«Не уж, не увижу я больше отца?»,
По щеке одиноко скатилась слеза.
Он пробовал после к духу взывать,
Но тот продолжал упорно молчать.
И жгучая злость пробирала опять,
Ворона парень хотел отыскать.
Узкой тропою вдоль леса побрёл.
В думах тяжёлых долго он шёл.
Солнце, не раз обогнув небосвод,
Его сквозь леса и болота ведёт.
Устал Волколак и силы уж нет,
Видит вдали стоит старый дед,
В соломенной шляпе, с седой бородой,
Посох сжимает крепкой рукой.
Рядом клубится дымок из трубы,
На старой землянке, что укрыли дубы.
Увидев парнишку, он сел на пенёк,
Рост его был не мал – не высок,
Приземист и крепок ещё старичок,
В нём жизни самой горит огонёк.
Читалась в очах печать мудреца,
Он встретил с опаской в лесу молодца.
Парнишке отвесив добрый кивок,
Спросил кто таков и сразу умолк.
«Заблудший я путник в этом лесу,
Тяжёлую ношу старче несу.
Прости, потревожил твой сытый покой,
Прошу накорми и от зноя укрой.
Гостя прими и с первой звездой,
Продолжу свой путь дорогой ночной».
Старцу, отвесив поклон до земли,
Парень присел на пенёк позади.
«Что же ты так торопишься в путь?
Что дорогой ночной желаешь рискнуть.
Прими мой постой и тёплый ночлег,
Уважь старика, мил человек», —
Вымолвил дед, мотнув бородой.
«Я рад бы остаться у тебя на постой,
Но всюду беда идёт вслед за мной.
И боязно старче мне от того,
Кабы не вышло дурного чего.
Я долго в пути и ужасно устал,
И много ночей в дороге не спал.
На день останусь, а ночью уйду,
Не приведу в твою хату беду», —
Сказал паренёк с заметной тоской.
«Успеешь уйти, а покуда постой,
Отобедай сначала, а там поглядим,
За разговором душевным дневным.
Выпьем отвар на травах лесных,
Расскажешь о бедах своих непростых».
И поступью твёрдой пошёл старый дед,
К землянке своей, готовить обед.
Следом за ним побрёл Волколак,
Перебирая медленный шаг.
А после обеда за кружкой чайка,
Дабы уважить завет старика,
О ноше тяжёлой, что нёс на плечах,
Поведал парнишка в горьких слезах,
И замертво рухнул на пол земляной,
Как только допил отвар травяной.
Засветло утром проснулся в избе,
Силы и бодрость, ощущая в себе.
«Вижу, очнулся от крепкого сна,
Признаюсь, в том и моя есть вина.
