Павел Некрасов – Колыбельная (страница 19)
Машина Шугурова стояла возле ресторана. Катя поднялась на крыльцо и постучала в затонированную дверь. Николай Андреевич в это время находился в зале, увидел ее и радостно улыбнулся:
– Не ожидал! Я вас вот только что вспоминал, – он спустился с крыльца и заворчал по-медвежьи: – Кто это катается на моей коляске?! Кто?!
Соня заверещала от восторга и сделала попытку выскочить из нее. Шугуров поймал ее и перекинул через плечо.
– Все, сейчас ты от меня не сбежишь! Анечка! – окликнул девушку за стойкой бара. – Присмотри за ребенком! И покорми чем-нибудь, но только не конфетами. Иначе я кого-нибудь съем!
Соня снова завизжала от восторга и принялась сучить в воздухе ногами. Шугуров передал ее Ане и вместе с Катей поднялся в офис на втором этаже.
В его кабинете Катя посмотрела на стол отца и тут же отвернулась.
– Ты вовремя, – тем временем говорил он. – Сейчас к бухгалтеру сходим. Получишь деньги отца. Я ему за две недели должен остался.
– Я не за деньгами пришла, дядя Коля.
– Я знаю, – кивнул Шугуров. – Но деньги всегда кстати. Деньги лишними не бывают.
В этот момент в кабинете появилась его жена.
– А вот и Галя! А у нас гости!
– Я уже вижу, – кивнула она.
– Здравствуйте, Галина Сергеевна, – поздоровалась Катя.
– Здравствуй, – ответила та с подчеркнутым безразличием.
– Вот и Катюша до нас добралась, – с улыбкой приговаривал Шугуров.
– А я решила, что у нее опять что-то стряслось! – Галя села за свой стол.
– Что с тобой? – насторожился Шугуров. – Катя, извини, мы тебя на минутку оставим.
Они вышли в коридор.
– Что с тобой?
– А не слишком ли отеческую заботу ты проявляешь?
– О чем ты говоришь? Я тебя понимаю все меньше и меньше! Девочки отца с матерью потеряли. А родственники у них сволочи! Девочкам сейчас не хватает самого главного – родительского тепла! Галя, ты же женщина.
– Именно поэтому мне кое-что непонятно.
– И что же ты имеешь в виду?
– Ты уже забыл, как мы познакомились? Ты был женат и счастлив, но через полгода бросил жену с детьми…
– Прекрати! – оборвал ее Шугуров. – Это уже клиника!.. Зайди в кабинет и внимательно, дорогая моя! Очень внимательно посмотри на этого несчастного ребенка… Ты себя с ней не равняй.
– Вот как?!
– Да, именно так! Ты знала, чего хотела! И добилась своего! А теперь нет у меня ни времени, ни желания спорить с тобой!
Шугуров вернулся в кабинет.
– Еще одну минутку, Катя. Сейчас я кое-что проверю. И мы сходим к Софье Павловне, нашему бухгалтеру, – он надел очки и принялся перечитывать какой-то документ. – А потом мы с вами пообедаем вкуснятиной!
– Дядя Коля, – нерешительно начала Катя, – я хотела с вами насчет работы поговорить.
– А институт? Ты же собиралась дальше учиться. И за Соней нужно следить. И работа тебе не всякая подойдет.
– Я согласна на любую, – кивнула она.
– Это ты сейчас так говоришь, – усмехнулся Шугуров. – Не спеши, Катя. Дай мне подумать… Наверно, у меня найдется работа для тебя.
Он открыл шкаф и задумчиво покрутил в руках меню.
– С компьютером ты знакома. Такие меню нам один человек делает. Но в последнее время он чем-то жутко недоволен. То одно его не устраивает, то другое. Говорит, что заказов полно… Если ты согласна взяться за это дело, я тебе на дом все необходимое привезу. Насколько я понимаю, работа нехитрая. Время от времени мы меняем ассортимент блюд, кое-что убираем, добавляем новые блюда. Самое главное, чтобы меню не было стыдно гостям предложить. Согласна попробовать?
– Конечно, – радостно кивнула Катя и снова замялась. – А сколько вы мне платить будете?
Шугуров рассмеялся:
– Не бойся, вас я не обижу! А вот ты до сих пор меня на «вы» величаешь, как чужого! Непорядок!
Из ресторана она вышла в приподнятом настроении. Соня уснула на руках.
– Хорошая ты моя, – улыбнулась Катя, убирая с глаз сестренки прядь волос.
В этот момент к ресторану с мерным грохотом подкатил мотоцикл. Мотоциклист выключил двигатель и снял шлем:
– Извини, не хотел напугать твоего ребенка.
– Ничего страшного. Она так устала, что теперь до вечера спать будет.
Он поставил мотоцикл на подножку и протянул Кате руку для пожатия. Светловолосый парень чуть выше среднего роста.
– Привет, я Артем! На работу приходила устраиваться? Я здесь тоже недавно работаю. По-моему, здесь неплохо.
– Катя, – она пожала его крепкую ладонь. – Кем работаешь?
– Поваром. Сейчас скажешь, что я не похож на повара. Почему-то все думают, что повар обязательно должен быть упитанным, вот с такой ряшкой, – он показал, какого размера должны быть щеки у нормального повара. Катя рассмеялась. – А я на самом деле неплохой повар. Если не веришь, приходи с мужем вечером. Оценишь сама.
– Нет у меня мужа, – усмехнулась Катя. – А это моя сестренка, а не дочка. Приятно было познакомиться, Артем.
Она развернула коляску.
– Катя, подожди! Постой… – он догнал ее. – Может, встретимся?
– Извини, – она высвободила руку. – Но мне сейчас не до этого.
Он проводил ее взглядом. На его губах так и застыла полуулыбка.
– Что-то ты, парень, не весел, – весь вечер подшучивали повара. – Никак влюбился?!
«Неужели так заметно?» – думал он про себя.
Весь день перед его глазами стояло худенькое лицо темноволосой девчонки.
– Пора, парень! – солидно посмеивались мясники. – Глядишь, к осени пропьем тебя!
А он видел только ее глаза.
После работы Артем поставил мотоцикл на стоянку. Он снимал однокомнатную квартиру в панельной пятиэтажке. Вообще жил без нездоровой суеты – бича его сверстников. Друзей и однокашников жизнь за пару лет раскидала во все стороны. Кто-то нормально жил, а кто-то сколоться и помереть успел. Артем жизнь начал собирать по кирпичику.
Он прошел на кухню, сел на табурет и закрыл глаза. Трудно сказать, о чем он думал в этот момент. Но по его лицу блуждала счастливая улыбка.
– Прошу вас, Елена Ивановна! Присаживайтесь.
Ирина Витальевна Болотова, инспектор по делам опеки и попечительства, приветливо улыбнулась Горловой. Гостья села напротив ее стола.
– Я могу вас поздравить, остались формальности! Впрочем, племянницу вы можете забрать уже сегодня. С моральной точки зрения это не противоречит законам нашего общества.
– Боюсь, что без вашей помощи и официальных бумаг мы с мужем не договоримся со старшей сестрой Сони. С бабушкой девочек мы пытались убедить ее, приводили различные доводы. Но она нас не слышит.
Выслушав ее замечание, Болотова принялась барабанить ручкой по столу.
– Ирина Витальевна, я не хочу создавать у вас превратное впечатление о Кате. Она хорошая и добрая девочка, – тут же поправилась Горлова. – Сестренку не обижает и пытается следить за ней. Но ведь это так тяжело – в одиночку заботиться о ребенке. Тем более в ее годы… Ирина Витальевна, я думаю, вы меня понимаете. И думаю, что очень скоро в жизни Кати появятся молодые люди. А ребенок станет обузой, – она снова сделала паузу. – А мы с мужем уже немолоды и обеспечены. Не гонимся за вещами и все свои силы посвятим воспитанию Сонечки.