Павел Пуничев – Мир жизни и смерти 10 (страница 18)
Ко мне подплыла Флора, обхватила за пояс руками, приподнялась на цыпочки чмокнула в нос, а затем положила голову на плечо, чтобы не покалечиться во время движения.
Тут же пришло сообщение от Снегиря
Я осушил ещё два эликсира, активировав заклинание левитации и защиты от собственной магии и кивнул:
И тут же нам в спину, словно великан пнул, сквозь воду швырнуло прямо в центр бушующего рукотворного катаклизма. Заклинание интересное, им обычно швыряют обычные камни, используя вместо катапульт, однако и на людей оно действует, отжирая по пути львиную долю хитпоинтов.
Резкий удар сбил меня с каста, но это было уже не важно. В прошлый раз я засёк время и оказалось, что водород продолжает кружить по инерции ещё десяток-другой секунд, этого более чем достаточно для нашей задумки.
Флора всхлипнула от удара, однако не сплоховала, на середине пути активировав сферу игнорирования, гасящую любой идущий по нам урон в течение десяти секунд. Мы, всё больше теряя скорость, пробили стенки водоворота, отскочили от одного из крутящихся булыжников и зависли в самом центре утихающей стихии. Левитация работала, и у нас оставалось ещё восемь секунд, чтобы совершить задуманное. Отлично, потому что мне нужно меньше семи с половиной.
Я начал каст, чувствуя, как внутри груди начинает разгораться бушующий огонь. Испепеление в моём исполнении страшная штука, но оно действует равномерно на весь объём, а так как здесь во все стороны десятки метров до любых преград, оно начнёт распространяться как сфера и, надеюсь, до моих друзей не достанет, тем более в воде огненные заклинания имеют силу вдвое меньшую, чем на воздухе.
Две секунды.
Водоворот ослабевает, воздушный пузырь внутри вихря сжимается, вода становится более прозрачной, сквозь неё уже видны тающие магические булыжники.
Четыре секунды.
Камни пропали, вода хлещет по стенам сферы, внутри которой недвижно зависли мы с Флорой.
Шесть секунд.
Под массой подплывающих тел, смерч сдался, не в силах больше кружить воду, и она плещется от нас со всех сторон.
Семь секунд.
Воды больше нет, сфера со всех сторон окружена полупрозрачными телами, облепившими её десятками слоёв, обвитая со всех сторон тысячами сверкающих стрекал.
Взрыв! Мою грудную клетку разорвало, неистовый огонь плеснул наружу, заставляя Флору непроизвольно откинуться назад. В единое мгновение сфера наполнилась жидким пламенем, а затем рухнула, и огонь ударил во все стороны, даже не сжигая, а сразу испепеляя водянистые тела. На мгновение показалось, что дальше ему не пройти и сила сотен тварей пересилит мою, но так показалось лишь на миг. С треском рвущиеся ткани мироздания, сплетённая сеть треснула, меж разорванных гидроударом тел побежали струи жидкого огня, перемешиваясь с водой, превращаясь в пар и бурлящий кипяток, понеслись дальше, уничтожая всё на своём пути, а дальше всё просто превратилось в ад. Чистейшая вода помутнела от переполняющих её мириадов пузырьков, наполненных бушующим огнём, мельчайших фрагментов разорванных тел, и переполняющего воду выплеснутого яда.
Логи сошли с ума, сухими цифрами пытаясь передать картину творящегося вокруг безумия и не сильно преуспевая в этом.
Я осознал, что у нас всё получилось, однако радоваться рановато, мои щиты не настолько сильны, а через несколько мгновений сюда откатом хлынут разогретые до крутого кипятка воды, переполненные ядом медуз и в таком бульоне нам не прожить и нескольких секунд.
Я приставил к груди девушки руку и скастовал ледяной гарпун. Он не смог причинить нам вреда, хоть и пронзил оба наших тела, быстро замораживая вокруг нас возвращающуюся воду, обволакивая толстой ледяной сферой. Та вздрогнула и быстро начала всплывать вверх, унося наши тела от эпицентра взрыва.
Лёд не мог нанести нам урона, но обездвижил, не давая даже пошевелиться или прикрыть скованные холодом глаза. Мне только и оставалось, что сжимать в руках тонкие ладошки Флоры, да читать приходящие логи.
Как только я прочитал последние строчки перед глазами замелькали цифры обратного отсчёта.
Чёрт, надо как-то выбираться из этого ледяного плена, вот только как? Эту часть плана я заранее не продумал. Мы поднимаемся вверх в потоках кипящей воды, которая очень быстро обгладывает лёд, но и Ледяное копьё всё ещё продолжает действовать, восстанавливая нашу защиту с не меньшей скоростью. Видимо, просто придётся немного подождать, скоро оно перестанет действовать, и оболочка растает. Надеюсь, к тому времени нас ещё не съедят.
Вывел фреймы участников группы, с неприятным удивлением уставившись на серое личико Лапочки, обрамлённое чёрной рамкой. Да и остальные были не намного лучше: жизнь Снегиря мигала тревожным красным, все остальные, кроме Странника тоже уже были в красном диапазоне и усилия Флоры не сильно помогали, едва-едва удерживая их на грани жизни, Лапочке она вообще помочь не может, оживление только через свитки, да и то надо находиться вблизи от тела.
Надо срочно выбираться из этой ледяной тюрьмы.
Пока я придумывал хоть какой-то рабочий вариант как это сделать, иконка Снегиря тоже погасла.
Чёрт бы подрал, вот это я жахнул, или дело не во мне?
Я посмотрел расширенную информацию и понял, то я всё-таки причастен к этому безобразию: на всех множественные доты, начиная от ожогов и отравлений, и до переломов и временного паралича.
От моего удара из разорванных тел в воде разлилось столько яда, что мои соклановцы буквально в нём сейчас маринуются. Может не стоит мне так торопиться вылезать из своего убежища?
Как всегда, по закону подлости, стоило мне так подумать, как мы всплыли-таки к самому своду пещеры и врезались в торчащий из него сталактит.
Ледяная Сфера за моей спиной треснула и внутрь моего убежища залилась кипящая серная кислота.
По крайней мере мне так показалось. Меня моментально вымыло из тающего убежища, и я как ошпаренный, хотя почему как, понёсся куда-то в сторону, не разбирая дороги, стараясь как можно быстрее выбраться из этой кипящей купели, осталось хоть немного единиц жизни, поддерживаемых стараниями Флоры. Заклинание управления водой ещё работало, и я выжимал из него всё до последней капли, пока на всём ходу не врезался во что-то упругое.
Приоткрыл красные от лопнувших капилляров глаза, уставившись на колышущуюся передо мной полупрозрачную стену. Оказалось, что это один из тех цветков, что росли на стенах пещеры, освещая весь её невероятный объём. На его фоне я, наверное, смотрелся как мотылёк на фоне пышного соцветия. У меня даже на пару мгновений появилось желание, попробовать нектар, который дают столь необычные цветы. Может он на вкус как свежие устрицы, а пахнет соленой селедкой? А что, локация здесь закрытая и возможно, таких созданий нет больше нигде во всём этом огромном мире. Эх, остаться бы здесь хотя бы на денёк можно было бы забить котомки эксклюзивном товаром и неплохо поправить своё финансовое состояние.
Я с некоторой ностальгией вспомнил наш замок в Пустошах и потоки товара, который мы пересылали оттуда во внешний мир. Эх-х…
Отбросив бесполезные мысли, развернулся к потемневшей пещере, разглядывая значительно изменившуюся обстановку. Потемнело внутри, потому что большая часть цветов на противоположной части пещеры то ли закрылась, то ли погибла, этого было не рассмотреть, так как вода между нами потеряла свою чистоту и прозрачность, наполнилась огромным количеством пузырей и кусками обваренной плоти, которая сейчас, будто хлопья снега в безветренную погоду, мягко опускалась на дно, где её жадно ловили выжившие актинии и ползающие по дну ракообразные. Выжили не все, рядом с эпицентром взрыва твари сварились так же как и медузы, теперь потеряв свою яркую расцветку и вяло колыхались, словно пучки переваренных макарон. Многие кораллы потеряли свои ветви, и стояли теперь покореженными пеньками. Но, самое главное, что в центре пещеры под илистым дном начало ворочаться нечто грандиозное, поднимая муть вверх, ещё больше замутняя и так не слишком прозрачную воду.
Я начал шарить по пещере глазами, отыскивая своих соратников, но тут же понял, почему Флора так и не смогла никого из них вылечить, едва поддерживая на грани жизни и смерти. Оказалось, что медузы при взрыве погибли не все, и десятка два их сейчас беспрестанно атаковали оставшийся в живых соклановцев.
Странник, опять облачившийся в свою броню и уверенно стоящий на булыжнике около входа, держался неплохо и даже постепенно восстанавливал единички жизни. Он не рубил тянущиеся к нему стрекала, а хватался за них окованными в сталь руками, подтягивая противника к себе, отсекая от его тела сразу все щупальца или отрубая от зонтика огромные куски. С Флорой и Резаком же всё было хуже. Моя супружница вообще потерялась где-то в этих невероятных объёмах пещеры, было видно только, что она подвергается сильному воздействию яда и небольшое количество её хитпоинтов быстро тает. У Резака в данный момент закончилась возможность уходить в инвиз и он с трудом уворачивался от пары медуз, долбящих его стрекалами, отравляя и часто парализуя. Ему в этой битве помогала пара стай кровожадных пираний, видимо, скастованных Снегирем, и теперь выдирающих из противника огромные куски плоти.