Павел Пуничев – Мир жизни и смерти (страница 22)
— Все! Эликсиры взял, деньги оставил.
Так и не дождавшись ответа, я махнул рукой и вывалился наружу. Из-за малой вместимости сумки, пришлось один из булыжников спрятать под печкой, зато все флаконы поместились спокойно. Надо сумку побольше найти и покрепче, и вообще, приодеться надо, а то уже даже не на бомжа похож, а на пугало огородное. Правда денег опять нет, но чую, до вечера заработать успею.
Последние сообщения о том, что я получил незаслуженный опыт еще не перестали приходить, как я снова был на месте.
Глава 10
— Бро, давай сюда, мы тебе парочку в кучку согнали, чтобы маны лишней не тратить.
— Ладно, за двоих три гроша возьму.
Я вытер трудовой пот и улыбнулся: почти пять часов кача. Деревни почти не видно, ушли за это время километра на три, очищая широкую приграничную полосу от элементалей. Часа через два после начала миграции встретился со Снегирем. Тот получил десятый уровень и сейчас зарабатывал деньги, чтобы заплатить обозникам, идущим до ближайшего городка. Он где-то раздобыл лист кровельного железа, хотя я ни одной железной крыши в деревне не видел, все больше солома, да черепица иногда. Он из него соорудил волокушу и теперь бегал вглубь пустошей, приволакивая на них элементалей, сдавая их желающим по пять медяков. Повышенная выносливость и небольшой запас элексиров давал ему возможность забираться туда, где этих элементалей несоизмеримо больше, чем на границе. Я их тут же бафал, получая свой опыт и деньги.
Но сейчас все, кроме силы, я докачал до капа, в кошеле почти пять золотых серебром и медью, да к тому же солнце уже заметно склонилось к горизонту. Час-полтора и станет темно. Народ потянулся к деревне. Конечно, ночи тут гораздо светлее, чем в реале, потому что слишком много игроков, играют днем и ночью без перерыва, однако русскоязычный сервер привязан к среднерусскому времени, и поздно ночью количество людей значительно уменьшается. Так что можно заканчивать. А силу… Взвалю Алёну на плечо отнесу до ванной, вот и сила повысится, там немного осталось.
— Бро, ты чего задумчивый такой? — Снегирь, сгрузив очередного голема, уставился на меня.
— Да, думаю закончить на сегодня, ты как, на билет наскреб уже?
— Давно, сейчас на лук собираю, хоть плохенький надо купить, а то без лука рейнджеру никак.
— В принципе, я могу еще полчасика побафить элей, но ты и так их неплохо продаешь.
— Подожди уходить, — перешел на шёпот Снегирь, — у тебя же элики защитные есть от огня? Я тебе показать кое-что хочу.
Мы распрощались с игроками и потопали назад к деревне, но метров через двести, перейдя на трусцу, резко свернули вглубь пустоши. Что такого мне хотел показать Снегирь, на абсолютно плоской равнине мне стало понятно, когда уже дот перегрева вцепился в меня голодным крокодилом. Эликсир снял с меня негативные эффекты, но уже вскоре его силы стало недостаточно, и хитпоинты хоть и не спеша, но стали уходить снова. Однако, зрелище того стоило. На поверхности пустоши зияла воронка, абсолютно не видимая от границы пустоши.
— На метеоритный кратер похоже.
— Не, больше на фотку с упавшей в воду каплей походит, из-за того фонтанчика в центре.
— Похоже. Такое чувство, что метеорит ударил, взметнув фонтан магмы, которая так и застыла, не опустившись обратно.
— Это ладно, глянь туда, ну прям один-в-один вход в пещеру. Но мне что-то сыкотно туда одному лезть.
Я покосился на полоску жизни, и полез за эликом.
— Пошли, что нам терять? До тридцатого уровня все что в сумках при нас останется или тебе это рванье жалко?
— Да я давно от него избавиться мечтаю, вот и повод.
Мы начали спуск, который оказался гораздо длиннее, чем нам показалось с края кратера, то ли неверное вечернее освещение, то ли стелющийся туман исказили перспективу, но каменное возвышение в центре воронки оказалось гораздо больше и было дальше, чем нам виделось сверху. Пришлось потратить еще по элику защиты и восстановления. Эта прогулка становится все более затратной, а когда мы дошли до пещеры, мы поняли, что мы ошиблись.
— Это не пещера — это логово.
Снегирь только молча качнул головой, отодвигаясь от пышущего жаром проема.
— Пошли отсюда, нам тут ничего не светит.
Я задержался, разглядывая короткий оплавленный лаз, круглую пещеру за ним и застывшего посередине зала элементаля. Слово «Застывший», правда, не вполне отображает истину. Тот хоть и не двигался, но вот, его поверхность кипела и бурлила. Составляющие внешнюю оболочку камни утратили свой природный цвет, налившись краснотой, а сквозь них то и дело пробивалась жидкая лава, стекая по бокам раскаленными каплями расплава.
Лавовый элементаль, без всяких добавлений, типа: «Крошечный или малый», да и малым он не выглядит, точно не меньше в высоту чем я, как раз размерами с этот выход. Значит ли это, что он иногда выползает наружу или это совпадение размеров случайно?
— Бро, очнись уже, уходим, с этим нам не справиться, я даже уровня его не вижу, значит он минимум шестидесятого.
— Шестьдесят второго, я тоже его уровень не вижу, а значит он и меня на полтинник выше.
— Без разницы. Идем, у меня уже элики кончаются.
Но я не торопился, внимательно рассматривая вход и скалу вокруг него.
— Ты что делаешь, — не выдержал Снегирь, когда я полез по уступам вверх.
Я только удовлетворенно мотнул головой, спрыгнул на землю и похлопал раздражённо переминающегося с ноги на ногу Снегиря по плечу.
— Снег, а я тебе не рассказывал, каким, именно, образом охотился вчера на элементалей?
Полчаса спустя мы тихо подкрадывались к заднему двору харчевни.
— Вон, смотри, — я указал напарнику на амбар, — видишь, бочки стоят, нам надо две самые большие забрать и вон ту телегу, правда, тащить нам придется ее самим. И забрать все надо за пару минут, пока в таверне творится бедлам.
— Что за бедлам? Ты что, ее поджечь хочешь?
— Ты охренел? В деревне за такое разорвут на хрен, пустить красного петуха — это наиподлейшее зло. Тут могут все погореть. Бедлам я на себя беру, а ты телегу подгоняй к бочкам.
— Народ! — В дверях таверны появился оборванец, с маской на лице, — халява люди! Хватай золото! В воздух взлетело две горсти монет. На миг зависли в воздухе и со звоном попадали вниз, скача по полу и столам. Переполненная таверна в один миг превратилась в ад и хаос. Это, конечно, было не золото, а медь, но от этого лучше не стало.
Я не стал любоваться на содеянное, а метнулся назад на задний двор. Медь не медь, а целый золотой улетел в трубу, надо его окупить.
Перелетел, через оградку, метнулся к Снегирю, пытающемуся взвалить трехсотлитровую бочку на телегу. С моей помощью у него все получилось.
— Может одной хватит?
— Нет! Давай хватай!
Мы поднапряглись, взваливая ее на телегу. Я метнулся к оглоблям, Снегирь поспешил открыть ворота. Я свистнул Долли и понесся, гремя телегой к древу.
— Уф, вроде получилось, никто ничего не заметил.
— Ага, давай, наполняй одну бочку, а я пока Долли впрягу, а то без нее мы эту телегу хрен сдвинем.
— А почему одну? Зачем мы тогда вторую бочку воровали?
— Подумай головой и не отвлекай меня.
Кое-как, примотав возмущенную овцу к оглоблям, я схватил второе ведро и тоже начал черпать из чаши воду, заливая ее в бочку. Двадцать пятнадцатилитровых ведер и бочка заполнилась до краев. Я вбил на место крышку, хлопнул Долли по крупу:
— Но, лошадка!
Овца выпучила глаза, перебирая на месте копытами и не двигаясь с места ни на шаг. Мы со Снегирем уперлись в телегу сзади, но ситуация не изменилась.
— Стой, погоди.
Я влез в иконку пета и посмотрел на его параметры. Седьмой уровень, тридцать пять свободных очков характеристик. Я одним движением мысли вложил все баллы в силу и снова скомандовал: «Поехали!»
В этот раз телега сдвинулась хоть и со скрипом, но достаточно легко. Овца, довольно жуя морковку, повернула налево и поперла телегу вдоль пустоши.
Пару раз нам на встречу попадались другие игроки, с удивлением глядя на нашу процессию, но нашу байку, что мы везем на продажу воду фармерам, проглатывали и шли дальше. Вторая группа даже купила пару кружек за медяк, пожаловавшись, что фляг в продаже нет, а в пустошах высыхаешь в считанные часы.