реклама
Бургер менюБургер меню

Павел Пуничев – Мир жизни и смерти 10 (страница 39)

18

Над головой раздалось тяжёлое биение крыльев и сварливый голос:

— Ты мне на животе растяжки оставил и ещё рановато целовать меня в зад, я вас ещё не спасла. Чёрт! Держитесь!

После этого я почувствовал страшный удар, выбивший воздух у меня из груди, мягкое тело вырвало у меня из рук, и в опустошённый лёгкие тут же начала заливаться солёная морская вода. Я несколько секунд попаниковал, молотя руками как взбесившийся вентилятор, пока не понял, что у меня под ступнями плотный песок, оттолкнулся от него ногами, всплывая на поверхность. Рванулся из стороны в сторону, выблёвывая заполнившую организм солёную воду и выглядывая рухнувших вместе со мной девчонок.

Они обе пережили это сумасшедшее падение, на карачках выползая сейчас на берег. Лапа встряхнула промокшие крылья, которые тут же сложились у неё за спиной, исчезая.

Их место тут же заняли руки Флоры:

— Лапуля, ты нас спасла, я так испугалась…

— Тише, тише, титьки мне помнёшь, а им сегодня и так досталось.

Я добрел до пляжа, обессилено рухнув на него:

— Привет, Лапа… ты вовремя… откуда ты здесь взялась?

— Да я никого не трогала, ходила, осматривала мальчиков на предмет сувениров и тут рвануло. Пришлось срочно идти на взлёт, чтобы меня оползнем не накрыло. Потом вспомнила, что вы там внутри, взлетела повыше, думаю может ваши обгорелые останки увижу, прослежу, чтобы из трупиков ничего ценного не вывалилось, а тут чудо, будто кто-то сорвал зонтик с гигантского одуванчика и на нём спускается вниз. Решила глянуть поближе и тут…

И тут загрохотало так, а земля заходила ходуном с такой силой, что я почувствовал себя внутри вдруг заработавшей камнедробилки. Моментально оглох, потерял ориентацию в пространстве, только почувствовал, что мой рот вдруг набился песком, а руки пытаются уцепиться за пляшущую вокруг пустоту.

Не знаю сколько это продолжалось, мне показалось что очень долго, впрочем, в таком состоянии оценка течения времени слишком субъективна. Могу только сказать, то за это время невольно испробовал половину самых замысловатых поз из Камасутры, с выброшенным на берег бревном в качестве партнёра, с кем-то из девушек и даже сам с собой, пока всё внезапно не закончилась и я не почувствовал, что я всё ещё на пляже, лежу наполовину закопанный в песок. Звонко хрустнул шеей, вправляя позвонки на место, отёр рукавом лицо, начал выплёвывать забивший рот песок, да так и замер с высунутым языком, потому что я словно оказался в театре теней. Экраном было вечернее небо, на котором догорали последние отблески заката, а действующим лицом в этом представлении был вулкан, возвышающийся на экране высокой темной тенью. В этом представлении была и многотысячелетняя история, и драма, и экшен, и трагедия, так как вулкан рушился, схлопываясь внутрь себя, погибая, прямо на наших глазах. Сначала беззвучно, а затем под аккомпанемент далёкого грохота, вулкан становился всё ниже, стены кратера всё продолжали и продолжали трещать разрушаться и падать внутрь, пока он не стал втрое ниже и его не накрыло облаком поднявшейся пыли, подсвеченной снизу, пробившимися сквозь трещины потоками лавы.

Внимание! Локация Прибежище Духа Любви разрушена. Дух пленён. Локация получает название: локация Мёртвого Вулкана. Идёт создание новых заданий и квестовых цепочек. Как можно скорее покиньте данную локацию, она будет закрыта для всех на семь суток.

Вы в первый раз участвовали в разрушении старой локации и создании новой.

Награда: умение Творец.

Скорость всех видов строительства +5%

Цена всех видов строительства +5%

Скорость создания любых предметов +1%.

Плюс одна ступенька к возвышению.

+10 единиц религиозных очков в сутки.

Плюс один к ощущению выбранного вами Бога.

+1% к возможности связаться с выбранным вами Богом.

Умение можно развивать.

Умение 1/20.

Внимание! Покиньте закрытую локацию!

И опять никаких сообщений, что мы выполнили задание. Хорошо, хорошо, мы его не брали, но Лапочка-то взяла и ей тоже ничего на этот счёт не написали. Послали только отсюда подальше и всё. Хорошо хоть, что до границы локации пара сотен шагов, мы высадились почти прямо около неё.

Здесь на берегу трещина, разделяющая остров на две части, превращалась в стену из острых каменных зубцов, уходящих далеко в море. Пришлось Лапочке снова брать нас в охапку и натужно хлопая крыльями переваливать наши тушки через самый низкий участок преграды. Чёрт, я так привык к тому, что у меня есть летающий пет, ни озаботился никакими заклинаниями, которые помогали бы преодолевать препятствия, или безопасно падать с больших высот. Заклинание Пёрышко хотя бы можно было поискать — это заклинание второго уровня, и оно хоть и редко, но попадается в магазинах и магических лавках. Вернёмся на континент, обязательно этим займусь, а сейчас… Приходится висеть на бёдрах у нашей паладинши, уткнувшись носом в пуговицы утягивающего корсета. Когда это были её обнажённые ягодицы, перелёт мне нравился гораздо больше.

Лапа, несмотря на всю свою силу, еле-еле перетащила тройной груз через преграду, от которой мне даже несколько раз пришлось оттолкнуться ногами, помогая ей в её нелёгком деле, а когда мы оказались на той стороне, из трещины и скал, окружающих бывший вулкан, ударили бледные голубые лучи, смыкаясь над его верхушкой и образуя цельный непробиваемый купол.

Тут же, стоило нам оказаться в старой локации, к нам начали приходить сообщения от наших соратников:

Снегирь Броневому

— Бро, мы идём к вам, но кажись слегка опоздали. Перед нашим носом вдруг возник непробиваемый купол, да и пещеры, около которой мы договорились встретиться, похоже, уже нет. Будет возможность отпишитесь, нужны новые инструкции.

— Что-то вы не торопились, нас уже десять раз должны были съесть, переварить и выплюнуть. Впрочем, нас и выплюнули, мы чуть своими подштанниками за звёзды не зацепились, так высоко нас подбросило, а вы всё это время где-то прохлаждались.

— Ага, тебе бы такую прохладу. Мы до заката рубили эти чёртовы деревья, отгрызали ветки, потом еле доволокли стволы до моря, хотели по воде их сплавить как сосны, а они оказались настолько тяжёлыми, что даже не подумали всплыть, так и остались лежать на дне. На шум или на запах сока, которым эти деревяшки окрасили в красный цвет чуть не половину залива приплыли акулы. Пока мы разбирались с ними, параллельно волоча стволывдоль берега, приплыли акулы побольше, а когда мы справились и с ними, на запах их потрохов приплыл какой-то динозавр, который чуть не сожрал нас вместе с бревнами. Как мы доволокли их до корабля, используя вместо тяговой силы стаю пираний призванных из свитка, призрачные сети и попутное течение из другого, а так же расширенный набор матерных конструкций и чёртовой матери, из глубин наших измученных душ, я описывать не буду. Закончили только час назад,Реза, как само шустрого, отправили за смолой, а сами пошли к вам, но, как я уже и сказал, слегка не успели.

— Ладно, мы, вроде, и сами справились, а если нет, капитану придётся придумывать другое задание, на эту часть острова мы уже в течение недели не попадём. Мы там что-то поломали и локацию закрыли. Сейчас местные шаманы и жрецы пьют горькую, курят чабрец и нащупывают под юбками местных красоток истину — легенду, о том, что сегодня произошло. Будут создаваться мифы, сказки, тосты о великой битве духа Сотрясателя Земли со златокудрой чужачкой, которая придушила его на своей пышной груди. Будутсоздавать новые цепочки заданий, об оставшихся под скалами сокровищах, источнике сексуальной силы, бьющий из места, где так долго пробыл дух-шалун, или об утерянном главным жрецом волшебном чепчике, с помощью которого он связывался с миром духов.

— Чтобы такое придумать нужно выпить много горилки.

— Не так уж и много, здесь народ худосочный им много не надо, тем более большую часть из этого и придумывать не требуется, ибо это правда. В любом случае дело сделано, локация закрыта. Мы идём к кораблю, подтягивайтесь тоже поближе к пляжу.

Я бы сказал, что последующий путь нам пришлось преодолеть в сгустившийся темноте, однако стоило солнцу догореть на горизонте кроваво-золотыми отблесками, как в полную силу вступила луна, осветившая всё словно мощным прожектором. К этому свету добавилось свечение океана, где все обитатели, начиная от морских звёзд и ежей, и заканчивая кораллами и скользящими между ними двухметровыми скатами, складывающими из своих тел всё время изменяющуюся мозаику или скорее даже светящийся витраж, покрытый сверху лаковым блеском водной глади. Даже выброшенные на берег водоросли и то светились, отмечая извилистую тропинку пляжа ровной полосой, а стебли кустовых пальм тёмные днём сейчас походили на фонтаны света, бьющего из земли и рассыпающегося тонкими стрелками листьев.

Я за сегодня знатно притомился, однако прогулка по такому экзотическому парку под ручку с парой симпатичных девушек принесла бы мне удовольствие, если бы это парочка меня полностью не проигнорила. Флора, подхватила под руку подружку, уволокла ее вперёд, бросая на меня косые взгляды.

Единственное, что я успел услышать это только её невнятные слова:

… Это как так, научишь меня…

Пришлось шаркать по пляжу в одиночестве, погрузившись в свои размышления.

Что делать с преследующим нас павшим божком? Надо дать битву, вот только не здесь, здесь слишком красиво, а если павший доберётся сюда, вся эта красота моментально растечётся лужей гнили. Предыдущий пункт остановки подходил для этого гораздо лучше, там и так кроме торчащих из дна камней больше ничего не было, вот только нас слишком мало, не справиться нам с ним. Возвращаться на континент и организовать там присоединение к нашей битве? Подавляющая часть материка под железной пятой людской империи, где мы персоны нон грата. Конечно, в любом игровом сообществе полно разных отщепенцев и любителей поиграть за тёмную сторону, бросить вызов устоявшимся законам и признанной власти. Однако они разбросаны по всей империи и собрать их в единый кулак на нейтральной территории будет довольно затруднительно. Придётся опять просить Лапу, с её многомиллионной аудиторией собрать несколько тысяч бойцов будет не такая сложная задача, а высокоуровневых игроков у меня есть чем наградить, можно пообещать самым отличившимся участие в глобальном ивенте по открытию второй половины этого мира, той, где господствует смерть…