Павел Рубченко – Багровый восход (страница 8)
Когда все было готово, Лев взял богатырских размеров бутерброд и открыл рот, готовясь вонзить в него зубы. Внезапно, полутемная кухня озарилась ярким золотистым свечением. Увиденное далее, заставило его полностью пересмотреть вопрос, о злоупотреблении кагором в обед и вечером. В углу кухни, расправив широкие крылья, парила крупная птица! Или не птица. Потому, что голова и плечи ее, до самой груди были … человеческими! Грудь, впрочем, тоже… Молодая рыжеволосая девушка смотрела на него своими небесно-голубыми глазами, и взгляд этот, выражал крайнюю обеспокоенность:
– Много крови вижу я…
Ее голос, будто звучал сразу из нескольких музыкальных колонок сразу. Слева, справа – отовсюду! Вся кухня была наполнена ее голосом!
– А? – Еремей взялся за нательный крестик и крепко его сжал, собираясь прочесть молитву.
– Ты увидишь… – она приземлилась на раковину, вцепившись в нее крепкими, острыми когтями. – Это будет. Сие грядет! Много бед. Много смертей. Мало веры. Мало сил…
Еремей помнил, что ему говорил Тихон, который, кстати, куда-то пропал, и давно его не навещал. Говорил, про таких существ, а он ему не верил. И вот – пожалуйста! И как назло, все молитвы просто вылетели из головы, будто их там и не было! «Однако, трудная у него работа, – успела мелькнуть мысль, – эта, вроде не нападает, и все равно страшно!»
– Ты! – она указала на него широким крылом из разноцветных перьев, – ты должен знать. И живые будут завидовать мертвым, и мертвые – будут ходить среди живых, не боясь света. Начало конца! Один – силен, много – непобедимы. Будь, как много. Принимай и кайся. Найди серебро! Много серебра. Придет человек в черном – сделай, как он скажет. И верь! Скоро настанет время большой скорби. Время террора. Еремей!
Священник вздрогнул и оторвал цепочку с крестиком.
– Я? Я тут…
– Помни, человек божий. И верь!
Птица, вдруг взмахнула своими крыльями, умножив сияние и исчезла, ненадолго ослепив испуганного Льва. Только запах цветов остался. Как на лугу, летом. Только бабочек и жуков не хватает. Еремей подумал, что заснуть до утра уже не сможет. Он сел на табуретку, отложил бутерброд и, подперев голову руками, попытался собрать мысли в кучу.
Глава десятая
– Карпаты? – сузил глаза колдун. – Ты уверен?
Горбатый черт припал к земле:
– Так и ес-сть хоз-зяин, Евр-о-опа. Нес-сколько ле-ет они здес-сь. Ес-сть город, не т-а-ак дале-еко отс-сюд-а-а.
– Продолжай!
– То-от гор-род, весь под уп-пыря-ями. «С-светляк-и-и» по тен-я-ям прячутс-я-я, на-аши ли-икуют. Лю-юди уезж-жают, но т-там у них-х – тури-изм. Д-друг-гих люд-дей пото-к-к, хоть и с-слава дур-рная. А л-люди ед-дут ту-д-да…
– На корм, значит, упырям? – колдун поджал губы.
– Хоз-зяин?
– Что они делали здесь? – будто сам себя спросил колдун, и махнул рукой.
Черт растаял в воздухе, словно его и не было.
«Нагряну сейчас – разбегутся. Слух сразу пойдет. Подсунут мне на откуп, какого-нибудь никчемного беса, и все. Убивцы в тени останутся… Почему именно тот город? – размышлял колдун. – Поеду как смертный. Зайду к людскому руководству. Сами все и выложат, как на блюдечке! Узнаю на месте, кто и зачем. Главное – зачем?»
Кащей переместился в самую гущу ближайшего леса людей, неподалеку от их города. Осмотрелся. Только птицы, да белки по деревьям прыгают.
– Леший, покажись!
– Не шуми, – сухо, словно по коре дерева заскрежетали.
Колдун обернулся. Над ним возвышалось существо из травы, веток и земли. Птицы обеспокоенно взлетели с веток на его голове, и защебетали.
– Тише вы, – раздраженно махнул лапищей-суком Царь Леса, – загудели. Ни днем, ни ночью покоя от вас нет. Что тебе, страж?
– Актаз. Коня моего приведи. Что-то ты не в духе? Опять люди костры жгут, да деревья рубят?
– Хуже. Ведьма эта … – Леший приблизил лицо, состоящее из коры дерева, по которому активно ползали жуки с гусеницами, – Яга отваром угостила. Приятный такой. Никак в себя не приду. Давно такого не было.
– Тебя же ни какой отвар не берет? – искривил губы Кащей.
Леший выпучил глаза-желуди и показал каменные зубы:
– Вам, чародеям, только дай волю! Эй, сюда ведите этого говоруна!
Послышался треск, хруст и приглушенный голос:
– А вы смотрели вчера матч? Ну, я серьезно: Латвия и Бразилия. Эх, сколько голевых моментов! А потом серия пенальти…
Медведь, недовольно рыча, вывел красивого коня с шикарной белой гривой. Бок его лоснился, а крепкие и ровные ноги выдавали породистого жеребца.
– Кого мы видим? – широко раскрыл умные глаза конь. – Кащеюшка! Сколько лет, сколько зим?
– Замолкни!
– Понял, понял! – фыркнул конь. – Куда путь держим?
– В другой город, к упырям.
– Э-э… может, не поедем? – конь переступил с ноги на ногу. – У меня тут канал про людской хоккей есть! Игра такая. А вы пробовали чипсы?
– Будешь ругаться – язык вырву! – пообещал чародей.
Приняв вожжи от хмурого медведя, Кащей вскочил на коня, кивнул мотавшему огромной башкой Лешему, и прыгнул вверх, через самые макушки деревьев, через весь лес. Только ветер засвистел в ушах. Полы длинного плаща затрепетали, а шляпа едва не соскочила с головы колдуна. Оказавшись сразу на магистрали, он пришпорил коня. Машины, визжа шинами, объезжали неожиданное препятствие и сигналили.
– Знаете, шеф. Тут такое дело: здесь автомобили теперь ездят. Нас сбить могут и вообще, мужик в черном плаще и такой же шляпе на белой лошади, смотрится, по меньшей мере, необычно. Не находите?
– Поехали!
– Я предупредил. Просто глазеть будут, сигналить… Люди, понимаете ли! Что с них с них взять? Убогие они, эх…
Мимо пронеслась серебристая иномарка. Водитель заморгал аварийкой и просигналил. Кащей наклонил голову набок и, подумав, щелкнул пальцами. Упав в водительское кресло, он уверенно взялся за руль, и нажал в пол педаль газа. Под капотом натужно заревел мотор.
– Ого! – произнес голос из радиоприемника. – Зачем так быстро? Покрышки сотрутся…
Заснеженная дорога не принесла им неожиданностей, до самого въезда в чужой город. На всем протяжении пути, их сопровождали красивые зимние виды облепленных снегом деревьев, стоящих по обе стороны трассы. Будто въезжаешь в причудливый тоннель, из наклоненных над дорогой сосен, дубов и пихт, сделанный самой природой. На въезде в город, белый жигули зачем-то остановился.
– Но! Поехали! – рявкнул чародей.
– Нельзя, шеф! – радиоприемник заговорщицки понизил голос. – Это у них, специальные люди для таких, как вы, водителей.
К машине вразвалочку, не торопясь, подошел человек в синей форме с белыми полосками. В руках он держал черно-белую палку и какой-то прямоугольный предмет.
– Что ему надо? – недовольно пробурчал Кащей.
– Права ему ваши нужны. И еще что-то… Не помню. Это такие бумажки… ха-ха, что вы делаете?
Колдун открыл бардачок и, порывшись, извлек старый календарь. Повертев его в руках, он слегка на него дунул. Подошел мужик с палкой:
– Добрый день, старшина Ионов. Ваши документы!
Кащей протянул ему календарь.
– Так. Алексей Вадимович, – служитель закон раскрыл темный прямоугольный предмет, и начал стучать по нему пальцами, – права первого класса! И даже без аварий? У вас левая фара не горит, знаете? Устраните как можно скорее! Что ж, счастливого вам пути!
ДПСник закрыл предмет, вернул календарь и сделал жест палкой.
– Люди! – почему-то, Кащею захотелось плюнуть. – А ты, фару включи, недоумок! Незачем привлекать внимание.
Глава одиннадцатая
Благополучно въехав в центр города, Кащей долго кружил, выискивая здание администрации города, где, как ему сказал Актаз, он сможет найти людей, руководящих другими людьми. Большой проблемой стал поиск места, где они могли бы остановиться. В конце концов, колдун сделал знак пальцем, и прямо напротив стены здания, образовалось свободное место.
– Тут платная стоянка, – предупредил Актаз.
Колдун вылез и, хлопнув дверью, широким шагом направился к зданию. Скромный маленький автомобиль, остался в одном ряду с сияющими хромом, кроссоверами и джипами.
– Как хотите… Эй, шеф! Возьмите меня с собой? Я знаю, что здесь и как!
Кащей остановился и, обернувшись, повел ладонью. Его догнал молодой белобрысый парень в шортах и футболке: