Павел Кузнецов – Фактор Ясеня (фрагмент) (страница 30)
Но наставница – дело святое. Если более авторитетный наставник признаёт заслуги своего «младшего» собрата по ремеслу, причём признаёт в делах ученика – это в первую очередь заслуга самого ученика, как хорошо усвоившего урок. Но через это в ученике проступает и рука учителя. Наставник живёт в учениках. В Республике связка ученик-учитель превозносилась ничуть не меньше, чем в Древнем Китае на моей малой родине.
- Не благодари. Наставница сама выскажет своё суждение.
- Для меня честь – слышать такое из твоих уст… - поправилась девочка.
- Ну вот и славно. Но для начала начнёшь работать с моими старшими учениками. Они сами решат, как распределить нагрузку.
- А старшие ученики – это…
- Триша и Леон, - короткие кивки в нашу с Тиш сторону поставили юную снежку в тупик. Если с властной метиллией всё было более-менее понятно, то со мной…
- Наставница, но Леон…
- Я что-то непонятное сказала?.. - приподняла бровь ариала.
- Нет, прости. Всё понятно, - покаянно склонила голову девочка.
В этот момент для неё действительно многое встало на свои места. Если до того Лита смотрела на нашу стаю как на экзотику, как на эдакую машину убийства, со скрытой где-то в самых недрах опцией удовольствия, то теперь её облик приобрёл ещё и социальные очертания. Дело было не в сексе. Вернее, не только в нём. Признание наставницей моего статуса старшего ученика – это принятие на себя части ответственности за мои действия в этом качестве. Чтобы пойти на такое, наставник должен всецело доверять ученику, знать, что тот способен учить. Ну а до кучи, это ещё и признание высокого статуса единственного в стае мужчины. Старший ученик признанной наставницы стай – это сильно. Ведь это Вик знала, что я ни разу её не подвёл, ни разу не заставил стыдиться своего наставничества, но Лита-то этого знать не могла! Что ж, всё когда-нибудь происходит в первый раз… Будет лишний повод девчонке задуматься.
- Если Леон возьмётся ставить тебе удары когтями, попросишь поработать и с клинком. Клинок – не по моей части.
- Да, наставница, - реплика юной снежки легко сошла бы за писк воробья.
На этой благостной ноте бойцы удалились в регенераторную. Триша же небрежно зыркнула на меня:
- Кот. Надеюсь, тебе не надо объяснять: подобное напутствие означает, что наставница уже всё для себя решила.
- Мне когти и меч, тебе – бой без оружия, - кивнул я.
Всё действительно было ясно. Намёк наставницы для нас, её учеников, являлся чем-то несравнимо большим, нежели просто приказ.
- Понимаю, сам ты не так давно освоил когти… но должна признать твои выдающиеся успехи.
- Особенно в оперировании ими в постели… - добавила милаха Эйди.
Кошки прыснули. Но шутки шутками, а в действительности всё выходило более чем серьёзно. Мне доверили ставить когти девчонке, которая до того видела их только на картинке. Ответственность очень серьёзная – как, впрочем, и доверие.
- Сложно спорить, - хмыкнула метиллия. - В постели ты с ними тоже здорово освоился. Но постель пока оставь. Приучи сначала к бою, а как втянется и немного освоится с техникой – там уже и к бонусам можно переходить. Но смотри, она – не мы. Запросто может тебе что-нибудь отчекрыжить… с непривычки.
Новые фырки стали ответом на довольно редкое явление – шутку этой серьёзной метиллии.
- Кстати, по обычной рукопашке. Не буду возражать, если и здесь приложишь руку. Мелкой будет полезно посмотреть на школу рукопашного боя внешников.
- Я постараюсь не обмануть твоего доверия, сестра, - церемонно поклонился.
- Я в этом не сомневаюсь, брат, - ответила таким же поклоном Тиш.
А потом она дралась с мелкой. Лично мне в этот момент стало кристально ясно, что со мной Триша на посвящении была предельно тактична и аккуратна. Говоря тогда, что не принимает во внимание моего статуса спасителя, на деле метиллия очень даже его учитывала. Или исходила из каких-то иных, неведомых мне, соображений. Скажем, из наличия в стае уважаемой всеми Высшей, любимым мальчиком которой я был. Миру по крайней мере только это тогда и сдерживало от проявления своего гонора…
Лита на татами огребала. Нет, не так – Огребала. Метиллия её просто втаптывала в маты. То и дело гибкое тельце мелкой отскакивало от канатов. В стороны летели ошмётки комбеза и… клочья медных волос. Один такой попал мне аккурат в руки. Не удивлюсь, если Триша провернула этот финт специально, чтобы немного меня порадовать. Знала, насколько я люблю женские волосы – особенно рыжие их вариации. В этом жесте даже можно было углядеть весьма тонкую иронию. И пусть метиллия обычно не блистала сарказмом, но сегодня она вообще жгла.
Наблюдая процесс жестокого избиения симпатичной молодой девчонки, разминая в пальцах плотные, что та проволока, пряди, я прислушивался к себе. И не находил там ни следа сочувствия! Пришлось признать, я больше не дёргаюсь, когда женщины мутузят друг друга. Более того, представив, что та же Лита будет драться с мужчиной, я вовсе не был уверен теперь, что мои симпатии автоматически окажутся на условно слабой стороне… Республиканки перетряхнули весь мой внутренний мир до основания. Они ведь сами выбрали свой путь… И выбирали его вновь и вновь – как эта упрямая снежка, отлетающая от очередного удара валькирии к канатам. Упрямо встряхивающая головой и неизменно встающая вновь. Даже если нечего противопоставить более опытной и сильной противнице – всё равно встречать новый удар на ногах. Лита вела себя достойно. Но достойно не женщины, а… бойца. Поэтому я и относился сейчас к ней как к бойцу. Воистину, всё имеет свою цену, в том числе и матриархат…
Спарринг для мелкой завершился на матах. Она лежала на животе, раскинувшись звездой, и безуспешно пыталась собраться в кучу. В этот-то момент на её спину и упал неподъёмный сапожок Триши. Это сделало дальнейшие попытки подняться бессмысленными, Лита оказалась похожа на жука, наколотого иглой на гербарий. Но вот сапожок мягко перетёк с носка на колено, а до того пребывавшая на полу голова вздёрнулась вверх, являя нам совершенно бездумные глаза поверженной воспитанницы. Властная пятерня в волосах стала для юной республиканки тем недостающим слагаемым воли, что позволил взглянуть на мир вокруг. Без былой ясности, но всё же, всё же…
- Признаёшь поражение?.. – поинтересовалась валькирия буднично.
- Да!.. - потерянно пискнуло юное дарование.
Уверен, она бы и раньше его признала, да только сестра буквально не позволяла девочке продохнуть. На таких скоростях и при таких последствиях ударов даже с дыханием возникают проблемы, а уж сказать что-либо и вовсе невозможно.
- Смотри, чтобы старших в стае слушалась! - добавила метиллия, взваливая на плечо беспомощное тело, сделала пару шагов на выход, но потом подмигнула уже мне: - Если что, Кошак – тоже старший… Да, и Леон, не хочешь присоединиться?..
- В регенераторной?..
- Ну да. Мне-то встречать юную сестрёнку нечем, а тебе – вполне…
Под смех сестёр мы направились в регенераторную… втроём. Никто не сказал ни слова против. Сёстры всё прекрасно понимали, и решили через это продемонстрировать молодой не только кнут, но и пряник. Мол, в такой стае, конечно, тяжко, особо не забалуешь, однако есть и масса неоспоримых плюсов. Где ещё тебя на выходе из медикаментозного сна встретит мужчина? Да ещё и от души приласкает?
Вечером состоялся «праздничный» ужин. Все кошки выглядели весьма довольными посвящением. Лита пришлась им по душе. Девчонка умудрилась сделать главное – продемонстрировать, что адекватна стае. Что такая же безбашенная, как и остальные кошки, и при этом столь же всецело предана делу Экспансии. Поэтому у сестёр был повод расслабиться.
Некоторые странности начались, когда ужин подходил к концу. Одна за другой валькирии поднимались и выходили, никак не комментируя своих действий. Но по странным, исполненным загадки взглядам, которые бросали на меня сёстры на прощанье, складывалось впечатление чего-то таинственного, что ожидало нас впереди. Зрел какой-то сюрприз, в который оказывались вовлечены все без исключения валькирии. И это рождало ощущение предвкушения.
Триша поднялась из-за стола последней. Но не вышла, как остальные, не говоря ни слова, а, напротив, подошла прямо ко мне. Положила ладонь на плечо. Вгляделась в глаза.
- Я не забыла о своём обещании. Она теперь твоя… подопечная. Конечно, не думала тогда, что следующая мелкая в стае окажется снежкой… Надеюсь на твоё благоразумие, кот. Постарайся не расхолаживать её, иначе на шею сядет – пикнуть не успеешь. Я доверяю тебе.
И метиллия, посчитав все нужные слова сказанными, покинула помещение. Мы с Литой остались вдвоём.
- Они все просто двинутые на тебе! - тихо проговорила снежка, промокая салфеткой пухлые губки. Внешне тихий голос сквозил рвущейся наружу экспрессией. - Кто не сказал прямо, чтобы и не думала тебя «обижать» - тот намекнул. Почему так? Ты же мужчина. Не женщина.
- Ответ на поверхности. Ты просто ещё не успела прочувствовать стаю, - с уходом Триши предвкушение разрядилось пониманием. Всё тут же встало на свои места. А ещё, я вспомнил давний разговор с наставницей… и её старшей ученицей. Конечно, я тогда был не совсем адекватен, но хорошо уяснил это её обещание.
- И каков ответ?
- Мы – семья. Они заботятся обо мне, я забочусь о них. Если покажешь себя своей – не просто достойной, достойной ты себя уже показала – тоже станешь её частью. Вернее, ты уже сейчас её часть, но пока ещё младшенькая, самая беспутная, нуждающаяся в постоянном пригляде и вразумлении.