улаф хотел хлопнуть меня по плечу, но заметил, как Диана едва заметно сдвинула ладонь на рукояти меча, выдвигая его на два пальца из ножен. Он улыбнулся и переставил свой стул так, чтобы я смог сесть напротив хозяина причала. Не поленился сходить взять ещё один в углу комнаты.

– Пятнадцать золотых за бочку, – с ходу озвучил цену Абель. – И двадцать пять за вино с востока.

– Десять и пятнадцать, – не раздумывая парировал я.

Торговались мы недолго, минут десять. Абель отчаянно хотел поднять цену, я же начал с того, что опустил её ещё на пару золотых. В итоге сошлись на цене в триста золотых за всё, что было раза в полтора больше, чем он заплатил за вино, скупая его оптом. И он мог долго говорить об издержках на хранении и прочей ерунде, это были немалые, к тому же лёгкие деньги.

Весь торг богато одетый друг Абеля сверлил меня взглядом, время от времени поглядывая на Диану. Он меня узнал и сделал какие-то выводы, которые ему не понравились. Проблема в том, что я его раньше не видел. Это был мужчина лет двадцати пяти, приятной внешности, гладко выбритый и ухоженный. От него пахло чем-то терпким и приятным на вкус. Улаф, к слову, тоже заметил необычное поведение своего знакомого.

– По рукам, – устало сказал Абель. – Вам доставить?..

– Нет. Мои люди сами всё заберут с вашего склада. И проверят печати на каждой бочке.

– Как Вы можете сомневаться? – возмутился он. – Мы честные торговцы и на наших складах любой товар хранится не хуже, чем золото в гильдии ростовщиков.

– И крыс на складах Вы тоже готовы зачислить в разряд работников и слуг? Которые не портят продукты и не грызут дорогие ткани? Завтра, крайний срок послезавтра, мои люди заберут вино. Тогда же и расплатятся.

– Зачем же Вам столько вина? – ухмыльнулся Улаф. – Тем более, за такие деньги. Местное вино раза в три дешевле и не сильно хуже.

– Мне предстоит напоить пару сотен оборотней. Каждый из них в одиночку может прикончить бочонок. А местное дешёвое вино они смогут попробовать в городских тавернах и, – я обвёл помещение рукой, – в кабаках. Всего хорошего, – я встал, коротко кивнул капитану.

– Видишь, Ру́бен, не только ты знаешься с оборотнями, – сказал Улаф, заставив меня остановиться у двери. Я оглянулся, посмотрев прищурено на него, затем на благородного мужчину.

– Ру́бен Варгас? – уточнил я и улыбнулся, поняв, что угадал. – Чьё имя «Варгас» восходит корнями к одному из древних родов оборотней? Вот уж неожиданное совпадение. А я думал, что сегодня не произойдёт ничего хорошего. Но, видимо, Уга сжалилась надо мной.

– Вы знакомы с баронами Варгас? – спросил Улаф.

– Заочно, – моя улыбка стала хищной. – Этот недостойный сын своих родителей оскорбил родную сестру моей супруги. Это очень смелый поступок…

– Это ложь, барон, – он встал, посмотрев на меня с вызовом. Без страха или сожаления. Хорошее качество. – Ничьё имя я не порочил. И никого не оскорблял.

– Не ожидал другого ответа, – спокойно сказал я. Его уверенный голос мог обмануть кого угодно, только не меня. – Я сегодня порядком утомился, мотаясь по городу, поэтому быстренько тебя убью и поеду домой. Капитан Улаф, не одолжите Ру́бену меч или топор? Мы с ним решим наши разногласия на заднем дворе.

– Так не пойдёт, – влез второй южанин, которого Улаф называл Браном. Он тоже встал, опрокинув лавку. – Не важно, что сделал этот олух, он должен мне золото! Кто мне его возместит?

– Обратитесь с этим вопросом к богам, – посоветовал я.

Бран сжал зубы так, что вздулись желваки. Рукой поправил пояс, в петле на котором был короткий боевой топор. Барон Варгас, к слову, проглотил оскорбление как само собой разумеющееся. Даже ухом не повел, когда его помянули так, как говорят о поместных крестьянах.

– Говорил мне префект, что если я убью ещё хоть одного благородного, он меня больше в город не пустит, – проворчал Бран. – Как тут у вас принято? Я выступлю ответчиком вместо Ру́бена. Улаф, ты свидетель, и ты Абель, что он сам напросился на «честный» поединок.

– Зачем мне твоя жизнь? – спросил я у Брана. – Что мне с неё?

– А ты очень самонадеян, сопляк, – он прищурился, бросив короткий взгляд на Диану.

– Бран, уймись, – попытался утихомирить его Улаф. – И Вы, барон Хаук. Давайте решим всё без смертоубийств. Мы в городе не последний раз, – это он сказал для Брана. – Да и семья Рубена довольно влиятельна и доставит Вам лишних хлопот если его приберёт демон Балаам, – это было сказано мне. – Предлагаю решить всё с помощью кольца. Победит Бран – барон Хаук просто забудет, что видел Рубена сегодня. Найдёте его завтра и поквитаетесь. Если случится наоборот, – Улаф посмотрел на Рубена, – он ответит за оскорбление благородной девушки. Как только мы решим с ним наши дела, сразу и ответит. Слово.

– Я за сталь, – проворчал Бран. – Хочется сегодня кого-нибудь убить.

– Поддерживаю, – сказал я. – У меня точно такое же желание. С самого утра.

– Кольцо! – решительно заключил Улаф, проигнорировав нас. – Давайте выйдем в зал. У Эрна было хорошее кольцо.

Я ещё минут десять назад обратил внимание, что в зале стало необычно тихо. Южане прекратили пить, рассевшись на лавках лицом к двери в кабинет, да поглаживали топоры. Вьера и Ивейн на них смотрели с нескрываемым презрением. Случись что, они перебили бы их меньше чем за минуту. Интересно, понимали ли это южане?

– Эрн, тащи сюда свою задницу! – крикнул Улаф. – И кольцо вместе с ним. Бран будет спорить с молодым господином из Витории.

Мужики одобрительно загудели, радуясь тому, что скоро станут свидетелями забавного зрелища и тому, что можно вернуться к выпивке. Один из них приложился к горлышку кувшина, пробулькав что-то нечленораздельное, но одобрительное.

Кольцо, про которое говорил Улаф, было сшито из грубой кожи, не больше обычного браслета размером, но толщиной в палец.

– По нашим обычаям можно решить сложный спор с помощью кольца, – сказал Улаф. – Каждый из спорщиков, просунув два пальца, зажимает кольцо вот так. Затем поворачивают в разные стороны. Проигрывает тот, кто сдаётся первым. Или тот, у кого первым сломаются пальцы.

У южанина, который принёс кольцо, указательный палец был криво сломан и неправильно сросся. Скорее всего, сдаваться первым он не захотел.

– Это гораздо лучше, чем быть убитым, – голос Улафа звучал так, словно лично он был не против обагрить кровью меч или топор. При этом он считал, что храбрости у жителей срединных земель и столицы гораздо меньше, поэтому и предлагал этот способ.