Павел Пуничев – Игра II (страница 4)
— Первая вложенная команда: название «Удушить». Если я сплю, или нахожусь без сознания, или от меня не поступает других приказов, при обнаружении в зоне досягаемости действия хлыста чужеродного агрессивного существа, ему полагается его задушить. Приказ понятен?
Я аккуратно выглянул в разрез и убедившись, что коридор пуст вывалился в него, крадучись направляясь обратно к холлу и не увидев никого и там, выбрал коридор, который мы ещё не посещали и начал карабкаться по нему наверх. Он поднимался довольно крутой спиралью, но за последние часы я уже привык ходить по упругим поверхностям, так что подниматься получалось довольно споро и встретившийся мне по пути паук-рабочий не сильно замедлил мой подъём: тратить заряд хлыста я не стал, просто одним ударом потрошителя отрубив ему левую пару ног. Окривев на одну половину, он рухнул с потолка, по которому передвигался, мне под ноги и был добит вторым ударом. Ещё одна пластинка с усилением на единичку и путь мой продолжился. Минута-другая осторожного подъёма привели меня к первому расширению и к первому залу. Довольно обширному и совершенно пустому. Я не стал останавливаться, пересекая его как можно быстрее, однако впечатление о нём оказалось крайне ложным: и скрежет потираемых друг об друга хитиновых лап был ярким тому доказательством. Заскрипев зубами от собственного тупоумия, я поднял глаза к высокому потолку и на высоте семи-восьми метров увидел целую гроздь коконов, подвешенных под самым сводом. Большинство из них были неподвижные, но некоторые уже зашевелились, а некоторые даже стали открываться, выпуская наружу разнообразных представителей этого паучьего царства. Я ещё раз гнусно про себя выругался и проваливаясь в долбанный пол на каждом шагу, рванул вперёд. Зал был большой, но входа и выхода из него было только два, первый по которому я зашёл и второй, к которому я рванул, выпуская на волю потрошителя и на ходу начиная вспарывать рядом с собой пол. На втором шаге я понял, что так больше врежу себе, чем паукам, которым всё равно где ползти, по полу, по стенам или потолку и перестал маяться дурью включив в работу свой клинок только тогда, когда уже добежал до коридора.
Вторая вложенная команда: название «Зацепиться».
Схватиться за неровности с таким учетом, чтобы выдержать вес моего тела.
Приказ понятен?
Хорошая штука мысленная связь, за пару мгновений можно настроить артефакт на необходимые действия. То, что такая связь обеспечивается десятком то ли шнуров, то ли проводов, ушедших мне под кожу и похоже присоединившихся там и к мышцам, и к нервным окончаниям, и, судя по ощущениям, дошедших до позвоночного столба и присоединившихся там напрямую к спинному мозгу, я старался не думать, пока это приемлемая цена за спасение как своё, так и за возможность спасти напарника.
Пока я бежал вверх по коридору, торможение в нестройных рядах пауков закончилось, и они, даже не используя для спуска на пол паутину, начали шлёпаться на него, выпадая прямо из своих индивидуальных убежищ.
Три, пять, семь… мне конец, если не удастся остановить их всех сразу, то мне с ними не справиться.
— Якорь, — рыкнул я, направляя левую руку вглубь коридора, одновременно с этим вонзая потрошитель в потолок, резким рывком видя его вниз, вспарывая тугие нити паутины, доводя черту до пола и не останавливаясь там повёл её дальше, обратно к потолку. Завершить задуманное мне не хватило буквально секунды, первый паук, не добравшись до меня пары метров прыгнул, преодолевая это расстояние и встречаясь в полёте с каблуком моих берцев. Удар был основательным, но разница в весе сыграла в мою пользу, паук отлетел слегка оглушенный, а я последним рывком довёл лезвие потрошителя до потолка, завершая полный круг. Пол под моими ногами тут же резко осел на пару метров, раскрываясь зияющей раной, ведущий в серую пустоту межкомнатного пространства.
Меня бросило вниз, но пробивший стену хлыст зацепился за неё затвердевшим крюком, спасая меня от падения в эту пустоту. Несущийся вторым паук зацепиться не успел, под его весом его часть коридора просела также резко, как и моя, а дополнительный пинок в щёлкающую жвалами голову сбил его с игривого настроя и сорвал с паутины, отправляя в неуправляемый полёт. Он замахал лапами, стараясь зацепиться за редкие нити крепёжной паутины, но те рвались и его полёт продолжался. Ещё один паук, решивший прыжком преодолеть разделяющую нас пропасть, со смачным хлюпаньем насадился на лезвие потрошителя. Я встряхнул рукой, избавляясь от подрагивающего тела и приказал подтянуть себя повыше, подальше от столпившихся у противоположного края пауков.
И вовремя, ещё один арахнид-страж прыгнул через разделяющую нас преграду, взмахивая своим смертоносным потрошителем. Попасть, благодаря моему своевременному манёвру, не попал, но пол около моих ног пробил, зацепившись им за мою сторону коридора. Правда этот манёвр и лишние полсотни килограмм веса заставили окружающие просесть ещё на метр, превратив круто поднимающийся вверх коридор практически в вертикальную трубу, заставив нас окончательно повиснуть на наших не сильно надёжных якорях и швыряя наши тушки вниз. Я не стал противиться гравитации приказал хлысту выбрать полную длину и поджав ноги рухнул вниз. Резкий удар лапы стража проскрежетал по ткани штанов пропоров прочную ткань и заскрипел по защитным пластинам. Мой же ответный удар с двух ног заставил лезвие его потрошителя разорвать ткань оболочки коридора и швырнул его вниз, вслед за первым пауком. Тот, сумев уцепиться сразу за десяток нитей паутины, смог прервать свой полёт, но рухнувшая сверху туша стража заставила и эти нити лопнуть, и два паука, сжав себя в страстных объятиях, улетели дальше, навстречу далёкого полу. Через миг мне стало не до разглядывания обезвреженных противников, ещё пара пауков-рабочих преодолела разделяющий нас разрыв, повисла на моих ногах уродливой гирляндой, заставляй меня тихо взвыть от боли в плече: казалось руку сейчас вывернет из сустава и вытянет будто капроновый чулок. Я на миг представил, как буду всю оставшуюся жизнь ходить с одной рукой, свисающей до пола. По этой причине, я чаще заработал потрошителем, отрубая от агрессоров лишние части тела, снижая нагрузку на скрипящие суставы.
Раздался очередной треск, звук лопающихся струн и наша часть коридора окончательно просела, свесившись вертикально вниз. От толчка останки пауков встряхнуло с моего многострадального тела. Оставшаяся пара пауков осознав, что теперь до меня им не добраться, не сговариваясь развернулись и куда-то рванула, то ли, как настоящие герои, направляясь в обход, то ли побежали за помощью. Очень надеюсь, что они просто притомились и пошли в ближайший бар бухнуть, но что-то мне подсказывает, что надежды на это мало.
Надо ещё ускориться.
Я приказал хлысту подтянуть себя наверх, вонзил в податливую ткань коридора нож, фиксируя свое тело и снова задействовал хлыст, чтобы закрепиться ещё на пару метров выше. Три коротких рывка, и я снова выбрался в нормальный тоннель, поднимающийся к следующей комнате, где мне в очередной раз повезло: это был один из складов, которые я искал и здесь был всего один кокон с пауком-стражем. Настроение после последней схватки и подъёма у меня были не очень, поэтому я не стал заморачиваться, просто нырнул под самую выпирающую часть кокона и десяток раз подряд активировал потрошитель. Мерзкий скрип лезвия, проламывающего хитин, злобное шипение, конвульсивные подёргивания и ещё пара стандартных артефактов в мою копилку.
— Вот и всё, — я успокаивающе похлопал по распотрошённой туше ладонью, — ибо не хрен спать на посту. А теперь Зубр, надеюсь ты там живой.
На самом деле я не бросился к нему немедленно только потому, что жутко боялся, вскрыв кокон, увидеть его мёртвое лицо, но то, что в подвешенном под потолком коконе именно человек, я не сомневался. Вообще их тут было с десяток, но все остальные были или меньше по размеру, или больше и подвешены над полом горизонтально и под ними отчетливо проступали силуэты спелёнатых существ, единственный вертикальный кокон висел в самом центре комнаты, подвешенный за канат, уходящий прямо в трубу которая вела к убежищу босса. Несколько таких коконов я уже видел в своём мире, в них вниз головой были подвешены сотрудники нашей столовой, которых элитный арахнид приготовил, как закуску для своего потомства. И все они были живы к тому моменту, когда я их нашёл. Большинство из них, конечно, были заражённые, но это уже детали. Я ещё раз убедился, что больше никакой охраны здесь нет и, доставая нож, рванул к кокону.