Павел Марушкин – Дело серых зомби (страница 47)

– Пошел!

Я успел сделать всего пару шагов – и тут позади раздался звук, который не скоро забудешь: влажный хруст сворачиваемой шеи. Мы с конвоиром обернулись одновременно. В этом месте коридор почти не был освещен: две или три лампочки подряд перегорели (или были вывинчены, тут же подсказал мне внутренний голос) – так что вокруг царила полутьма. Второй охранник медленно заваливался назад, а из-за его спины вдруг вынырнула темная фигура. Убийца двигался почти так же быстро, как похитители душ, – и был столь же смертоносен. Все, что успел сделать мой тюремщик, это выхватить из ножен мачете, но здоровенным клинком было не так-то просто орудовать в узком пространстве. Я отпрянул к стенке, чтобы не попасть ненароком под лезвие. Нападавший ловко блокировал занесенную руку конвоира и на миг вошел в клинч. Из здоровяка словно разом выпустили весь воздух; он судорожно дернулся, но тут же обмяк и рухнул мне под ноги. Темный силуэт вытер узкий клинок и заявил хорошо знакомым голосом:

– Я становлюсь слишком стар для всего этого дерьма!

– Учитель?!

– Привет, Эд. Это хорошо, что ты здесь. А то я уже начал беспокоиться, – невозмутимо произнес Тыгуа.

У меня не нашлось слов, чтобы достойно ему ответить.

– Когда пуля выбила у меня из рук мачете, я понял, что дельце становится жарким, – и сиганул за борт. Как-то не хотелось быть пристреленным за компанию с беглыми уголовниками, знаешь ли… Так что, в отличие от этих идиотов, я поплыл не к берегу, а прямо в противоположную сторону – к крепости. До нее было ближе, да и противники наверняка не ожидали такого. Представь себе мое удивление, когда я обнаружил, что эта махина держится на тонюсеньких сваях! Ну, я поднырнул и проплыл под днищем: с той стороны меня никто не видел, так что я беспрепятственно взобрался на борт и спрятался. Мне, знаешь ли, уже доводилось скрываться от врага в его же собственных коммуникациях, и этот опыт пришелся весьма кстати. Здесь полно укромных уголков, так что с убежищем проблем нет – ну, если соблюдать элементарную осторожность, конечно. Со жратвой немного сложнее, но я тут умыкнул мешок галет, так что с голодухи не помрем.

Я только диву давался. То, что совершил Тыгуа, наверное, не смог бы повторить никто – а он не просто вышел целым и невредимым из этой заварухи, но и сумел освободить всю нашу компанию. В настоящий момент мы четверо сидели, сгорбившись, во тьме, в каком-то техническом тоннеле, среди хитросплетения труб и кабелей. Вой сирены, крики и беготня, гулко отдававшиеся в многочисленных магистралях, немного нервировали – но, по утверждению учителя, мы сейчас находились в самом безопасном месте. Что касается экс-каторжан, Тыгуа вкратце объяснил Пастуху, как выбраться на палубу, после чего уголовнички дружно подорвались в бега, даже не сказав на прощанье «спасибо». Ну, не больно-то и хотелось. Если у этих ребят имеется хоть капля мозгов, они уже далеко отсюда…

– А что насчет взрывчатки?

– Да все здесь… – неохотно ответил Тыгуа. – Только до нее так просто не доберешься: пороховой погреб под замком, и его неплохо стерегут.

– Как думаете, нас будут искать?

– Ты имеешь в виду – на корабле? Это вряд ли. Любой на нашем месте смотался бы отсюда… Эти парни сейчас прочесывают реку и близлежащие болота, – тут я почувствовал, что Тыгуа ухмыляется. – Флаг им в руки. Наверняка они числят тебя самым крутым сукиным сыном в радиусе ближайшей сотни километров.

– Это почему же?

– Ну подумай сам. За тобой послали двоих крепких ребят – с наручниками, при оружии, все дела… А в результате они имеют пару трупов и пустую камеру. Какой вывод? Обо мне-то никто не знает…

– Теперь, главное, не попадись на глаза кому-нибудь из этой шайки, – хмыкнул Сержио. – Пристрелят без разговоров…

– Да уж…

Я задумался. Судя по всему, решать дальнейшую судьбу нашей маленькой экспедиции снова придется мне. Наиболее рациональным в сложившейся ситуации представлялось – затаиться и выждать. Не лучшее решение с точки зрения безопасности, разумеется. Мы могли бы покинуть плавучую крепость, пока еще могли – но дело, ради которого я оказался здесь, не было выполнено. Ко всему прочему, у меня имелись вопросы.

– Что толку объявлять тревогу, – проворчал один из матросов. – Ищи их теперь, ночью-то…

– Разговорчики! – оборвал майор. – Готов спорить, куу переловят всех в течение часа! А этого бледнокожего мерзавца я выпотрошу лично, ясно вам?! Спускайте лодки на воду да пошевеливайтесь!

– Куу не разведчики, – вздохнул тот же матрос, дождавшись, впрочем, покуда майор отойдет. – В драке они хороши, спору нет, а вот выслеживать засранцев придется вам, бойплавам… Да еще брать живыми приказано…

– Только бледнокожих, – уточнил другой, берясь за рукоять лебедки. – Остальных можем шлепнуть прямо на месте, никто нам и слова не скажет.

– Да пойди разбери их в темноте, – сплюнул матрос. – Хорошо хоть, меня не послали… Эй, сержант! Как думаешь выполнять приказ?

– Да очень просто, – хрипло ответили из темноты. – Пальну на любое движение, потом отправлю мертвяков разбираться. Делов-то…

– А если завалишь этого, как там его… Майор, выходит, тебе не указ? – чувствовалось, что говоривший недолюбливает обладателя хриплого голоса.

– Его там нет…

– То есть как – нет?

– А вот так. Он здесь, на борту. Я даже предполагаю, где именно. Хочешь, поспорим?

– С чего ты взял? – удивился матрос. – Он что, идиот?

– Не. Он наглый… И очень упрямый. И у него еще осталось тут одно дельце.

– Так, может, обыскать корабль? – неуверенно предложил другой. – Начальство в курсе, а?

– Да! Чего ж ты не возьмешь этого типа? Ты же профи, и все такое! – подхватил его приятель.

– А зачем мне это? Он будет сидеть тише тени, пока мы не доберемся до Амфитриты, – лениво откликнулся Арриведерчи. – Но если загнать его в угол, он станет огрызаться. Так что, парни, если вы не полные идиоты, держите языки на привязи.

– Это почему?

– А кого, по-вашему, отправят прочесывать нижнюю палубу и вентиляционные шахты? И учтите, он по-любому ударит первым. Для него каждый, кто окажется рядом, – враг. Хотите, чтоб вас пырнули ножом из-за угла?

Матросы переглянулись.

– Этот гад прикончил Двакку и Стукула…

– Ага, вот именно. А они были не самые хилые фроги, верно?

– Проклятье!

– Добро пожаловать в реальный мир, хе-хе… Настоящий профи всегда действует наверняка, ясно вам? Бледнокожего я достану. Только время и место выберу сам.

Глава 20

Кладбищенские интриги

Профессия частного сыщика, равно как и профессия солдата, предполагает долгое ожидание. Скажу более: зачастую она состоит из ожидания процентов на девяносто – если ты, к примеру, выслеживаешь кого-то. В данном случае мы ждали, покуда корабль-крепость доберется до цивилизованных мест – и, соответственно, окажется в гуще событий. Я не очень понимал, на что рассчитывает капитан или комендант этого сооружения, не знаю уж, как он называется, но одно было ясно – мы двигались по направлению к столице. По крайней мере Тыгуа, умевший ориентироваться по звездам, был в этом уверен, и я не видел причины сомневаться в его словах. Первые двое суток после побега мы просто отлеживались, изредка перебрасываясь короткими репликами и вздрагивая от каждого громкого звука. Царящая вокруг темнота провоцировала на дрему, но страх быть обнаруженными не давал спокойно уснуть. На третий день, немного оклемавшись – мускулы уже не просили пощады при каждом движении, я решился вновь выйти на астральную разведку. Кваки не протестовал, лишь дал мне несколько указаний. И вот – короткий укол в запястье, минуты ожидания – и темнота наполняется муаровыми узорами, окрашиваясь в цвета, которым нет названия…

На этот раз я не тратил драгоценных мгновений на выход из тела: стоило вспомнить ощущения от прошлого сеанса, как все получилось автоматически. Мое сознание послушно перетекло в вытатуированную на груди маску, и «лик колдуна» отделился от оболочки, еще недавно бывшей его вместилищем…

Я старался не обращать внимания на чудесные видения, призывно раскрывающиеся навстречу моему «духовному взору»: на этот раз передо мной имелась четкая цель. Должно быть, определенную роль сыграла целеустремленность, а может, и какой-никакой опыт, приобретенный во время предыдущего путешествия: я довольно быстро обнаружил искомое. Головокружительный полет сквозь каменные и ледяные пещеры завершился в каюте Ипселла: я нашел его, свернувшегося на узкой железной койке. Над головой спящего вился бесплотный голубоватый дымок – а в нем, словно проекции «волшебного фонаря», мелькали неясные фигуры, образы… Это сны, дошло до меня спустя мгновение. Он видит сны – и я тоже могу их увидеть, а может быть, и проникнуть туда, в причудливый мир, порожденный его разумом… Одно мгновение я чуть было не поддался соблазну. Но нет, нет, я здесь не за этим: покружив немного над спящим, «лик колдуна» устремился прочь. Это была непростая задача: астральное зрение воспринимало пространство самым причудливым образом, и лишь полностью сосредоточившись, я мог соотнести эту искаженную картинку с привычной реальностью. И все же дело было сделано! К тому моменту как я ощутил первые, покуда слабые токи, влекущие к покинутому телу, у меня в памяти выстроился план переходов, ведущих к каюте протезиста.