Павел Пуничев – Мир жизни и смерти (страница 11)

— Ага и там вам ванную приготовили, идите пока горячая, а то несет от вас как от хлева нечищеного.

На это я отвечать ничего не стал, молча повернулся и пошел в указанную сторону.

Ванна несколько отличалась от тех к которым я привык. На деревянном полу стояла деревянная же круглая бадья, исходящая белесым паром. Больше никого в тесном помещении не было и я, скинув одежду, со стоном наслаждения погрузился в воду. Вода была горячей, на пределе терпимости и отлично смывала все негативные ощущения, оставшиеся в моем теле после вчерашнего дня. Я набрал в грудь воздуха и погрузился под воду с головой стараясь выкинуть из головы все ненужные мысли, а когда вынырнул, я уже был не один. В дверь зашла Алена в одном крошечном передничке и с парой мыльных мочалок в руках. Надо сказать, что передник не справлялся со своими обязанностями, он не скрывал ни золотистые кудряшки внизу живота, и не мог удержать грудь, так и норовившую выскользнуть наружу. От этого вида все негативные мысли сами вылетели у меня из головы. Я весь подался вперед, но Алёна меня остановила.

— Тпру, жеребец, спокойнее. Откинься на спинку и расслабься, сначала надо тебя вымыть. Мягкие губки заскользили по моему телу, окончательно смывая усталость. По воде побежали клочки пены, тая по дороге подобно легким облачкам в жаркий летний день. Алёна отложила одну мочалку, и продолжая другой водить по моей груди и шее, второй рукой скользнула по моему бедру, а потом и еще глубже в воду.

— К-хм, может ты уже ко мне присоединишься? — Через минуту не вытерпел я.

— Тс-с, я еще не закончила.

— О себе не могу того же сказать…

— Ты еще грязный, сиди и наслаждайся.

Волны по поверхности воды пошли еще быстрее. Я, не выдержав глухо зарычал, но Алёна не успокоилась, пока не довела дело до конца.

— Вот так, — весело произнесла она, — а теперь помоем спинку и можно вылезать.

Я зарычал еще раз, сгреб ее в охапку и затащил в ванную. Вода заплескалась, выливаясь на пол, заливая его пенными лужами, но мы не успокоились до тех пор, пока половина ее не перекочевала на пол, превратив его в мыльный бассейн.

— Ну, что ж, вот это другое дело, — довольно потянувшись, произнесла девушка через полчаса, когда я окончательно выдохся, — можно сказать деньги свои почти отработал.

— Почти?

— Ага, вот только еще немного помучаю и отпущу, — Алёна озорно улыбнулась и скрылась под водой.

Еще через пол полчаса я ввалился в обеденный зал выжатый как лимон и голодный как три бешеных волка, и тут же нос к носу столкнулся с толстяком из вчерашней группы неудавшихся дровосеков.

— Эй, Бро, постой, разговор есть.

— Во-первых, я Броневой, а не Бро, а во-вторых, у меня нет ни монеты, а я такой голодный, что, если ты не уйдешь, я тебя самого сожру.

— Постой, постой, не торопись, давай я тебе картохи куплю и посидим поговорим?

— Еще отбивную, и у тебя времени будет пока я ем.

— Все, не вопрос, сейчас будет.

Я плюхнулся за стол, рядом присел толстяк, пододвинув ко мне две тарелки.

— Меня если что, Слон зовут.

— Я знаю, ты пиво забыл купить, — нагло заявил я, но потом смилостивился, — ладно, что там у тебя?

— Ну, я это, по вчерашнему вопросу…

— Испытание на получение умения можно только раз в сутки проходить, так что после обеда приходи.

— Нет, нет, я про сам топор, ну ты помнишь вчера способ рассказывал?

Я нахмурился, пытаясь вспомнить, что я вчера наплёл, а потом радостно замычал с набитым ртом.

— А! Папка!

— Да тише ты, да бабка. В общем я вчера к ней сходил, сделал все как ты сказал.

Услышав такое, я чуть не подавился картошкой, закашлялся, оплевав весь стол.

— Что?

— Ну да, сначала она поартачилась, но потом согласилась. Я глаза закрыл и все сделал, но она меня только пожурила и три эликсира на восстановление выносливости дала. Топора не дала. Может я чего не так сделал?

— К-хм, — я минуту помолчал раздумывая, потом с многозначительным видом произнес, — видимо это правда…

— Что? Чего правда?

— Это будет стоить тебе еще три медяка.

— Побойся бога, ты меня уже всего выжал у меня их три и осталось.

— Да? Ладно, последнее и бандиты не отбирают. Давай один и слушай сюда. Есть у меня инсайдерская информация от надежных людей, что этот квест одноразовый, он теперь к кузнецу перешёл, теперь надо с ним того этого, и побыстрее, пока кто-нибудь его не этого-того, не выполнил.

— С кузнецом!?

— Что ты орешь? Тише. Да с кузнецом, а ты что гомофоб?!

— Ну… нет, а там как, кто кого?

— Чего не знаю, того не знаю, — я похлопал его по руке, — это уж как повезет. И смотри, это конфиденциальная информация. О ней никому.

— Все понял, я пошёл тогда.

— Бывай.

Я покачал головой. В кого я превращаюсь? Ладно этот Слон не слон, а настоящий козел, но так жёстко с ним поступать…

Я доковырял бифштекс и выругался:

— Вот ведь, козел, так пиво и не купил, правильно я его к кузнецу отправил, тот его манерам быстро обучит. А пиво… обойдусь, денег кот наплакал, можно и водички из колодца попить.

— Эй, Броневой, подожди!

— Да, чтоб вас, — я, так и не дойдя до колодца, обернулся на крик, глядя на подбегающего ко мне игрока.

— Привет!

— Виделись вчера.

Да, это был еще один из вчерашней восьмерки, если и он сейчас начнет мне про бабку рассказывать, меня точно стошнит.

— Слушай, я вот про бабку-травницу хотел у тебя спросить.

— Чего ещё?

— Ну, я все сделал, как ты сказал. Эта бабка такое вытворяет…

— Короче, Склифосовский, — перебил я болтуна, начиная чувствовать первые приступы рвоты.

— В общем, она меня даже похвалила и три малых эликсира жизни подарила, но топора не дала, может я чего не так сделал?

Твою мать и этот туда же. Но как со Слоном, с ним у меня язык не повернется поступить.

— Не знаю. Может у нее топоры закончились? Я, наверное, последний у нее забрал.

— Я вот тоже так подумал, но на всякий пожарный еще раз вечером к ней схожу, вдруг в этот раз повезет?

— Чего!?

— Да ничего, но все равно, получается, что ты нас обманул, гони деньги назад.

— Да хрен тебе, и не наезжай на меня, у меня и так с утра все подчистую забрали, заставив за ползолотого овцу купить.

— Чего? Ты за пять серебряков боевого пета себе купил? Колись как?!

— О-о-о, — я радостно закатил глаза, — это длинная история, готовь серебрушку. В общем дело было так, складываю я, значит, ночью дрова в поленницу, а тут шум гам, налетели степняки наездники на волках…

Отделаться от надоеды мне удалось далеко не сразу, его интересовало всё: и время прибытия наездников, и их уровни, и где они разбили лагерь и чем вооружены. В общем измучил он за серебрушку мой мозг не хуже, чем Алёна тело. Минут через двадцать только получилось от него отвязаться. К этому времени прибежал третий, но я его просто послал, отправив общаться со вторым, свистнул Долли и потопал в деревню. Сначала я хотел дойти до форпоста посмотреть, что там есть интересного, но передумал. Эти малолетние долбоящеры заставили меня изменить решение. Мне нужны были эликсиры жизни, и я решил сначала зайти к бабке-травнице, пока она их все разным малолетним Ловеласам не раздарила. Избу я ее вчера видел, но близко не подходил, пора это изменить.