Павел Семенов – Цель – выжить! (страница 45)
Я киваю.
— Вот! Это язык Система, — подтверждает он.
— Стало быть и вправду мы не знаем наш язык. Потому-то я и не смог прочесть ни одной газеты дома, — заключает Профессор. — А Система научила своему…
— Ооо! — гоблин обращает свое внимание на Профессора и указывает на очки. — Твоя носить вторые глаза! Твоя механик?
— Нет. Я алхимик-взрывник, — отвечает тот.
— Оооо! — еще более восторженно восклицает Гух. — Взрывник это хорошо. Взрывник у гоблинов почет и уважение.
— Гух, а как ты появился здесь? — задаю ему новый вопрос.
— Гух пришел сюда. Ногами, — для убедительности он делает пару показательных шагов. — Совсем глупый, да?
— Я не о том! — возмущаюсь оценкой своих умственных способностей. — Как в нашем мире появился? На планете? Ну… Как же объяснить-то?!
— Вот-вот! Правильный вопрос, Макс! — поддерживает меня Ян. — Откуда ты, такой зеленый, взялся в нашем мире? Память нам отшибло, но я точно знаю, что тебя быть не должно!
Для убедительности, паладин слегка похлопывает плоской стороной меча по щиту, как бы показывая свое намерение при непонравившемся ответе.
— Аа? Это-ть? — спрашивает гоблин.
— Ага. Это-ть! — отвечаю я.
— Так, это-ть, Система позвать, — как само собой разумеющееся, проговаривает Гух.
— Как это позвала? В смысле?! — не понимаю я.
Переглянувшись с остальными, вижу, что не один такой.
— Так она всех звать на защиту жизни на эта планета, — пожимает узкими плечами гоблин. — Всех, кто участвовать в защите или нападении на планета.
Блин! Теперь вопросов становиться еще больше.
— А поподробней можно? — в нетерпении спрашивает Профессор.
— С вами до завтра так болтать можно! Кто дела делать?!Тьфу! — возмущается Гух. — Я говорить, а твоя железяка тащить!
— Да, без проблем! — сказав это, паладин подходит к велосипедной раме и легко выдергивает ее из земли. — Ты говори, давай!
А рассказывал он долго. Дорога к его поселению шла вдоль ручья. И мы сделали остановку, чтобы напиться, пополнить запасы и отмыться. Особенно это требовалось мне. Еще, мы чуть не потеряли гоблина. В смысле, он чуть не умер. От разрыва сердца. Инцидент произошел, когда Тур нагулялся и, решив глянуть как у нас дела, неожиданно вышел из-за кустов. Еле-еле старика в чувства привели.
Оказалось, гоблин появился на нашей планете не один. А со всем своим племенем. И не одно его племя появилось. Должны были появиться и другие племена. Не только гоблинские. Еще орки, огры, дворфы, эльфы и так далее. Все те, кто когда-то приходил на нашу планету с целью захватить, поработить или уничтожить землян, а затем умер на ней в результате боевых столкновений.
Группы таких разумных возрождались на планете с целью помочь людям с защитой ее во время очередного пробуждения Системы. А та, соответственно, пробуждалась в момент опасности для существования рода человеческого.
По каким критериям Система отбирала тех, кто сможет возродиться, никто не знал. Но им давался шанс присоединиться к человечеству в борьбе против вторженцев. За их вклад начислялись баллы, которые можно поменять на очки перерождения. Это что-то типа реинкарнации. Точнее Гух объяснить не мог, сам до конца не понимал. Но вот лично он возродился для помощи человечеству уже второй раз.
Первый раз защищались от вторжения эльфийского конгломерата. Чудом отбились. Но гоблины и другие расы, принимавшие участие в сражении, прожили не долго после победы. Очередное религиозное движение, что у людей в порядке вещей, обвинило в кризисе поствоенного времени всех, кто не является человеком.
Были гонения, пытки и казни. Гуху повезло. Его убили в бою. Одним ударом. Так что почувствовать он ничего не успел. Легко отделался. Сколько лет прошло с тех пор, старик понятия не имел. Но я то помню, что написала Система, когда только пробудилась. Там указывалось три с чем-то тысячи лет, после последнего ее погружения в сон. Значит, сама битва состоялась еще раньше.
Интересно, сколько времени прошло с момента пробуждения до победы? И сколько до погружения в сон?
Глава 71
По словам гоблина, ему нужно набрать определенное количество баллов, защищая человечество или способствуя этому своими действиями. Затем он сможет выменять их на очки перерождения. При наличии такого очка, Система освобождает разумного от роли защитника, и позволяет переродиться в любое существо на выбор.
Гух рассчитывает на положительный исход битвы. Говорит, что людей всегда все недооценивают. Как и гоблины когда-то, что решились на вторжение по науськиванию дроу. Люди оттачивают искусство ведения войны в постоянных междоусобных сражениях. Даже, появившийся на горизонте общий враг, не является помехой для этого.
Но стоит замаячить окончательному поражению и гибели всего человечества, как они объединяются и сплачиваются в одно целое. В критической ситуации переламывают ход сражения в свою пользу, несмотря на доминирование противника в количестве воинов и по уровням.
Еще гоблин надеется вдоволь пожить после окончания битвы за планету. Вот и хочет наладить контакт с людьми. То есть с нами. Помогать друг другу и все такое.
Мы не успели задать ему все вопросы, которые хотели. Оказалось, до его поселения не так уж и далеко идти. Минут двадцать, не больше. А ответы, как и история, которую он рассказал, были короткими, без описаний и пояснений.
Миновав очередной изгиб русла ручья, что порос по обоим берегам молодыми деревьями, нам открывается вид на деревню гоблинов.
Ну, как деревню? Участок поля рядом с ручьем, заросший кустарником и молодняком, плотно застроен какими-то шалашами, палатками и частично огорожен частоколом из тонких стволов. Мы как раз наблюдаем, как одна группа гоблинов перетаскивает эти самые стволы, а другая их вколачивает и закрепляет. По всему поселению мельтешат и снуют туда-сюда низкорослые фигуры. Слышится постоянный стук, звон и крики на тарабарском языке. Обжитой участок соседствует с одной стороны с оврагом с ручьем, с трех других — с полем. А поле окружено неровной границей леса.
— Хгрегра! — раздается тонкий звонкий голос со стороны поселения.
Мимо частокола, сквозь высокую траву, к нам бежит кто-то невысокого, даже для гоблинов, роста.
— Хгрегра! — крик, выражающий радость раздается ближе.
— Внучка, — поясняющий для нас голос старого гоблина, наполнен любовью и заботой.
Через мгновение перед нами предстает заразительно смеющееся чудо. Слегка пухленькие ручки и ножки резко контрастируют с костлявостью взрослых гоблинов. Кожа гладкая кремово-зеленого цвета. Небольшие ушки, почти не отличающиеся от человеческих, забавно топырятся в стороны. Большие выразительные глаза сияют задором и озорством.
— Хгрегра? — озадаченно выдает девчушка, разглядывая нас, и, раскрыв глаза от удивления еще шире.
— Харири, это гости нашего поселения. Твоя проявить уважение, говорить на языке Системы, — наставляет ее Гух.
— Хгре… Ой! Дедушка! — лицо Харири, видимо, это ее имя, меняет цвет на более темный и насыщенный зеленый тон. Похоже, гоблины так краснеют.
Затем, из высокой травы вылетает шерстяной комок и врезается в девочку. Это оказывается щенок.
— Ух ты! — восклицает Яна. — Это же щенок лайки! Какой забавный!
Четвероногое чудо начинает игриво бросаться на Харири и вылизывать ей лицо.
Та катается на траве и хохочет.
— Деда! Ха-ха-ха! Смотри, какого я питомца себе завела! — сквозь смех доносится ее звонкий голосок. — Правда, он хороший?!
Хм… А она говорит не ломаным языком, как ее дедушка.
— Хороший, внучка, хороший. Где же ты его взять? — умиляясь ее игре с четвероногим другом, ласково спрашивает дед.
— Он пришел за стаей одичавших собак к нашим домам. Воины всех порубили. Теперь, бабушка Грыгра вкусное жаркое готовит. Пальчики оближешь! А щенок в траве прятался, боялся выходить. А я его заметила. И вот теперь мы друзья, — поясняет девочка. — Я воспитаю из него лучшего боевого фаргха! Буду верхом разить всех врагов племени!
— Ехе-хе! Моя не сомневаться, Харири! Беги, играть! Только далеко не забегать от стен! — и уже нам с гордостью заявляет. — Она в будущем стать отличный повелитель зверей!
В это время девчушка, хохоча и визжа, уже бежит по полю. Только пятки сверкают. Ее питомец не отстает.
— Я назову тебя Могучий Хирси! — доносится с поля звонкий девичий голос. — Ха-ха-ха! Хватит лизаться!
Глядя на резвящуюся со щенком Харири, мои губы самопроизвольно растягиваются в широкой улыбке. Осматриваю товарищей. Те тоже улыбаются и не отводят от девочки взгляда. Это первый ребенок, встреченный мной после пробуждения. Пускай, и иной расы. Но внутри меня разливается какое-то тепло, необъяснимое чувство. К этому добавляется смесь из умиротворения, веры в хорошее будущее и желания заботиться. Заботиться об этом ребенке. Заботиться обо всех детях, что встречу на своем пути, и с которыми наши дороги не пересекутся. И грызть глотки всем, кто попытается нанести им вред.
В такие моменты понимаешь — вот высшая цель! Вот для чего нужно выжить, усилиться, вломить противнику по самое немогу и прогнать навсегда из нашего дома. Ради детей. Ради таких вот счастливых и беззаботных моментов. Когда понимаешь, что они станут не такими как ты, будут лучше, достойнее. Смогут совершить что-то поистине важное.
Пока в моей голове прокатывается поток волнующих мыслей, щенок догоняет Харири и валит ее в траву. Раздается новый взрыв заливистого смеха и веселого тявканья.