Павел Семенов – Сильный духом 2. Долой оковы (страница 8)
Знал бы ты, как мне на все твои угрозы плевать… Но вот говорить вообще нет никакого желания. Не вижу в этом никакого смысла. И жаль, что ни я, но разбойники тебя не прирезали. Скорее всего те, кто нас ловил и до бандитов добрались.
Викинг подходит ко мне вплотную. Замахивается…
– Стой, Снор! – это подает голос Лустер. – Мы с тобой уже все обговаривали. Когда мы его отдадим Манию, он должен быть полностью здоров. Благодаря этому мы выручим солидную сумму. А парень получит столько страданий, сколько не сможешь обеспечить ты.
– Да, ты прав, – с удовольствием и наслаждением протягивает Снор, глядя мне в глаза. – Твоя жизнь, Красавчик, превратится в лютый кошмар.
Рассмеявшись, воин командует:
– Грузите его к нам!
И меня подмышки тащат на другое судно.
Блин, а я то думал, что осточертевшее плавание закончилось…
Меня, по-новому связанным, снова бросают под палубные доски. И так же, как и на предыдущем судне, к гребле и другим работам не допускают. Но на этот раз плавание проходит под постоянными угрозами чертова Снора о том, что меня ждет незавидная судьба. Какая именно не сообщает, обещая сюрприз.
– Ты же, как я погляжу, любишь боль? – как-то сообщает он мне. – Вот и насладишься ей вдоволь. Болью и унижением.
Дня через два мы снова оказываемся в порту. В более шумном.
Видимо, договорились о моей судьбе без моего участия, так как почти сразу меня связанного передают группе довольно крупных и крепких ребят.
Один из них, что одет в достаточно легкие и свободные, но с виду дорогие одежды, хмыкает:
– Вот ты какая, новая игрушка, для наших мальчиков. Что-то мелковата.
И с сомнением смотрит на Лустера. Тот в долгу не остается, сразу отвечает:
– Я с твоим господином уже договорился и объяснил, что из себя представляет этот малец. Поверь, он подходит для вашей школы.
Игрушка? Мелковата? Малец? Школы?
Это для каких целей меня отдают, если я со своим ростом и сложением мелковат? Или они про возраст? А, может, про низкий уровень?
– Не знаю, не знаю, – с сомнением проговаривает незнакомец, когда меня принимают в руки его крепкие и молчаливые сопровождающие.
Под светлой и свободной одеждой одного из них, после прикосновения своим плечом, я ощутил спрятанный там жесткий доспех.
– Надеюсь, он хоть день продержится, – качает головой мужчина в дорогих одеждах. И, уже разворачиваясь, тихо, ни к кому не обращаясь, сокрушенно проговаривает. – Господин будет очень недоволен, когда узнает, что за этого доходягу потрачена такая сумма. Жаль, что она уже выплачена и договор заключен.
Эти слова подтверждает системное сообщение, выскочившее некоторое время назад.
Смена хозяина.
Ваш новый хозяин – Маний.
Ваша точка возрождения изменена.
Для меня же остается загадкой, куда меня ведут и для чего. Поделиться информацией никто не спешит. А спросить не успеваю.
Мне втыкают в рот кляп. Наматывают поверх тканной лентой, чтобы тот держался и не выпадал. А на голову одевают мешок.
Для чего? Чтобы не знал куда везут? Не смог найти дорогу обратно?
В какой-то момент меня подхватывают и куда-то укладывают.
Со словами:
– Пошла!
Раздается лошадиное фырканье. То, на чем я лежу, дергается. Раздается скрип колес. И я ощущаю, что мы поехали.
Путешествуя таким образом, мне становится ясно одно. Как же здорово перемещаться по воде.
Сейчас же для связанного и лежащего на жестком, каждая кочка, канавка и неровность дороги отбивает по моим ребрам и другим частям тела. И ладно бы это длилось недолго. А вот после нескольких часов на мне живого места не остается. Даже стойкость поднимается на единицу.
После чего мне становится легче переносить невзгоды. И не только потому, что болевой порог из-за увеличения навыка поднялся. Но и благодаря пониманию, что все лишения не напрасны, а приносят свою пользу. Чем мне хреновей, тем я становлюсь сильнее.
Едем мы долго. Очень долго. Сколько именно мне судить сложно из-за того, что даже смену дня и ночи не могу наблюдать из-за плотного мешка. Даже умудряюсь уснуть, несмотря на далеко не комфортабельное размещение.
– В одну из нижних камер его! – будит меня чья-то команда.
Мое тело рывком переводят в вертикальное положение и я оказываюсь ногами в песке. Скрип телеги постепенно отдаляется.
– Накормить. А завтра представим его господину, а там и ребят обрадуем! – продолжается раздача команд.
Меня куда-то тащат, толкают. Несколько раз спускают по ступенькам. Раздается скрип металла, с моей головы, наконец, сдергивают мешок, быстро срезают часть пут. И пинком отправляют в узкую каменную камеру, площадью чуть больше туалета в панельной многоэтажке. Падаю на подстилку из соломы, раскиданной по всему полу. За спиной снова раздается скрип металла, а затем шуршание замка.
Оборачиваюсь. В тусклом освещении вижу перед собой решетчатую железную дверь.
А еще мне в специальную щель какой-то мужик просовывает миску со словами:
– Жри!
И уходит.
В миске оказывается две вареные луковицы, вареная морковь, несколько зубчиков свежего чеснока и нормальный кусок мяса. Моя диета, которой не по своей воле я придерживался во время «путешествия», заставляет организм моментально среагировать на содержимое миски. И все это быстро съесть. Рядом оказывает грязный ковш с водой. Несмотря на непонятный привкус, выпиваю ее полностью.
Не замечаю вокруг ничего интересного. Сам я ничего сделать в данной ситуации не могу. Да, и решетка заперта. Ложусь спать. Думать и размышлять о чем-то нет никакого желания.
Глава 6. Знай, мясо, свое место!
– Вставай, ублюдок! – кто-то громко рявкает.
Не успеваю разомкнуть веки, как меня почти целиком окатывают ледяной водой.
Открываю глаза и вижу за решеткой несколько довольно скалящихся здоровых мужиков, облаченных в доспехи из толстой кожи с металлическими нашлепками. Такие накачанные широкоплечие бычки в броне.
Шуршание замка, скрип открываемой решетки, и вот меня уже вздергивают на ноги, как какую-то безвольную куклу.
– Этот малыш точно был куплен на роль живого манекена? – хмыкает один из громил.
Мерзкое состояние. Из-за перетянутых путами на длительное время ног и рук, конечности ватные и не желают подчиняться моим командам. Мои ноги сейчас волочатся по каменному полу, когда как мое тело тащат двое громил.
Через пару поворотов и дверей оказываемся в длинном коридоре. В конце которого разливается яркий свет. Оттуда веет потоками более теплого воздуха, что проникает в это прохладное каменное помещение. Меня тащат именно к выходу.
Яркий солнечный свет отражается от бледно-желтого и немного сероватого песка. А мои глаза, привыкшие за последнее время к темноте и мраку, начинают непроизвольно жмуриться с каждым шагом все сильнее. Когда оказываюсь снаружи, они начинают слезиться. И очень сложно рассмотреть происходящее вокруг. Но кое-что различаю.
Здесь что-то вроде обширного внутреннего двора размером примерно с футбольное поле. Оно засыпано песком и обнесено со всех сторон постройками. Во дворе полно полуголых здоровых мужиков. И, как я понимаю, они тренируются.
– Что за мясо сюда привели?! – рявкает мощный грозный голос.
К нам обращается самый здоровый и широкоплечий из них. По сравнению с ним я действительно малыш. Глаза как раз начинают более или менее привыкать к яркому свету, и мне удается немного рассмотреть лицо мужчины. Оно суровое и даже жуткое. Помимо нескольких шрамов на нем отчетливо видны следы от очень старых ожогов по всей голове. Из волос имеются только жидкие и короткие ресницы. Бровей нет.
– Протоген, принимай! – радостно скалится один из моих сопровождающих. И подталкивает меня вперед. – Господин Маний новую куклу купил для твоих мальчиков.
– Куклу? – хмурится тот обожженный. – Это низкоуровневое дерьмо?!
Вокруг раздаются смешки тренирующихся мужиков.
Странно, что этот местный употребляет такое выражение как «низкоуровневое». Хотя, как я знаю, они также могут пользоваться системной информацией и видеть данные игрока, только называют это по другому. Для них это не интерфейс, а видение сути и знания, что они могут подглядеть в потоках мироздания.
– Я тоже недоумеваю! – недовольно произносит надменный мужской голос откуда-то сверху. – Что этот торгаш Лустер себе позволил?! Он меня уверял, что новый раб будет крепок и вынослив! А что подсунул?! Геласий, куда ты смотрел?!
Приходится задрать голову. Прямо над тем местом, откуда я вышел, имеется балкон. На нем стоят несколько мужчин в светлых свободных одеждах.
– Господин Маний, что Лустер, что Снор уверили, парнишка, несмотря на внешний вид и слабое значение силы пришлых, довольно стоек и выдерживает боль, – берет слово тот, что принимал меня у моих прошлых хозяев.