Павел Парменов – МисСтелла (страница 2)
Все брезгливо раздражало и разочаровывало с первого взгляда. И лишь Искорке было все равно. Она так устала, что с трудом передвигала ноги. Для нее было самое главное – одолеть несколько этажей по деревянной лестнице и желательно лечь спать не в одну кровать с какой-нибудь китайской бабушкой.
– Еще немного. Ваша комната двадцать три, – улыбчиво сопровождал китайский друг Сергея.
В руках у него был чемодан, который по своим размерам был чуть меньше, чем ширина коридора. Он то и дело за что-то цеплялся, пробираясь через многочисленные двери нескончаемого мрачного пролета.
Продвигаясь с Искрой на руках, Сергей Иванович отчетливо слышал чей-то разговор, иногда до него доносились скрипы половиц и даже устойчивый храп будущих соседей. Это было странно. Он к таким условиям не привык. Все происходящее сильно расширяло его зону комфорта. Пока что на этом этапе знакомства с китайской инфраструктурой радоваться особо было нечему. Оставалось только надеяться и верить, что найдутся силы и основания на то, чтобы двигаться дальше и, возможно, когда-то, в обозримом будущем, ситуация поменяется и все наладится, а пока придется жить с тем, что есть.
– Спасибо, Чан! Я тебе очень признателен! – прошептал Сергей Иванович, укладывая дочку на деревянную кушетку.
– Отдыхайте. Я завтра к вам зайду, – он пожал ему руку и закрыл дверь.
Сергей Иванович сел на кровать. Он смотрел на дочь и с сожалением погрузился в воспоминания. Как они вместе гуляли в парке и ели мороженное, первые впечатления от катания на велосипеде, как Искорка пошла в школу и ее яркие эмоции в момент открывания новогодних подарков. Как за окном в морозный день падал снег и, конечно же, дорогих сердцу коллег по работе.
Картинка воспоминаний постепенно размывалась происходящей действительностью. Маленькая комнатка по нашим меркам принадлежала общежитию коридорного типа. Окно было крохотное и выходило на узкую улицу. В мрачном помещении по математическим выкладкам было не более девяти квадратных метров жилой площади. Мебель была компактно расставлена по комнате, видимо с применением Фен Шуй. Две кровати, тумбочка и вешалка. Это все, что предложила Сергею Ивановичу новая работа в китайском университете. Всего остального придется добиваться самостоятельно.
А кто сказал, что будет легко?
Глава 4. Оригинальный Ли
Искра боялась высунуть нос за порог своей комнатки. Проснувшись утром, она обнаружила, что в помещении кроме нее никого нет. Шумные соседи как ни старались, но не смогли потревожить сон девочки. Курицы, шум мопедов и горлопанистые местные жители к двенадцати часам дня уже жили своей привычной жизнью. Оживленная улица была наполнена странными, непривычными звуками. Шум то нарастал, то снова становился монотонным. Периодически кто-то по коридору проходил мимо комнаты, отстукивая по деревянному полу обувкой. Свет попадал в комнату через маленькое окошко, в которое страшно до жути было решиться выглянуть.
«Интересно, они все выглядят как мы или среди них есть мутанты», – подумала испуганная, но заинтересованная девчонка. «Вот бы на улицу выйти. Там наверняка есть что-то интересное. Дети же у них должны быть?» – продолжала с любопытством рассуждать она. «Не пойду, страшно. Подожду, когда папа вернется. Без него никуда не пойду. Все решено!»
Искра постаралась переключить свое внимание на книгу. Достала из рюкзака иллюстрированный рассказ и начала читать.
– Нихао! – раздался голос из-за двери.
Тук-тук-тук. Постучался кто-то в дверь.
«Кто там?» – встревожено подумала Искра. На лице возникло пауза. Глаза удивленно растопырились, и девочка замерла в ожидании.
По ту сторону входной двери кто-то с неустойчивым тембром в голосе на непонятном ей языке защебетал быстро-быстро, словно комментировал тараканьи бега, да еще весьма эмоционально. Ручка двери пошевелилась, но дверь открыть он не смог.
– Дверь закрыта. Я дома одна. Папа ушел на работу. Зайдите позже, – испуганным шепотом произнесла Искра.
– Нихао! – громче, пуще прежнего, снова повторил незнакомец и продолжил стрекотать на китайском.
«Я не понимаю ничего. Он что, тупой?» – подумала Искра.
В замочной скважине внезапно появился глаз. Настойчивый гость не желал сдаваться. Ручка снова резко дернулась и девочка испугано вскочила.
«Может мне закричать? Уйди, пожалуйста», – в голове началась паника, ей не понятно было, как отделаться от назойливой пиявки.
Бесконечная трель китайской речи наконец-то прекратилась.
Искорка, убедившись в отсутствии глаза в замке, обратно присела на кровать и, прижав двумя руками книгу, затаилась.
Действительно, приставучий парнишка перестал долбиться в дверь и куда-то спешно убежал.
«Фу, капец как страшно! Папочка, ты где?! Ввернись, мне страшно!» – взмолилась она.
Девочка сидела на кровати и среди множества достаточно громких фоновых звуков пыталась понять, не угрожает ли ей еще что-нибудь. Ее взгляд остановился на чемодане, который стоял в углу. Руки сжимали книгу, на лбу проступили капельки пота, а по спине пробежал холодок.
Тук-тук-тук. Снова, кто-то постучал в дверь.
В щель под дверь кто-то просунул палочки. Деревянные китайские палочки, а между ними записка. Крохотный клочок бумаги был свернут и зажат между двумя щепками.
«Капец как страшно. Что это?» – с непониманием удивилась девочка.
У нее сложилось такое впечатление, что она маленький зверек в зоопарке и все вокруг пытаются разными способами выманить его из норки.
В моменте все затихло. Фоновый шум с улицы временно стал не таким назойливым и отчетливым. Все звуки слились в одно монотонное гудение. Все внимание девочки было нацелено на эти непонятные предметы, лежащие на полу.
Встать и подойти было очень страшно. В голове крутились детские ассоциативные мысли о поимке маленькой мышки с помощью коварной мышеловки. Воображение рисовало ей страшную картину. Об этом лучше даже не говорить. Просто жуть.
Но детское любопытство и наивность иногда сильнее необоснованных страхов.
«А вдруг, это папа попросил передать мне весточку!?» – промелькнула мысль в ее голове. «Точно, это он!» – воскликнула наивная Искорка.
Сорвавшись с места, она подбежала к двери, схватила палочки и с надеждой развернула записку.
– Что!? Что это за писанина такая!? Какие-то палочки и домики. Я не понимаю, что это! – возмутилась она.
За дверью послышался знакомый голос:
– Нихао! – не так громко, как ранее, но вполне отчетливо снова произнес незнакомец.
Искра настолько была удивлена написанным, что позабыла о всякой предосторожности и возможной опасности. Ее ум охватил неподдельный интерес и удивление. Она резко, ни о чем не подозревая, повернула барашек дверного замка и открыла дверь.
– Ну, и что тут написано? Я ничего не понимаю! – с претензией заявила она сидящему на полу возле двери юноше.
Мальчик разместился на половицах, сложив ноги в конвертик. Его руки опирались на колени, а спина была вытянута как струна музыкального инструмента. На лице была настолько роскошная улыбка, что от ее очарования Искорке стало намного спокойнее.
Ли, так звали мальчишку. Коротко постриженный подросток, был на удивление милым. На вид ему было лет одиннадцать. Трудно оценить возраст незнакомца с первого взгляда при том, что взгляда, у него не было видно совсем. Из-за расплывшейся улыбки на все лицо у него совсем не было видно глаз. Не понятно, он спит или все же сквозь максимальный прищур что-то видит.
Искорка медленно присела, помахала рукой перед его глазами и спросила:
– Ты меня видишь?
– Нихао! – вновь произнес он и что-то на китайском. Не останавливаясь, опять выдал череду непонятных слов.
Эмоциям показали зеленый свет. Мальчишка воодушевленно о чем-то рассказывал, жестикулировал и даже медленно на пальцах пытался что-то объяснить девочке. А потом замер, склонил немного голову вправо, раскрыл левый глаз, всем своим видом показывая – смотри, что у меня есть и потянулся рукой за спину.
Не торопясь, аккуратно, из-за спины показалась какая-то коробочка. Он протянул ее Искре и снова что-то пробормотал:
– Шиба!
И снова, протягивая белую коробочку, более протяжно и настойчиво:
– Шиба-а-а!
Искра оцепенела от удивления. В ее руке была книга, а во второй палочки. Она медленно посмотрела сперва на книгу, потом на палочки. Сделала выбор и аккуратно положила книгу на пол.
Запах появился, как только она поднесла коробку к своему лицу. Одновременно с улыбкой непроизвольно сработал рефлекс. Слюнки побежали от такого яркого, насыщенного запаха. Коробка была горячая. Немного даже обжигала руки. Сверху она была закрыта словно конверт и не было понятно, что там внутри.
Мальчишка продолжал улыбаться и лишь изредка, когда их взгляды соприкасались, он подмигивал и показывал рукой: кушай.
Искра уже была счастлива.
Ну, во-первых, ей не угрожала опасность. Она узнала, что ее никто не собирается насильно отправить на китайскую фабрику шить кроссовки. Во-вторых, от голода она не умрет, как минимум сейчас поест и настроение улучшится. А в-третьих, у нее появился друг и есть с кем скоротать время, пока не вернется отец.
– Оригинальная подача, – подметила она. – Как ты здорово все придумал, я бы тебе иначе точно не открыла дверь, – наслаждаясь запахом китайкой лапши, проговорила она. – А как тебя зовут?