Павел Пуничев – Мир жизни и смерти (страница 28)
Со вторичными характеристиками решил не спешить, а вот в навык «Обучение» вложил десять очков, таким образом, увеличив получаемый опыт и скорость прокачки других навыков на десять процентов. Остальные очки оставил, решив ориентироваться на месте.
— Ну, что, Бро, готов?
— Ага, сейчас только по пути в одно место зайдем, и можно будет начинать.
У древа меня ждал неприятный сюрприз.
— Так это ты, хрен старый, и есть Фрол?
— Я и есть. А ты, гляжу перестал скрывать свою ориентацию, вырядился точь — в — точь как столичные гомики, весь в коже и с трусами поверх штанов. Только плаща и маски на рожу не хватает.
— Это не трусы, а защитный гульфик!
— Ага, чтоб бабы что ли не домогались?
— Слышь, дед, давай на мировую. Мне сказали, что ты раньше ювелирными украшениями занимался?
— Решил в соски колечки вставить?
— Де-ед…
— Ладно, ладно, чего хотел?
— Вот такое ты покупаешь? — Я вывалил на прилавок горсть осколков и пяток изумрудов.
— Ишь ты, удивил, болезный, давненько я такого не видал. Неплохие из них вещицы могут получиться. Да только нет у меня денег, чтобы все это купить. Вот только разве что…
— Разве что, что?
Дед скрылся за прилавком, с шумом там что-то передвигая, затем с кряхтением выпрямился, выставляя на прилавок резную шкатулку и откинул крышку. В коробке обёрнутые в бархатную тряпицу лежал десяток колец и пара браслетов.
— Разве что на это поменять, пояснил Фрол, ласково поглаживая браслеты пальцами.
Я взял одно из колец, вглядываясь в его свойства.
Не сказать, чтобы что-то крутое, но считай того же Странника по характеристикам на целый уровень поднимет.
— И что, каков курс обмена?
— Простой курс: все на все. И я тебе еще пучок морковки добавлю.
— Пять пучков и договорились.
Удалялись мы от древа, под хихиканье деда, Странник тоже разулыбался:
— А веселый дед, как он тебя с твоими трусами поддел, думал, что там прям заржу.
— Ага, — поддержал его Резак, — и про плащ с маской весело получилось, дедок молодец.
— Кстати, пока напомнили, — я вытащил черный плащ, и протянул его Резаку, — это тебе для маскировки. А это, я вытащил чернёную маску, ошейник и браслеты с шипами, Странник для тебя, здесь все стальное, с очень хорошей защитой, брал для Долли, но тебе нужнее. Надевай и начинаем.
Сказать, что Странник оказался не доволен обновками, это не сказать ничего, в утешение пришлось ему вручить пяток колец и браслет, все что были на силу и жизненную энергию.
Два колечка и браслет, поднимающие количество энергии духа я, естественно, забрал себе. За оставшееся подрались Снегирь с Резаком, которым критично было необходимо поднять ловкость. В итоге все остались недовольны: я что меня просто грабанули, рога и лучник, что пришлось делиться друг с другом, попрошу заметить, моими ништяками, а Странник от того, что стал выглядеть как конченый извращенец. Довольна была одна Долли, меланхолично жевавшая морковь, но знай она о той участи, что я для нее приготовил, думаю, она немедленно примкнула бы к нашим рядам.
Дождавшись, чтобы перед фортом никого из игроков не было, мы юркнули в темный коридор и столпились около окованной стальными полосами двери. Я вытащил заветный ключик и вставил его в скважину.
— Да, конечно, чего спрашиваешь?
Дверь скрипнула, и я шагнул в темный пыльный коридор.
Я застыл на месте всматриваясь в темноту, затем вошел Снегирь с факелом, осветив окружающее нас пространство: узкий каменный коридор шел в темную комнату, дальней стены которой было не видно, на полу обломки мебели, почти скрывшейся под толстым слоем паутины и пыли. Вот и все что можно было отсюда рассмотреть. Слух добавлял немного конкретики, скрипы и шорохи, от которых мурашки бежали по спине. Нос тоже подсказал не много: запах пыли и плесени. Я старался не внюхиваться, боясь не вовремя расчихаться, привлекая к себе внимание полчищ монстров, которых успело нарисовать мое воображение. Мимо меня начал протискиваться Странник, но я его придержал, объяснив жестами, чтобы он не торопился.
— Долли, — прошептал я на ухо пету, — настал твой звездный час, иди и разведай там все.
Овца сделала вид, что меня не поняла, уставившись на меня тупым взглядом, как баран на новые ворота, и жалобно заблеяла.
— Заткнись, и пошла на разведку! — Прошипел я, пинком под пятую точку, отправляя ее вперед.
Овца возмущенно заблеяла, но зацокала своими копытами, отправляясь в темноту комнаты. Встала на границе света и тьмы и снова жалобно заблеяла. Ничего не произошло. Секунда. Другая. Сердце бухает в груди, перекрывая доносящиеся отовсюду шорохи. Долли заблеяла еще раз и поцокала обратно к нам. Именно в этот момент на нее и напали. Сгусток тени, отвратно скрежеща многочисленными лапами, рухнул из темноты, распахивая свои серпообразные челюсти.
Святой луч и стрела ударили в тень одновременно, снося ее на пол.
Долли, вереща как испуганный заяц, пронеслась мимо нас, на всем ходу врезавшись в входную дверь и рухнула там как подкошенная. Мы, едва увернувшись от этого живого снаряда, опять встали в боевой порядок, готовясь отражать нападение. Оно не заставило себя ждать: очухавшийся паук, скребя по полу поломанной лапой, вынырнул из темноты, бросаясь в нашу сторону.
Странник рухнул на одно колено, бухая квадратный щит на пол, перекрывая им большую часть коридора. Я послал еще один луч и активировал лужу лавы. Влетев в нее на полном ходу, паук замедлился, задымился, зашипел и плюнул серым комком, на лету превратившимся в паучью сеть.
Странник принял паутину на щит, не получив никакого урона, поднял молот для того, чтобы встретить противника сокрушительным ударом, но так его и не дождался. Лужа затормозила паука качественно, он вырывал дымящиеся лапы, продвигаясь вперед, но очередной луч и еще одна стрела, завершили дело.
Мы замерли, боясь громко дышать, но ни шорохов, ни скрипов больше слышно не было. Наконец, Снегирь заговорил:
— Прости Бро, но твой пет, может, как тягловая лошадь, хорош, но как боец так себе, так шустро удирала от моба, что своим лбом чуть колени мне назад не выгнула.
— Зря ты так, просто она пауков боится, но видел бы ты, как она лихо с элементалями и скелетом расправлялась, своим глазам бы не поверил.
— Вы так и будете болтать, или мы все же дальше пойдем?