Павел Носов – Per rectum ad astrum (страница 135)
— А вот так. Честно. Сама верю с трудом, но, похоже, это действительно так. Нравится мне то, что сейчас происходит. Так что — я согласна… наверное…
— На что согласна? — не понял Северцев.
— Не тупи, Антош. Ты что-то предложить хотел?
Он хмыкнул, присел рядом. Его смущение, кажется, прошло.
— Хотел? Да — точно. Яна, только я так хотел… так сильно хотел предложить, что, похоже, и сам толком не знаю, чего именно предлагать теперь и как…
— Вот тебе и раз! Интересно, на что же я согласилась?!.. почти.
— Давай поженимся! — выдал Северцев.
Яна фыркнула:
— Жениться? Не, не тянет. Вот замуж я бы попробовала выйти! Лучше поздно, чем никогда. Хоть попробовать что это такое — быть замужем! А то девки мои, того и гляди меня бабкой сделают, а я ещё и замужем не была ни разу… зря я, наверное, так сказала… Я ведь старше тебя. На десять лет почти. Тебя это не смущает?
Северцев отрицательно замотал головой.
— Можешь не мотать головой, я всё равно тебя не вижу. Ты, извини, не с той стороны сел. А голову повернуть я не могу. Не смогу ещё часа два.
— А как же тогда…
— Лавка трясётся.
— А-а-а…
— Ну, так что скажешь? Не передумал?
— Нет. В смысле не передумал. И, знаешь, Ян… я, чем дольше рядом с тобой сижу, тем отчётливее понимаю, что и не передумаю. Влип я кажется… в тебя по уши — вот!
Он положил ей руку на бедро. Яна хмыкнула. Вздохнула.
— Можешь не стараться, Антош. Меня так анестетиками нашпиговали — я не чувствую ничего. Видимо правда поломалась на полосе, да в горячке увлеклась, не заметила…
Он отдёрнул руку.
— Извини. Просто нестерпимо захотелось тебя коснуться, я и не заметил…
— Тоже в горячке? — поддела Джамбина, — Ха! Так, руку на место верни быстро! На место — это вот сюда, выше моего колена, да. Пусть здесь побудет. Я конечно… Мне нравится! Ты не поверишь… сама не верю, но мне нравиться! Ты знаешь, никто ещё не трогал меня так… искренне. Это оказывается так приятно! Ладно. На чём мы с тобой договорились?… э-э-э… ну, понял, о чём я… И… Антон, а тебе нравится, что ты чувствуешь… рукой?
— Да. Очень. С трудом сдерживаюсь… чтобы не дать волю рукам. Странные ощущения, у меня такого не было ещё ни разу. Ты такая… таткая, ну-у… красивая, — он принялся размахивать свободной рукой от переизбытка чувств, — У тебя такое тело! Класс! И смущаюсь, и боюсь, но всё равно лезть к тебе готов…
Надо же… тело у меня «такое» оказывается. Вот интересно, чего «такого» ты во мне углядел, дружок… чего у других не обнаружил?… чего именно тебя в такой восторг привело, понять бы… не суть, впрочем: пока ты в «восторге» своём маринуешься, надо тебя брать. Признаюсь, парень, ты мне тоже, очень и очень симпатичен, и время тянуть не стоит. А то ты перекиснешь, и, того и гляди ещё-кого разглядишь, помоложе…
— Да — здесь этого делать не стоит, тут человек сто пятьдесят, неприлично… Ты один живёшь? У тебя кубрик свободен? Ах-да, у вас же там холостяцкое общежитие, считай! Давай тогда ко мне?
— Как к тебе?! Вот так вот просто, раз — и к тебе?
— Ну-у, не так уж и просто. Ты уж извини, тебе меня тащить придётся, причём в транспортной капсуле — скафандр на меня сейчас не натянешь. Если только через два часа, но — столько ждать я не намерена. А ты?
— А как же анестетик? — туповато спросил Северцев.
— Ничего. Думаю, так глубоко он не забрался. Так что нормально. Забеременеть он мне точно не помешает.
— Как — забеременеть?
— Ну что ты заладил «как-как». Доберёмся до моего кубрика — я тебе там всё расскажу. Или ты думаешь, я не в состоянии тебя до оргазма довести? Или передумал?
— Передумал? Нет!!!.. только неловко себя чувствую. Не думал, что всё так сразу произойдёт — ты в таком состоянии… беспомощном, я даже не знаю…
— Не знает он! Чего тут не знать? Пользуйся моим состоянием, пока беспомощное! Мы женщины народ переменчивый, вдруг передумаю? Так ведь не сладишь со мной потом.
— То есть как это, — опешил он, — В каком смысле?
— Северцев, не разочаровывай меня! Ты сейчас ещё минуту помямлишь — я точно передумаю. Транспортировочную капсулу заказал? Или мне самой это делать?
— Заказал, — буркнул Северцев, — Вот она, уже доставили…
Медичка дотолкала до них капсулу, удивлённый взгляд скрыть не смогла, рекомендовала только воздержаться от работы хотя бы час… если нет ничего срочного. Но потом обязательно показаться врачу. И ушла. Капсула покачивалась над полом на силовой подушке.
— О! Наконец-то мужской поступок! — проворчала Яна, — Я начинаю тебя уважать, Антош… всё, давай грузи меня побыстрее внутрь… только нежно!
— Вот таксистом я ещё не работала, — заметила Леннокс, — Ладно, лейтенант, забирайся. Или ты, по привычке, десантную капсулу для себя пристегнёшь? Место есть…
— В рубке? — уточнила Валеска.
— И в рубке есть, — вздохнула Синди, — В местные каботажные рейсы мы по одной ходим. Или ты не в курсе? Сейчас моя очередь… — она снова вздохнула, — Девчата мои, Таська с Гелей на тренировку отправились, работы пока немного…
Валеска проводила взглядом последний грузовой блок. Здоровый, на шлюп таких пять штук всего помещается. Карго мастера, сноровисто подрабатывая реактивными джеттами, загнали его в пазы держателей, защёлкнули, проверили крепления, ориентационные гравы и антигравы компенсаторы. Надо же, раньше и в их команде, и у монтажников только парни работали, теперь и девчонки есть. Пополнение? Как всё быстро меняется! Карго мастера толкнулись от борта контейнера, метрах в двадцати зависли-построились прямо напротив Валески и отсалютовали ей. Она автоматически вскинула руку в ответном жесте. Узнали, что ли?
— Честь имеем, лейтенант, — развеял её сомнения старший группы, — Приятного отдыха!
Вот так вот.
Валеска покосилась на своё плечо.
Мало того, что новый шеврон, похоже, однозначно идентифицировал её во всех системах распознавания. Так они, оказывается, в курсе, что у неё выходной. И почему она на строящуюся локационную станцию собралась. Ну и как к этому относиться?
Гордиться? Вообще-то ложной скромностью она не страдала. А уж её банда, в смысле взвод, тем более. Но, всё равно, как-то…
Карго-группа перестроилась, они коротко полыхнули несущими соплами и уплыли в направлении производственного комплекса. Им без джеттпаков тоже никак — с такими грузами по-другому не справиться. Столкнуть, к примеру, такой вот блок — можно относительно легко, и запустить в направлении шлюпа. А если вся команда синхронно приложится, то и начальный импульс будет более чем приличный. Но останавливать-то его тоже надо. Для этого уже серьёзная квалификация нужна. Разогнать, синхронизировать усилие, затормозить, сориентировать. Закрепить — тоже нужно знать как. И уметь. Тем более подключить в локальную масс-систему шлюпа. Страшно представить, что будет, если такой вот блок при разгоне сорвёт. Нагрузки нешуточные, ошиблась на миллиметр при центровке веса и всё — поминай, как звали. При торможении шлюп просто порвать может. Тогда уже северный пушистый лис и за экипажем явится, чисто техническими потерями не отделаешься. Надо будет полюбопытствовать, были раньше подобные аварии, или нет. Были, скорее всего, в самом начале… хотя — люди давно на орбите работают, успели опыт набрать… и ошибки учитывать научились.
Валеска толкнулась от палубы швартовочной аппарели, приложив явно избыточное усилие, ловко скользнула в щель начавшего открываться шлюза пилотажной рубки, привычно сориентировалась по силовым векторам, встала на пол. Автоматика возмущённо пискнула, пропустив сигнал через систему внутреннего оповещения, но искин шлюпа промолчала. Уважает?
Створка шлюза тут же захлопнулась обратно, скользнула вверх-вниз рамка «громоотвода», прошлись, очертив её фигуру лучи сканера. Шлюз заполнился воздухом, включился свет. Тихонько пшикнул внутренний пропускной клапан — Валеска зашла в рубку.
— Привет подруга! — заявила Синди.
Она развалилась в ложементе, развернув над собой голографическую полусферу управляющего терминала, и проводила предстартовое тестирование систем. Что интересно, для общения с искином шлюпа она использовала и босую левую ступню в том числе, ловко орудуя ей в интерактивном пространстве терминала наравне с руками и голосом. Надо же! Как это она научила «шкуру» с пятки заголяться?! Похоже, все, кому не лень, исхитряются от души, фантазируют.
Валеска заулыбалась. Не удивительно, что искин шлюпа не возмущается, уже привыкла, скорее всего, смирилась со всеми нашими выходками. Как там её девчонки зовут?
— Располагайся. Сто лет не виделись — целых сорок семь минут. Где Вас, лейтенант, носило всё это время, позвольте узнать? — Синди довольно блеснула на Валеску голубыми глазами из-под голографической сферы, — Чупа, активируй второй терминал в гостевой режим для лейтенанта Йенч.
Точно! Чупа. Забавно.
Валеска устроилась с удобством в свободном ложементе, деактивировала шлем, скатала в ворот.
— Синди, а почему — Чупа?
— О-о-о! — Леннокс звонко рассмеялась, — Чупа носит у нас грозное классификационное техническое название «центр управление полётом оперативный». Ну, мы первые имя и запатентовали. Нравится?
Йенч снова улыбнулась:
— Да. А Чупе?
— Чупе? — переспросила Синди, — Говорит — нравится.
— Что-то я её не слышу, — Валеска развернула обзорный экран, вывела изображение в двух режимах: оптическом и визуализацию с ЛАКов. Подрегулировала изображение в привычный для себя вид. А что, не сильно отличается от картинки с забрала шлема. Понятно, без целезахватов, ориентационной сетки и сводки анализаторов… ну-так — у неё гостевой режим. Пилотажную версию они, кстати, видели уже. Там, в «линзе Колычева». Хватит — насмотрелись, побудем в гостях.