Павел Лимонов – Огонь страсти под крыльями черного грифона (страница 7)
Грифон замолчал. В этой тишине слышно было только, как ветер свистит в расщелинах скал. Он смотрел на нее так долго, что Эларе показалось, будто время остановилось. Она чувствовала, как жар от его тела проникает сквозь её одежду, согревая её замерзшую кожу. Это тепло было опасным, оно манило и обещало защиту, но в то же время грозило испепелить. Она осознала, что этот зверь – или мужчина внутри него – был самым прекрасным и самым страшным из всего, что она когда-либо встречала. В нем была та абсолютная полнота бытия, которой ей так не хватало в её правильной, распланированной жизни.
– Ты не знаешь, чего просишь, Элара, – наконец произнес он, и в его голосе прозвучала странная нотка – не то жалость, не то предупреждение. – Моя цена высока. Твоя магия… она чиста и светла, но она слаба. Чтобы соединиться с моим огнем, тебе придется изменить свою суть. Ты готова перестать быть Ткущей и стать частью бури? Готова ли ты увидеть мир таким, какой он есть на самом деле – жестоким, прекрасным и лишенным иллюзий? Если ты пойдешь со мной, пути назад не будет. Твой народ никогда не примет тебя обратно. Ты станешь такой же изгнанницей, как и я. – Я готова, – без колебаний ответила она. В этот момент она поняла, что её прежняя жизнь уже закончилась. С того самого момента, как тень грифона упала на Аетхельгард, она перестала принадлежать себе. – Я уже не та, что была вчера. Я чувствую этот огонь внутри себя. Он зовет меня. И если спасение мира требует, чтобы я потеряла свой дом, пусть будет так.
Грифон издал гортанный звук, который мог быть как смехом, так и одобрением. Он сделал шаг к ней, и его массивная голова оказалась в считанных сантиметрах от её лица. Элара почувствовала жар его дыхания. Она непроизвольно протянула руку и коснулась его перьев. Они были жесткими, как металл, и горячими, как раскаленные угли. В момент соприкосновения через её тело прошел мощный магический разряд. Она вскрикнула, но не отняла руки. Перед её глазами вспыхнули картины прошлого: величественные города из черного камня, битвы в небесах, где тысячи грифонов сражались с тенями, и горькое чувство предательства, когда люди решили, что магия грифона слишком опасна, чтобы позволить ей существовать. Она почувствовала его боль, его ярость и его бесконечную тоску по небу, которое когда-то было общим.
– Ты коснулась меня, – прошептал он, и в его глазах вспыхнуло новое пламя – не только магическое, но и человеческое. – Никто не осмеливался на это уже сотни лет. Твое сердце бьется слишком быстро, Ткущая. Ты боишься, но ты не бежишь. Это… любопытно. В следующее мгновение произошло нечто невероятное. Тело грифона начало окутываться темным туманом, но не тем, мертвенным, а живым, пульсирующим. Его контуры начали меняться, сжиматься. Элара отступила на шаг, наблюдая за этой трансформацией с замиранием сердца. Массивный зверь исчез, и на его месте стоял мужчина. Он был именно таким, каким она видела его на вершине башни, но здесь, вблизи, его присутствие было еще более подавляющим. Высокий, с резкими чертами лица, которые казались высеченными из того же гранита, что и эти горы. Его кожа была смуглой, а на груди и руках виднелись странные татуировки, которые светились тусклым золотом. Он был почти обнажен, если не считать кожаных штанов и тяжелого плаща из перьев, наброшенного на плечи.
Он стоял перед ней, и в его облике было столько первобытной мужественности и скрытой угрозы, что Элара почувствовала, как земля уходит у неё из-под ног. Но больше всего её поразили его глаза. Они остались такими же золотыми, как у грифона, и в них всё еще отражалась вся мощь и боль его народа. Это был Каэлен. Принц-оборотень, изгнанник и, возможно, последняя надежда Аэроса. – Добро пожаловать в мой мир, Элара, – сказал он, и теперь его голос был человеческим, бархатистым, но с тем же опасным подтоном. Он протянул руку, и на его ладони вспыхнул маленький черный огонек. – Наше путешествие начинается здесь. И поверь мне, тень над бездной – это лишь малая часть того, с чем нам придется столкнуться. Ты хотела приключений? Ты их получила. Теперь постарайся не сгореть в моем пламени слишком быстро.
Элара посмотрела на его протянутую руку, затем в его глаза. Она знала, что этот шаг изменит всё. Она знала, что химия, возникшая между ними – эта странная смесь магического резонанса и физического влечения – будет только усиливаться, превращаясь в нечто неуправляемое и страстное. Но она также знала, что у неё нет выбора. Она вложила свою руку в его, и в этот миг небо над Запретными Пиками раскололось от оглушительного удара грома. Черное и золотое пламя взметнулось вверх, соединяя их в неразрывном союзе. Тень над бездной на мгновение отступила, испугавшись той силы, которая родилась на этой холодной скале. Первая встреча лицом к лицу закончилась, уступив место началу их общего пути – пути, который приведет их к самому Сердцу Мира и, возможно, к той самой любви, которая способна исцелить даже то, что было расколото веками.
Каэлен сжал её пальцы, и Элара почувствовала, как его энергия вливается в неё – горячая, дикая, абсолютно не знающая преград. Это было похоже на глоток крепкого вина после долгой жажды. Она поняла, что теперь она не просто Ткущая Облака. Она – та, кто приняла вызов грифона. Она – та, кто осмелилась заглянуть в глаза бездне и найти там не только смерть, но и искру жизни. Вокруг них продолжала бушевать буря, молнии чертили в небе причудливые знаки, а далеко за горизонтом Аетхельгард всё еще дрожал от страха. Но здесь, на этой высоте, под пристальным взглядом золотых глаз, Элара впервые за долгое время почувствовала, что она на своем месте. Глава её одиночества была закрыта навсегда. Теперь их двое, и их огонь будет гореть до тех пор, пока в небе Аэроса остается хоть один парящий остров. Она сделала шаг ближе к нему, и в этом движении было больше, чем просто согласие на союз – в нем было начало той всепоглощающей страсти, которая скоро заставит само небо содрогнуться от восторга и боли.
Впереди их ждали опасности, которые невозможно было даже вообразить. Теневой Туман не прощал тех, кто бросал ему вызов, и он уже начал стягивать свои силы вокруг Запретных Пиков. Но сейчас, глядя на Каэлена, Элара не чувствовала страха. Она чувствовала лишь этот жар, этот невероятный ритм сердца, который теперь стал общим для них двоих. Она была готова лететь, готова сражаться и готова любить с той неистовостью, на которую способны только те, кто знает цену каждого вдоха на краю пропасти. Так началось их великое странствие – странствие двух душ, нашедших друг друга вопреки всему, под крыльями черного грифона, в самом сердце надвигающейся тьмы. И это было только начало. Конец второй главы ознаменовал собой рождение легенды, которая будет жить вечно в шепоте ветров Аэроса.
Каэлен медленно отпустил её руку, но его взгляд продолжал удерживать её крепче любых оков. – Тебе нужно отдохнуть, Ткущая, – произнес он, и в его голосе проскользнула неожиданная мягкость. – Твое тело не привыкло к такой концентрации энергии. Завтра мы начнем твое обучение. Тебе придется научиться не только ткать из света, но и управлять тьмой. Это будет больно. Это будет страшно. Но только так мы сможем выжить. Элара кивнула, чувствуя, как на неё наваливается неимоверная усталость. Все переживания последних дней, полет, встреча с ним – всё это разом опустошило её. Она опустилась на землю, и Каэлен набросил на неё свой тяжелый плащ из перьев. Плащ пах им – костром, дождем и чем-то неуловимо мужским. В этом запахе было столько надежности, что Элара, сама того не замечая, мгновенно погрузилась в глубокий сон без сновидений. А над ней, на фоне грозового неба, стоял человек с золотыми глазами, охраняя её покой и глядя в сторону далекого Аетхельгарда, где его имя когда-то было проклято, а теперь, возможно, станет единственной молитвой о спасении. Тень над бездной всё еще росла, но теперь у этой бездны появился противник, в чьем сердце горел огонь, способный испепелить саму смерть. И этот огонь только что обрел свое самое нежное и самое сильное топливо – любовь женщины, которая не побоялась взлететь.
Глава 3: Облик человека, сердце зверя
Утро на Запретных Пиках не приносило того благословенного чувства обновления, к которому Элара привыкла в Аетхельгарде, где первые лучи солнца всегда сопровождались мелодичным перезвоном небесных колоколов и мягким шепотом облачных струй, очищающих город от ночной прохлады. Здесь, на краю изведанного мира, пробуждение было резким, как удар кнута, и тяжелым, как каменная плита, придавившая грудь. Первое, что она почувствовала, была невыносимая тяжесть плаща из перьев, который Каэлен набросил на нее перед тем, как она провалилась в беспамятство. Эти перья, черные и жесткие, казались живыми; они сохраняли неестественное тепло, которое не просто согревало кожу, а словно просачивалось сквозь поры, смешиваясь с её собственной магической энергией. Элара открыла глаза и тут же зажмурилась от резкого, болезненного блеска молний, которые продолжали полосовать свинцовое небо над головой. Воздух пах озоном, древней пылью и тем самым мускусным, тревожным ароматом, который исходил от грифона. Она медленно приподнялась на локтях, чувствуя, как каждая мышца протестует против малейшего движения. Вчерашний полет и магическое истощение оставили после себя ощущение, будто её тело выжали досуха, а затем наполнили битым стеклом.