Павел Кузнецов – Фактор Ясеня (фрагмент) (страница 69)
- Постойте! - до меня наконец дошло. - Вы собираетесь на вырученные от продажи товаров деньги приобретать редкозёмы?!. То есть получить ровно то, что я отнимал в Литании силой, но мирными средствами?
- Условно мирными, - пожала плечами Мисель. - Обмен неравноценный. Вряд ли наше вино, стройматериалы и ткани помогут им в войне… А нам приобретённое – вполне.
- То есть я правильно тебя понимаю, что конечная цель всей этой финансовой операции – всё равно Экспансия?
- Разумеется. И рада, что ты предложил такую интересную возможность послужить Республике. Я, признаться, хотя и неплохо торгуюсь, но подобная мысль мне даже в голову не пришла… Пока ты не сказал про вино.
- Всё же ты отлично нас вдохновляешь, Кошак, - Сайна смотрела пристально, не мигая. - Такого интересного мальчика отправлять в поместье – глупость несусветная.
- И ты только сейчас это осознала, сестра? - иронично вздёрнула бровь Миса.
- Осознала – давно. Прочувствовала – только что, - лаконичный ответ снежки всем пришёлся по вкусу. Кошки одобрительно закивали.
К нашему первому выходу в свет сёстры подготовились основательно. Ведь выход предполагался именно что
Да-да, мои снежки нацепили роскошные платья с огромным количеством всевозможных кружев. Благо, обошлись без широких юбок. Все их одеяния казались невесомыми, воздушными, в недвижимом состоянии льнули к стройным ножкам, а сквозь кружева нет-нет, да проглядывала бархатистая кожа… Кутаться кошки не любили, это факт. Зелёные, с изумрудным отливом платья удивительно шли к ведьмовским глазам прелестниц, к роскоши их пламенеющих золотом волос. И только Лита смотрела на сестёр огромными недоумёнными глазами, то и дело недоверчиво хмыкая – мол, это точно валькирии?.. Старшие сёстры, в свою очередь, поглядывали на младшенькую свысока. Они-то уже знали об особенностях полевой маскировки в период светской охоты… Что платье способно сразить внешника наповал, а сексуальные кружева ещё и позволят потоптаться по трупу… Недавней воспитаннице все эти откровения лишь предстояло осознать. В случае упёртой снежки, только-только дорвавшейся до вожделенной формы Экспансии, это точно случится не скоро. Но брючный костюм согласилась одеть и она.
Всю дорогу, пока летели, я продолжал вводный инструктаж. Вроде бы что такого в официальном визите? Наверняка ни одну кошку им не удивишь. Вот только все их визиты имели место в Республике, в совершенно иной менталитетной среде. Так, Мисель долго не могла взять в толк, почему нельзя понравившегося мальчика зажать где-нибудь в углу и хорошенько… кхм… отлюбить. И это при том, что многие правила поведения кошки усвоили ещё по прошлому нашему совместному визиту в Литанию! Например, что нет нужды ставить мальчика на колени, чтобы проверить, насколько ему нравится девочка. И таких ситуаций была масса! Нам пришлось на яхте разбирать их едва ли не в ручном режиме, отрабатывая адекватную внешникам реакцию. Почти репетиция спектакля получилась. Валькириям понравилось. Хотя на многих сценках они иронично вздёргивали брови и демонстрировали, как оно выглядело бы в Республике. Получилось эдакое взаимное обучение хорошим манерам.
И вот теперь я нервничал, не зная, насколько хорошо кошки усвоили материал. Одно дело – игровая форма. Другое – реальность. Годами вбитые стереотипы запросто могут проявиться там, где не надо, и похоронить всю нашу скрупулёзно взлелеянную операцию. Ну не разведчицы они, вот в чём соль! Но девчонки умные и игривые – на то вся надежда. Опять же, ко мне привычные…
- Миса, только смотри, не сделай так, как на отработке!
- А как на отработке?.. - похлопала длинными ресницами метиллия.
- Когда после предложения выйти подышать свежим воздухом ты меня зажала за ближайшим углом и хорошенько отодрала.
- Хочешь сказать, тебе не понравилось?.. - глаза Бестии смеялись.
- Мисель! Ну не ёрничай хоть ты! Я курицей-наседкой себя ощущаю, от которой упорно разбегаются цыплята!
Сёстры зафыркали, а вот гонщица вдруг сделалась серьёзной. Быстро встала со своего места – в кресле на противоположной стороне салона. Оправила серебристую гладь невесомого платья, искрящегося в искусственном свете всеми цветами радуги. Прошлась мне навстречу походкой от бедра, гибко стелясь по полу. Стройная ножка то и дело мелькала в глубоком вырезе платья. Подойдя же на дистанцию «гарантированного поражения», эта чертовка плавно и неторопливо водрузила на сиденье сначала одну ногу – согнутой в колене, чётко по моему бедру. Затем, после секундной паузы, с другой от меня стороны опустилась вторая коленка. Кошка поёрзала, плотнее сдавливая мои ноги своими.
- Наседкой, говоришь?.. - протянула она, заглядывая в глаза. Я чётко ощутил, как низом живота метиллия придавила мою встопорщившуюся плоть. - И что же ты высиживаешь такое ценное?..
Фырки сестёр перешли в откровенный смех. Мисель сегодня жгла. Только мне одному было не до смеха. Обняв кошку за талию и пальцами ощутив напрягшийся мышечный каркас девичьего торса, я испытывал дичайшую смесь из желания и эстетического восхищения. С некоторых пор Бестия научилась красиво себя подать, и пользовалась этим своим новым навыком очень и очень часто. Вот как сейчас. Мне же оставалось лишь любоваться и выступать в роли беспомощной мышки, заглядывающей в глаза змее.
- Впрочем, можешь не отвечать. Я животом чувствую – что. Да и яйца там тоже где-то есть, хотя я их и не ощущаю…
Опять валькирьи фырки. Сёстрам определённо нравилась игра подруги. И в другой ситуации я бы ей с удовольствием подыграл. Сейчас же дарованное сестрой возбуждение казалось не совсем уместно. А эта бестия, вместо того, чтобы признать сей очевидный в общем-то факт, только усугубила. Блеснув напоследок сталью своих глаз, она впилась мне в губы жадным, острым поцелуем. Гибкий язычок заскользил между зубиков, выискивая уже мой язык и вдавливая его ко мне в рот. В тот же миг невесомым ветерком пришло касание импланта – лёгкое, почти незаметное, но в такой острый момент ощутимое едва ли не сильней, чем глубокое вторжение.
Я не сдержался, застонал сквозь поцелуй. Кошка же только усилила нажим. Казалось, её язык напрягся тугой струной и принялся шебуршить у меня во рту с удесятерённой силой. Касание импланта сделалось мягким, обволакивающим. Кожа даже сквозь рубашку ощутила касание упругих бугорков женских грудок. А острота набухших сосков будто бы дошла со самого сердца, пронзив его уколом нежности. Новый мой стон стал ответом на девичью игру на грани фола. В другой ситуации мы бы уже трахались, сейчас же… Я позволил себе лишь перенести ладонь с талии на аккуратную попку подруги. Сдавил упругую ягодицу, вызвав стон теперь уже у неё.
И тут валькирия, разорвав объятия, порывисто встала. Отшагнула на середину салона. Серо-стальные глаза, неотрывно смотрящие в мои глаза, горели желанием и торжеством.
- Правда, я хорошая девочка? - немного грудным голосом вопрошало это волшебное создание в серебристом платьице.
- Хорошая?.. - растерялся я.
- Ага, - гибкий язычок чертовки облизал пересохшие губки. - Не стала тебя трахать, хотя ты вовсю ухаживал за мной. Прямо как ты на инструктаже учил.
Ответом ей был мой рык, в котором потонул задорный смех остальных валькирий. Сделала меня девчонка выше всяких похвал. На моём же поле. Ещё и чёткой моралью из разыгранной ею басни. Что ж. Придётся терпеть – мы как раз подлетаем. Вот только благодушия кошачья игра мне точно не добавила…
На этот раз нас встречали прямо от стоянки катеров. Наш транспорт, кстати, оказался здесь не единственным, но и сильно забитой площадку неподалёку от древней усадьбы не назовёшь. Семь катеров легли небрежной россыпью по густо-зелёной траве покрытия. Однако все они не подавали признаков жизни – видимо, гости прибыли сильно загодя. Кстати, встречал нас давешний секретарь графа, в сопровождении пары небольших гравитационных платформ.