Павел Кузнецов – Фактор Ясеня (фрагмент) (страница 63)

Видимо, эта картина стала для офицера последней каплей, потому что он, вместо того чтобы рвануть к сфере, вдруг поднялся и громко провозгласил:

- Я себе не прощу, если не искупаюсь перед уходом из этого дивного места!

И прямо с места, как был, сиганул в воду. Однако вошёл красиво, почти без всплеска – только круги по воде пошли. Валькирии тут же подобрались и с каким-то хищным интересом принялись наблюдать за представлением. Их жадные до откровенной эстетики взгляды ловили каждое движение гостя. Отмечали, как его сильное тело пронзает водную гладь. Как упругие струи воды наплывают, но, столкнувшись с тугими мышцами плеч, позорно бегут прочь, в стороны. Разумеется, я бы предпочёл лишние пару минут понаблюдать за игрой валькирий. Но то – я. Кошки вполне прониклись мощными, разрывающими толщу воды бросками крепко сбитого мужского тела.

Вдоволь налюбовавшись на спину офицера, Сайна порывисто встала. Протянула мне узкую ладонь. Я без слов принял её в свою, и был тут же утащен прочь от бассейна, в ставшую уже нарицательной душевую. Сильное разгорячённое тело рыжей притиснуло меня к стене. В самую душу ворвались пронизывающие своим взглядом ведьмовские глаза.

- Кошак, я буду сегодня охотиться.

- Разве вы не уже?.. - правильно понял я природу вопроса рыжей, поэтому и изогнул брови в напускном недоумении.

- Что ты имеешь в виду?.. - нахмурилась Сай.

- Здесь, в душе. Возможно, на этом же самом месте.

- А… ты об этом. Нет. Он мне только косу заплетал. Так мило вздрагивал, когда кожи касался… Это охота. Здесь всё нужно делать вовремя. Сначала обложить, и только затем рвать.

- Если ты всё для себя решила, зачем тебе я?

- Как зачем? Ты же мой кот! - и уже значительно тише, проникновенней. - Я же знаю, как ты дёргаешься, когда про других мужчин разговор заходит. Не хочу, чтобы ты себе чего-то там надумал… как с косой. Поэтому и говорю обо всём прямо и откровенно.

- Знаешь, Сай, - я поправил сбившийся рыжий локон и грустно так, потерянно, улыбнулся. - Я ожидал чего-то такого от Литы. Ещё от Эйди. Но от тебя – в последнюю очередь. Мне казалось, что между нами… какая-то искра.

- Кошак. Всё так. Ты вообще первый мужчина, о мнении которого я переживаю из-за своей охоты. К кому обратилась, и кого предупредила. До того считала, что это только моё дело… Для меня это крайне серьёзный шаг – держать тебя в курсе своих собственных решений.

- Для меня это странно и необычно звучит…

- Но мы так живём, Кошак. Здесь, в Республике. Мне тоже не слишком приятно, когда ты вместо меня чужих кошек ублажаешь… - и Сай, эта гениальная манипуляторша, поймала мою ладонь и нежно потёрлась об неё щекой, откуда-то снизу заглядывая в глаза.

Мы немного постояли молча. Затем Сайна опять заговорила.

- Я хочу ощутить его в своих когтях, зажатым и беспомощным. Слишком уж он наглый и самоуверенный. Пусть прочувствует, что значит сойтись в битве с республиканкой. Пусть и в битве полов… Я себя уважать перестану, если этого не сделаю – хотя могла.

- Мы так живём… здесь, в Республике… - протянул я.

Должен признать, откровения Сай огорошили. И этот аргумент, на первый взгляд простой, а на деле – содержащий всю разделяющую нас менталитетную бездну… которая с каждым прожитым вместе месяцем схлопывается, истаивает. Наверное, я действительно адаптировался. Как иначе объяснить то, что даже несколько подуспокоился после этого разговора? Вот только…

- Кикки было плевать на это пресловутое «мы так живём». Она не хотела так жить – и даже угроза Трибунала не могла её переубедить. Возможно, дело во мне? Я недорабатываю?

- Я… подумаю над твоими словами, - взгляд рыжей стал особенно серьёзным, пожалуй, самым серьёзным за время нашего отнюдь не праздного разговора. - Но позже.

В самом деле, наше исчезновение и так смотрелось странно. Вон, даже Миса уже почти закончила приводить себя в порядок и с интересом поглядывала на нас, жмущихся в углу душевой… Когда же мы вышли, держась за руки, всем валькириям показалось, что гроза минула стаю стороной. Но это впечатление было обманчивым. Под улыбкой Сайны таилась задумчивость пополам с маниакальной решимостью. Я же… мягко говоря, не очень одобрял предстоящий фарс. Но хорошая погода в стае была дороже.

Офицер вылез из воды. Задержался в зоне действия осушающего поля. Хмыкнул, смакуя непривычные ощущения. А дальше вполне целеустремлённо направился к лежаку с сидящей на краешке матраса снежкой. Навис над ней, так что внешне хрупкой девочке пришлось смотреть на мужчину снизу вверх. Протянул руку открытой ладонью вверх.

- Сайна, я могу просить вас проводить меня до сферы?

- Можете, офицер. И я даже соглашусь, - рыжая пластично встала.

На секунду они оказались очень близко – внешник и валькирия. Очень странное зрелище! Вроде бы республиканка и смотрелась миниатюрней и изящней, проигрывая мужчине в массе тела, но отнюдь не казалась при этом уязвимой. Не знаю уж, что надумал сам Волнов, но со стороны всё выглядело именно так. Сай была сейчас как пружина – сжавшаяся под давящей тяжестью некоего механизма, роль которого выполнял офицер, однако в любой момент готовая распрямиться и пустить всю сложную систему вразнос.

Они пошли на выход – только зашли в душевую, чтобы приодеться. Вышли оттуда почти сразу, мужчина – в форме, девочка – в своём соблазнительном комбинезончике. Я провожал их тяжёлым взглядом. Когти так и чесались. Но, преодолевая смурное недовольство, я всё же начал инструктаж рыжей. Её боевой коммуникатор исправно работал, несмотря ни на что.

«В Сфере включи демонстрационный режим – помни, всё остальное только для мечницы! Проведи ему там экскурс в мир звёзд. Витана оставила хорошую подборку кадров… Но только Конфедерация! По Республике веди не дальше общего контура Ожерелья Миров. Всё, рассчитываю на тебя».

В принципе, всё было понятно и так. Ни я, ни сёстры ни минуты не сомневались, что весь сегодняшний визит безопасника так или иначе связан со Сферой. Поэтому все боевые модули оттуда были уже давно извлечены и рассованы по укромным закуткам обширной яхты. В Сфере внешника ожидает познавательный и красочный экскурс в мир звёзд. Почти как в планетарии, только натуральней и образней. А настройки подобраны так, что доступными окажутся лишь звёзды миров Конфедерации. У меня как раз сохранились соответствующие записи, после курса лекций Витаны. В общем, безопаснику должно понравиться! Но то, что он там окажется один на один с Сай, раздражало, задевало самые тёмные уголки души. И моё состояние не укрылось от пристального взгляда сестёр.

Эйди, вновь закинувшая изящную ножку мне на колени, с исчезновением одиозной пары как то резко перетекла через меня. Её стройные сильные ноги широкой дугой охватили мои бёдра. Одна, согнутая в колене, покоилась на шезлонге, частично прижатая к моей ноге. Вторая опустилась до пола, и приподнялась на носочке – напряжённая, что та струна. Кошке понадобилось совершить лишь одно мимолётное движение, чтобы в своём новом положении пленить лоном мою плоть. Ладони девочки мягко легли на мои плечи. Внимательные глаза оказались точно напротив моих глаз.

- Не стоит, Кошак. Она его прижмёт за нас всех, там его статус не значит вообще ничего. Сестрёнка умеет… да ты и сам это знаешь. Не один раз на себе ощущал.

Я хотел возразить, но сзади уже навалилась Мисель. Прижалась упругой грудью. Пропустила руки снизу по торсу, умастив ладони на моей груди. Милая головка улеглась на плечо.

- А вот я совершенно не против, чтобы рыжая переключилась на другой предмет… Тем больше остальным достанется.

Ди закатила глаза, всем своим видом выражая фразу: «Опя-я-ять!..»

- И не делай такое лицо, кошечка. А ещё лучше сама ему расскажи, почему «устала» и не полезла в нашу с котом постель после своих подвигов с внешником, - личико Милахи напротив сделалось испуганным, она изобразила большие глаза и отрицательно затрясла головой. - Вот и молчи! В общем так, Кошак. Сегодня твоя рыжая в пролёте. Как и любая из нас, кто уходит на вольную охоту. Считается, что она своё получила на стороне – а как там реально было, космос знает. Поэтому Сай сегодня очень постарается, чтобы получить с внешника максимум. Знает, на что шла. Знает, чего лишилась. А теперь расслабься. Ди, приступай!

И Ди приступила! Её пальчики дразнящее прошлись по плечам, губы замельтешили, будто что-то искали – и нашли. Впились в основание шеи глубокими засосами. Да и Миса не собиралась отсиживаться в сторонке, мгновенно включившись в игру. По телу поползли её гибкие коготки – дополняя ловкие пальчики Милахи. Я не выдержал их слаженной утончённой игры. Глубокий стон вскоре сменился рыком, и я, намереваясь выпить сосуд сладострастия до дна, навалился, заваливая, придавливая Эйди к ложу.

Милаха не растерялась. Оказавшись внизу, она сменила тактику. Поцелуи мягкой дорожкой сначала прянули вверх, добравшись до моих губ, а потом потекли вниз, выцеловывая каждую мышцу, каждую складку кожи. Я не стал отказываться от игры. Встал в упор лёжа, подставляя девочке максимум простора для ласк. А низ живота сдавила когтями Мисель. Вскоре я ощутил и её жаркие поцелуи, скользящие с середины спины вверх, к шее и уху. Удивительно синхронно действовал этот механизм удовольствия – пока одна спускалась вниз и занимала здесь стратегическое положение, вторая рвалась вверх, чтобы овладеть чувствительной кожей за ушком. Кошки знали своё дело… Уже через несколько секунд их утончённой игры я стонал в голос. А вскоре к противоборству трёх тел присоединилась Старшая.