Павел Кузнецов – Фактор Ясеня (фрагмент) (страница 81)

- А это кто? Сайна? Вик?

- Таксист. Какой-то дурацкий сервис, с живым водителем оказался. Теперь вот катаем. Не выбрасывать же его на трассе? Ещё катер заблокируют… - начала оправдываться снежка. Она отвечала за транспорт, вот и переживала, что так опростоволосилась. От былой ироничности не осталось и следа.

- Ладно, парень, не бойся. Они не кусаются. Или?.. - я повернулся назад, к баюкающим оружие девчонкам.

- Подумаешь, чуть когтями пощекотали, - бесстрастно пожала плечами Викера. - Тебе каждый день куда больше прилетает, и ничего, до сих пор жив-здоров. А этот чуть не обделался. Как так можно?!

Женщина реально не понимала. Для неё когти представлялись органичной частью тела, а тут какой-то гражданский вдруг пугается их до дрожи в коленках. Что ж, развлеклись, а мне теперь его в чувство приводить… Вот так с женщинами всегда…

- Я тебе серьёзно говорю: не бойся. Я мечник, - показал ему клинок, запустил сноп безобидных искр по ладони. Парень сразу же как-то пообмяк, успокоился. - Проводится операция по освобождению ценного заложника. Ты просто неудачно попал. Будь такси автоматическим – ничего бы и не увидел.

- А эти…

- Да ладно, ты чего?! - сделал я большие удивлённые глаза. - Это наши. Те же лысые, в париках, да ещё и белая плесень! Ты на моих посмотри! Видел, небось, в обзорник, как Тиш извивалась? Похожа она на плесень?

- Нет. Они красивые… Ты прав, мечник. Как увидел эти жуткие штуковины… Думал, Республика напала.

- Нет, тут разборки другого рода… Между псионскими родами. Ты главное не подставляйся, и не пострадаешь. Как подъедем, высаживай нас и вали отсюда. Можешь своим сообщить про операцию, мы гражданские службы не привлекаем, но мало ли как оно пойдёт… Если уж полями можно боевой корабль в пепел развеять, космодрому тоже может сильно прилететь.

Таксист совсем успокоился, даже головой покивал деловито, с оттенком понимания. Он теперь ощущал некую сопричастность свалившемуся на его голову приключению, но, главное, не паниковал. А значит, не наделает сдуру ошибок. И это правильно. Я повернулся к девчонкам. Они были спокойны. Триша ободряюще улыбалась: она правильно поняла мою игру, а остальным через режим тактической конференции довела Милена.

Шатл наплывал на нас своим зализанным плоским корпусом непривычных очертаний. Какие-то грани, обводы – всё было хищно, но без республиканского изящества. Мы начали высадку, когда катер ещё не завершил движения. Кошки выскочили первыми и сразу же заняли позицию в районе входного шлюза. Я вышел последним, картинно осмотрелся по сторонам, положил клинок на плечо и уверенной походкой хозяина жизни направился к шлюзу. Мои поля кривились, сыпали вереницами разноцветных молний, и производили ещё множество совершенно бессмысленных, но внешне эффектных действий. Однако и практическая польза от них была: если корабль начнёт прогревать двигатели, я легко смогу нарастить мощность и расширить область, чтобы сделать с ним всё, что пожелаю. И те, кто внутри, не могут этого не понимать. Я встал точно возле шлюзовой мембраны и картинно постучал по ней кулаком.

- Эй, на борту, открывай! И движки погаси, а то отрежу их нахрен!

Начавшие было предварительный прогрев двигатели смолкли. Внутри прониклись серьёзностью ситуации. Рядом с люком возникла голограмма уже знакомого мне псионца. Что характерно, теперь он ни от кого не скрывался, щеголял во флиппере. Правда, не белого, но голубого цвета.

- Что тебе надо, брат-мечник?

- Тамбовский волк тебе брат! Меня такие «братья» на дикой планете подыхать оставили. Хочу теперь полями поиграть с кем-нибудь из наших. Выходи, один на один схлестнёмся.

- А это у тебя там кто?

- Мои женщины. Боишься, своих орлов выведи, пусть тоже постоят, посмотрят, как настоящие мужики полями меряются.

От обвинения в трусости псионца аж перекосило. Нет, он не боялся. Тем более, не боялся женщин с пукалками в руках. Он просто тупо спешил, иначе бы даже не заморачивался, принял бы приглашение.

- Слушай, брат-мечник, я спешу. Давай как-нибудь в другой раз, а? Хочешь, забьёмся на место и время. Или могу твоим обидчикам передать точку стрелки и количество бойцов, сколько выставлять.

- Нет. Здесь и сейчас. Меня никто не спрашивал, чего я хочу. Я тоже не буду ни у кого спрашивать.

- Ты, гляжу, совсем отморозок? - с угрозой в голосе заметил псионец, нехорошо сощурившись.

- Мне похеру. Не выйдешь в течение пяти минут, начну резать корабль. Брат-мечник, - последнее словосочетание я выплюнул, как издёвку. Типа, не брат ты мне.

Девочки на тактической конференции выпали в осадок. Все. Такого «содержательного» разговора они не ждали, в особенности от своего всегда тактичного мечника. Я же отошёл чуть назад и поставил перед собой меч вертикально. Поля пришли в движение, охватывая всю область вокруг корабля тройной пеленой, которая начала угрожающе сжиматься. Раздался скрежет корёжащегося металла – пока только от опорных стоек. Голограмма больше не проходила, и у засевших внутри бойцов был только один вариант показаться и начать переговоры – выйти лично.

«Леон, ты точно псионец, - уверенно заявила Викера по линии связи. - Я раньше сомневалась, но сейчас…»

Было видно, что «высокий говор» псионских лордов сильно впечатлил наставницу. Ну, кто на что учился, как говорится. У любой социальной группы есть свой язык. Те же предшественники местных дворян. Они, конечно, изъяснялись более витиевато, даже специально изучали правильные обороты обращения друг к другу в зависимости от ситуации. Но для этого нужно всё же что-то учить. Если не учить, но иметь такой же чрезмерный гонор, всё скатывается до банального примитива, по принципу: «Сила есть, ума не надо».

«Вик, я в детдоме воспитывался, на дикой планете. Там пацанские разговоры – не редкость. Эти же… я уже понял, что они собой представляют. Приматы, какими мы все были в молодости. Только нормальные стараются развиваться, растут, а эти такими и остались. Только ху… то есть поля отрастили на недосягаемую величину».

По стае прошлась волна фырков, так девчонки выражали своё отношение к последней фразе. Но понимали, что я прав, а потому не делали резких движений и вообще старались лишний раз не отсвечивать. Пусть они и не разбирались особо в психологии внешников, но вот психологию псионцев знали. И отлично понимали, что раз я выдаю себя за одного из них, проблема заложника поднята не будет в виду её полной бесперспективности. Псионцу плевать на какую-то там принцесску непонятной тьмутаракани. Ну, грохнут её в процессе разборки – туда ей и дорога. При таком ракурсе взгляда проблема выживания принцессы становилась задачей номер один не для спасающей стороны, а для стороны удерживающей, ибо зачем они тогда её похищали? Их степень заинтересованности в принцессе оказывалась несопоставимо выше таковой для отморозка-мечника.

Секунды текли, складываясь в минуты – а для меня каждая выигранная минута была на вес золота. На четвёртой минуте на подлёте замаячили мои катера с тяжёлой артиллерией. Девчонки появились без брони, её с успехом заменяли дройды, которых они принялись сноровисто ссаживать с транспортной аппарели. К пятой минуте шатл псионца оказался взят в кольцо дройдов, и уже они врубили поле, я же «от нечего делать» стал сбивать выступающее из обшивки оборудование. «Хрясь!» - прочь отлетела мощная антенна гиперсвязи. «Блям-ц!» - за ней последовала решётка с эмиттерами маломощного защитного поля. «Хр-р-р!» - подломились передние опоры. Задние пока стояли, ибо если их завалить, шатлу будет проблематично взлететь, а так всё в пределах заявленных правил игры. Опоры стали последней каплей для засевших на борту бойцов. Шлюз начал медленно открываться.

Дальше начиналась вилка. Был вариант ворваться внутрь и всех перебить, спасая принцессу, но мечник мог спутать все карты. Его следовало вывести из игры, а значит, нужно было заставить выйти и спровоцировать на дуэль со мной. Кстати, валькирии не вызвали у противника особого удивления. Он явно воспринимал их эдакой массовкой, призванной оградить от внешнего мира, чтобы двум «избранным» не мешали предаваться благородной смертоубийственной забаве. Организация своего рода дуэльной площадки – в этом на первый взгляд и состояла их задача. И псионец купился.

Валькирии тут же сместились под защиту брони катеров. Тоже на первый взгляд грамотное решение: когда мужики разбираются, бабы, от греха подальше, не отсвечивают. Поля никого не пощадят, и опытные члены моей команды, благо, что женщины, по закону жанра должны были скрыться и не отсвечивать. На самом же деле они сейчас стремительно переодевались в тяжёлую боевую броню. Дальше наступала следующая вилка, в которой кошкам придётся сориентировать уже самим, ибо я буду занят своим противником.

Мечник вышел из шатла гордой, независимой походкой ещё одного хозяина жизни. За ним тянулся шлейф из ярких алых разрядов. Эдакий павлин с распушенным хвостом. Мне стало смешно, а кошки так и вовсе не сдерживались. Они были умными девочками, и моя аллегория про меряние кхм… полями… на глазах обретала для них новое содержание. Псионец тем временем встал напротив меня. Отсалютовал мечом.

- Я правильно понимаю, что твои не будут мешать?