Павел Пуничев – Клан «Дятлов» 4 или в гости к эльфам (страница 4)
Отряды ремесленников тоже вносили свою лепту в общий хаос. Мастера из кожевенных рядов, до свиста раскручивая свои пращи, осыпали врагов градом камней. Кузнецы, почему-то встав кружком вокруг Добрыни, врезали своими кувалдами ему под ноги и тот будто выброшенный катапультой, взлетел высоко в воздух, на излете опустив свой раскалившийся молот на голову драконоида, проломив его будто гнилую тыкву. Но ящер, на котором тот ехал, успел ухватить Добрыню за ногу, и стащил на землю, придавливая его своим весом и разрывая на части зазубренными черными когтями. Стальной доспех рвался будто бумажный, из ран хлынула кровь. С края оставшимся целым куска стены в него полетели разноцветные бутыли с разъедающими и опаляющими жидкостями, но Добрыне это не помогло, он растаял, отправившись на перерождение. В этот же самый миг взревели боевые трубы, и армия ящеров остановилась. Ездовые ящеры завибрировали, в точности как в начале боя, погружаясь в землю. Полыхнули защитные купола, закрывая их от любого внешнего воздействия. Хвосты ящеров обвили куски стены, в великом множестве разбросанные по земле, а затем швырнули в защитников города…
Это было страшно. Неприкрытые ни стенами города, ни магическими куполами, живые и неживые существа, столкнувшись с много пудовыми снарядами, погибали моментально, превращаясь в фарш и разлетаясь вокруг кровавыми брызгами. Почти все, кто успел перебраться через насыпь, оставшуюся от городской стены, погибли моментально.
На несколько мгновений над полем боя повисла тишина, нарушаемая лишь восторженным смехом дракона смерти. Отсмеявшись, он зарычал.
— Хватайте всех! Волоките сюда! Разводите костры, вкапывайте колья, веселье начинается!
Из сотен грудных клеток, стоящих за стеной, вырвался единый стон ужаса. Люди в панике метались по запруженной улице, топча упавших, и старались убраться как можно дальше от надвигающегося кошмара.
От армии победителей вперед вышло четверо жрецов и двинулись к городу, поднимаясь, шагая по трупам, и резкими ударами посохов добивая умирающих. Они забрались наверх насыпи и остановились над залитом кровью телом в некогда белоснежных одеждах. Нога некроманта была раздавлена, прижатая к земле огромным камнем. Сын герцога попытался сесть, но силы оставили его, и он со стоном повалился на камни. Четыре посоха взметнулись к небесам и на миг замерли.
Одинокая, радужная бабочка, трепеща переливающимися крылышками, села на навершие посоха, прошлась по нему, недовольно подергивая прилипающими к подсыхающей крови лапками, а увидев порхающую рядом товарку, вновь сорвалась в полет. Стайка райских птичек, весело щебеча, расселись на плечах застывших в напряжении жрецов. Миг и они снова в воздухе, кружат над благоухающими цветами, сплошным ковром покрывших развалины стены. Вокруг разливается благостная тишина, нарушаемая лишь тихим шелестом ветра, да стрекотанием цикад. Ну, еще возможно пьяным ревом Дракона смерти:
— Нет, нет, нет, не может такого быть! НЕ-Е-ЕТ!
Глава 2
— Какого хрена!?
Ломающийся голос Пофига резанул по ушам, отвлекая меня от разглядывания пролившегося на ящеров кислотного дождя. Картинка вдруг раздвоилась. Одним глазом я продолжал смотреть на разворачивающуюся около города битву, а другим на всплывшего рядом нашего отрядного мага, с посиневшими от холода губами. От такого у меня чуть глаза не вывернуло наизнанку, но через пару мгновений мозг как-то приспособился к раздвоению, и я левым глазом сконцентрировался на его лице.
— Что?
— Какого хрена, спрашиваю?
Рог дохлого единорога, торчащий из нахлобученной на голову Пофига черепушки, замотался в опасной близости от моего глаза, и я, на всякий пожарный, отплыл немного назад.
— Чего какого хрена?
— Я уже пять минут пытаюсь добиться от тебя какого-нибудь вразумительного ответа, но ты застыл, так обычно бывает, когда ты замороженных тараканов у себя в голове начинаешь пересчитывать. Но в этот раз ты подвис надолго. Сбился на пятой сотне и начал пересчитывать их заново?
— Так чего, ты, хотел-то?
Видя, что я никак не реагирую на его тупоумные шутки, он скривился и сказал:
— Там все уже копыта откинули, что дальше делать будем?
— А лапы? — Глядя на беснующегося внутри магического купола дракона, рассеяно спросил я.
— Что лапы?
— Лапы откинули?
— Да.
— И…
— И клешни тоже.
— А…
— А также руки, ноги и ласты.
— Что ласты?
— И ласты все тоже склеили. Хорош, уже тупить.
— А слизнещупальца?
— Чего?
— Я там в свите слизняка здоровенного видал с щупальцами.
— Я его лично завалил, он даже до клетки с единорогом доползти не успел. Фаерболами его закидал. Ты не представляешь, как больно под водой файерболы кидать. Я себе все руки и лицо обварил кипящей водой. Зато из слизня отменная уха получилась. Будешь тарелочку?
— Чего?
Я удивленно воззрился на покачивающегося в волнах мага.
— О! Наконец, ты снова стал обоими глазами в одном направлении смотреть, а то я за тебя даже переживать стал. Ты и так не красавец, да еще эти глаза, смотрящие в разные стороны… Косоглазый глава клана… Брр… А, вообще, что ты там рассмотреть пытался?
Пофиг развернулся в сторону города и застыл с открытым ртом. Там как раз полыхнуло и гигантский лимонно-желтый кристалл ослепительно сверкая, с невероятной скоростью устремился к земле.
— Охренеть! Вот это да! — Потрясенно пробормотал он. Такого я точно не ожидал. Ты вечно Майора шпыняешь за то, что он без фантазии к делу подходит, а он такое отчебучил. Он был прав, когда утверждал, что от его отвлекающего маневра все опупеют. Я лично опупел.
— Рехнулся совсем? — спросил его я, глядя на расцветающий в небе бутон гигантского взрыва. Как тебе вообще в голову могло прийти, что все это Майор устроил? У них спички промокли, и отвлекалочка не получилась. И вообще рот прикрой, в тебя уже, наверное, три ведра речной воды втекло.
Пофиг захлопнул отвисшую челюсть и, поперхнувшись водой просипел:
— В смысле не получилась? А это что такое тогда?
— Гребаный Малыш в гости прилетел и армию с собой притащил. Хочет наши головы к себе на стенку над камином приколотить. Возможно вместе с телом. Ну, по крайней мере, с какой-то его частью. Я так думаю. Хотя, что там у этого маньяка на самом деле в голове? Может просто посадит в выгребную яму. На пару лет…
— Ну, все, все, заканчивай, я понял, — враз побледневший Пофиг уставился на дракона, — а почему он на земле сидит? Своей армии не помогает?
— Да Раздолбаи его отвлекли на время, вызвали на дуэль. Теперь сидят вон бухают, соревнуются, кто кого перепьет. Боюсь только это не на долго, надо было им с собой Каляна брать, а то боюсь, этот Факир долго не продержится, он вроде как совсем не пьет, организм не тренированный.
— Факир, это который рыцарь смерти что ли? Так у них же полный иммунитет к ядам и к выпивке в том числе. Когда я читал про эту игру предварительную инфу, там по прогнозам, из-за этого на РУ сервере это будет самый не популярный класс. Ну и в самом деле, у кому в голову пришло сделать им к алкоголю иммунитет?
— Погоди, ты хочешь сказать, что наши еще и победить смогут?
— Ну, дракона может быть, но вот армию вряд ли, глянь они одним ударом стену сломали, похоже, мы опять остались без дома.
— Нет, не бывать этому! — Я ожесточенно зачесал голову, пытаясь пробудить мозги от спячки, — поплыли, надо будет разыграть злого и очень злого игрока.
Я покрепче вцепился в спинной плавник Морской погибели.
— Пофиг, цепляйся за меня, погнали, подыграешь мне малань.
Дохлая рыбина взмахнула хвостом и нас утащило на глубину, поближе к поросшей зелеными тряпками клетке. Вода здесь все еще была мутной от крови, но большую часть трупов уже унесло течением. Вместе с нашим законным лутом. Черт! Гадский маньяк, как же не вовремя он приперся! Ну да ладно, несколько трупов все же прибило к клетке, с них и начнем. Я убрал из настроек автоматический сбор лута, вытащил кинжал и всадил его в шею Кротокроля умершего при попытке освободить своего хозяина из заточения. Кинжал — мое первое оружие, полученное от Добрыни еще в замке, с уроном 2–4, был практически бесполезен в бою, но в данном случае он помог. Не глядя на застывшего в клетке единорога, буравящего меня ненавидящим взглядом, я с хрустом и скрежетом, отчекрыжил зубастую голову Кротокроля и завертел ее в руках.
— Пофиг, — я показал ему голову, — как думаешь, будет она смотреться над каминной полкой?
— Не знаю, мне кажется, в ней не хватает выразительности. Туда надо вешать, что то более строгое, вытянутое, хищное, возможно с торчащим вперед острым рогом.
Я с сомнением посмотрел на единорога.
— Может быть… Хотя не знаю… Я сначала думал сделать из него еще одну броню: оторвать башку, вырвать хребет, привязать крысиными хвостиками к голове и вуаля, броня с полным иммунитетом к ментальной магии готова.
Единорог задергался, бешено вращая глазами.
— Нет, один скелет на броню у нас уже есть, а этого я мумифицирую и сделаю из него чучелко.
— Ты умеешь мумифицировать трупы?
— Конечно! Вскрываешь брюхо, вытаскиваешь внутренности, обрабатываешь специальной жидкостью, набиваешь пузо соломой и зашиваешь. А с мозгами еще веселее. Втыкаешь в мозг раскаленную кочергу, взбалтываешь его хорошенько и вытаскиваешь через ноздри. Потом набиваешь черепушку сушеным навозом, он по консистенции один в один как его мозг, но со временем не протухает. И самое интересное во всем этом, что убивать объект до начала процедуры не обязательно.