Павел Муратов – Битвы за Кавказ (страница 87)
Начальный этап нового турецкого наступления, несомненно, имел успех. Неожиданный марш-бросок крупных сил через главный хребет Понтийских Альп был выполнен великолепно. Но этот успех не получил продолжения: турки не располагали достаточными силами для его развития. Юденич уже 25 июня был готов начать собственное контрнаступление, гораздо более крупного масштаба. Неожиданное нападение турок лишь ненадолго отсрочило его начало. Русские очень точно оценили силы противника, и 2 июля Юденич отдал приказ V Кавказскому и II Туркестанскому корпусам перейти в генеральное наступление.
Глава 35
Битва за Байбурт и Думанли-Даг, падение Эрзинджана, июль 1916 г.
Составление планов русского наступления было закончено еще до начала движения сил Вехипа через главный хребет Понтийских Альп. Юденич решил нанести главный удар по Байбурту, крупному транспортному узлу, где пересекались дороги, идущие с Анатолийского побережья, с дорогами, спускавшимися с высокогорий Эрзерума и Эрзинджана. Наступление через Байбурт на северо-запад к Гюмюшане и на запад к Келкиту должно было расчленить на две части фронт, который обороняла 3-я турецкая армия. Идея прорыва через центр врага снова увлекла Юденича – гораздо сильнее, чем любой другой тактический маневр.
Для осуществления своего оперативного плана у русского главнокомандующего имелись мощные резервы. На правом фланге 123-я и 127-я пехотные дивизии, не имевшие еще опыта горной войны, должны были оказывать давление на турецкую линию, шедшую от побережья до Гюмюшане и вдоль великого Понтийского хребта между главной дорогой на Байбурт и верхним течением Кара-Дере. Между Кара-Дере и Сюлюклю-Дере от двух пластунских бригад, действовавших совместно с 5-м полком пограничников и 19-м Туркестанским полком, требовалось связать боями вражеские войска, сумевшие прорвать русские линии обороны на лесистых склонах гор, которые разделяли эти две долины. На левом фланге этой группы стрелковый батальон 3-й пластунской бригады должен был поддерживать связь с правым флангом II Туркестанского корпуса.
Главный удар должны были нанести туркестанцы (усиленные 3 полками 4-й Кавказской стрелковой дивизии) в районе излучины Чороха. По плану на левом берегу в среднем течении этой реки (в северной части излучины) 4 пластунских батальона наступали на север; внутри ее 3 Туркестанских полка, имея в резерве 4-й (15-й полк), начинали атаку на Байбурт. К югу от излучины, на левом берегу верхнего Чороха, фронтальную атаку поручалось продолжить 17-му и 18-му Туркестанским полкам (самым удачливым полкам в дивизии), имея в резерве 20-й полк.
Битвы за Байбурт и Думанли-Даг, июль 1916
На левом фланге туркестанцев 3 полка 4-й Кавказской стрелковой дивизии при поддержке частей I Кавказского корпуса[274] должны были дойти до Денджика и перейти перевал Коп-Даг, по которому проходит дорога из Аш-Кале в Байбурт. Перед ними была поставлена задача овладеть позициями в Барнакабане, за которые было пролито так много крови и которые выходили на равнину Кара-Су.
Таким образом, между верхним течением Чороха и Кара-Су, на фронте протяженностью чуть больше 30 км, сосредоточили около 34 батальонов, и плотность атаки здесь должна была быть наибольшей.
Чтобы помешать турецкому командованию перебросить подкрепления с правого фланга в центр, выделили 39-ю пехотную дивизию. Имея в резерве Донскую пешую бригаду, армянский батальон и 2 казачьих полка, она должна была нанести удар по позициям турок между Кара-Су и Тузлой. 1-я Закавказская бригада с двумя казачьими полками охраняла крайний левый фланг русских войск позади Тузлы. Все соединения, стоявшие на левом фланге, прошли хорошую школу боев еще в начале июня.
В генеральном резерве Юденич оставил один полк 4-й Кавказской стрелковой дивизии и вновь сформированную 5-ю Кавказскую стрелковую дивизию. Ожидалось также прибытие двух только что созданных Карских полков. Главнокомандующий Кавказским фронтом предполагал, что его стратегический резерв скоро понадобится в том секторе, который оборонял IV Кавказский корпус: он должен был помочь ему отбить наступление 2-й турецкой армии. Предположения Юденича вскоре оправдались.
В сложной по рельефу излучине Чороха пластуны и туркестанские стрелки встретили своего старого противника, турецкий X корпус. Однако это соединение уже утратило свою былую мощь, поскольку часть его войск передали V корпусу, начавшему в последнюю неделю июня наступление на Сюрмене и Оф. 2 и 3 июля позиции 30-й турецкой дивизии севернее Чороха – на реке Чакмане – были атакованы четырьмя батальонами 3-й пластунской бригады, а южнее этой реки (на линии Ахпунуз – Хозахпур) – 16-м Туркестанским полком. После ожесточенного боя ашкеры начали медленно отходить на запад. На юге 13-й и 14-й Туркестанские полки медленно продвигались в тяжелых условиях гористой местности внутри излучины Чороха; турки, по-видимому, решили закрепиться на линии, располагавшейся ближе к Байбурту.
Южнее верхнего Чороха 32-я турецкая дивизия оказала русским ожесточенное сопротивление. Здесь 17-й Туркестанский полк, двигаясь по берегу реки, атаковал Вартаник, а 18-й полк – Сёгютлю и Сагирдан в овраге, в котором течет ручей Курт. Сильнее всего бились турки, засевшие в хорошо укрепленных Агвиранских позициях, которые удалось взять лишь 5 июля.
На правом фланге турецкого X корпуса 31-я пехотная дивизия удерживала довольно длинную линию фронта, которая была обращена на юго-восток и тянулась от Агвирана до Симагила и перевала Коп-Дат. Южнее на этой линии, на укрепленных позициях – между Барнакабаном и горой Ак-Баба – стояла дивизия XI корпуса. Обе эти дивизии были атакованы поодиночке. Генерал Воробьев силами трех полков 4-й Кавказской стрелковой бригады и 20-го Туркестанского полка нанес удар в район Денджика, а четыре кубанских пластунских батальона полковника Крутеня атаковали Барнакабан.
В Барнакабане турки оказали упорное сопротивление, а оставив этот пункт, закрепились на второй линии обороны в Сапдиране. В районе Денджика два воробьевских кавказских стрелковых полка прорвали позиции турок и 4 июля вышли на главную дорогу, ведущую в Байбурт. Турки отступали здесь через Коп-Ханлар[275], вниз по долине Коп-Су в сторону Чороха. К 5 июля русские обошли с юга линии X корпуса, как и планировал Юденич, а правый фланг турок в беспорядке отступал, неся огромные потери в людях и орудиях (все они были захвачены). Это стало началом общего отступления X корпуса в Байбурт.
8–9 июля пластуны достигли линии Семсил-Дере, которая подходила к Чороху с севера, менее чем в 15 км севернее Байбурта. Внутри излучины реки Туркестанские полки пробили себе дорогу к линии, шедшей через Каравин и Мезге-Тепе, а 17-й Туркестанский полк по своей инициативе форсировал Чорох по взорванному мосту, находившемуся около Маден-Ханлара, и атаковал гору Мезге (2300 м) с юга. Арьергард 32-й дивизии турок отошел на последний хребет, прикрывавший предместья города с востока. Южнее Чороха весь отрезок главной дороги между этой рекой и Кара-Су заняли стрелки Воробьева; солдаты правого фланга X корпуса, отброшенного в горы к западу от этой дороги, дезертировали в огромных количествах, и части этого фланга вскоре прекратили существование в качестве боевой силы. На своем левом фланге Воробьев помог пластунам захватить позицию Сапдиран, а защищавшая его дивизия турецкого XI корпуса, левый фланг которой не был ничем прикрыт, подверглась жестокому разгрому. К 8 июля весь этот корпус уже отступал по берегу Кара-Су.
К 8–9 июля стало ясно, что Вехип-паша потерял контроль за передвижениями центральной группы своих войск. Две дивизии X корпуса не смогли защитить подходы к Байбурту от 6 русских полков и 4 батальонов кубанских пеших казаков[276]. 12 июля генерал Пржевальский послал за своими сибирскими казаками, и к 14 июля они уже окружили город. На следующий день 17-й Туркестанский полк вошел в Байбурт, из которого уже ушла турецкая армия. Патрули сибирских казаков быстро двигались по дорогам, которые вели в Гюмюшане и Келкит. Судьбу Байбурта решили не только бои в излучине Чороха и на обоих берегах этой реки, но и то, что Воробьев сумел очень быстро перерезать дорогу из Аш-Кале в Байбурт.
Байбурт пал на четыре-пять дней позже, чем было запланировано Юденичем, однако причиной этому стало не сопротивление турок, а исключительно сложный рельеф в излучине Чороха. На правом фланге русских серьезные бои велись только в районе Мадур-Дага, который турки заняли совсем недавно. Здесь 1-я и 2-я пластунские бригады за несколько дней боев оттеснили своего противника к главному хребту Понтийских Альп. Отход турок ускорили известия о том, что русские вот-вот возьмут Байбурт, и они успели отойти через горы в Балахор – еще до того, как сибирские казаки вышли на главную дорогу, ведущую в Гюмюшане.
Что касается 123-й и 127-й пехотных дивизий на крайнем правом фланге русских, то их боевые действия между морем и дорогой из Трапезунда в Гюмюшане были всего лишь демонстрацией, в задачу которой входило связать две дивизии турецкого V корпуса, стоявшие перед ними.
На левом фланге главной группы Юденича бои переросли в настоящее сражение, а потери под Думанли-Дагом оказались более значительными, чем в боях за Байбурт. Прикрытый на левом фланге Барнакабанской линией и Кара-Су, турецкий IX корпус удерживал позиции, которые тянулись на юго-восток, до Тузла-Чая. Здесь, на правом фланге, Думанли-Даг играл роль огромного естественного редута. 29-я дивизия стояла севернее дороги Аш-Кале – Мамахатун; 28-я – на северном отроге Думанли-Дага, который назывался Ак-Баба; 17-я удерживала плато, нависавшее над долиной Тузлы, где 2-я кавалерийская дивизия прикрывала ее правый фланг. В Мамахатуне стояла в резерве 1 дивизия XI корпуса, а ближе к Эрзинджану располагались 1 дивизия XI корпуса и части 36-йи37-й дивизий, которые считались стратегическим резервом Вехипа.