Павел Криков – Вторая Пчелиная война (страница 3)
– Какое сообщение? – брезгливо спросил адмирал.
– А-а-а… точно-точно сообщение, да-да-да, для тебя мужичок, мать твою, ты же легенда!
– Что за сообщение?! – позволил себе слегка повысить голос лорд Обирон, еле сдерживая гнев.
– А-а-а, да там просто всё! Передашь, говорит мне император! Прикинь! Ага, мне император говорит, передай лорду Обирону Капфту, что генерального сражения не будет, а будут выжженные системы в вашем тылу. Передай, говорит он мне лорду Обирону, что он не смог защитить императрицу Джамиль Саадам Первую – грешницу и преступницу от справедливой кары.
– Не-е-е-е-е-т!!! – проорал адмирал, окончательно потеряв самообладание. Худшие из опасений оправдались – самое ужасное развитие событий! Разведка императора или папы Максимилиана переиграла и корпорации, и пиратов. Это провал, падение в бездонную пропасть! Безумие! Обирон по-прежнему не хотел верить в такую жестокость, в такую подлость, в такое безумие! Если императрица погибнет – больше не будет рождён ни один новый ребёнок из благородных домов.
Капитан первого ранга Татьяна Коваль оборвала связь, как только поняла, что адмирал утратил самообладание. Многие офицеры на мостике, хотя и держались достойно, явно были сбиты с толку. Услышанное ранило их не меньше, чем лорда Обирона.
– Захват цели. Огонь по готовности. – собрав себя из осколков, скомандовал лорд-адмирал флота Обирон Капфт из дома Сигмар.
Лучшая в мире работа
– Уверяю тебя, такого предложения больше ни тебе, ни мне не видать! Если откажем этому типу сейчас жалеть потом будем всю жизнь!
– Не знаю, Майкл…
– Ну что? Что тебе не так-то?!
– Да в том-то и дело, слишком это всё хорошо звучит! Как в сказке, понимаешь?! В жизни так не бывает!
– Брат… брат… это наш шанс! Пожалуйста, не отбирай у нас мечту… хочешь, хочешь я встану на колени…
Майкл на самом деле попытался упасть на колени перед Минтоном прямо посреди бара.
– Да прекрати, идиот!
– Брат… братан… нас ждут звёзды, деньги и-и-и… ну… и…
– Тёлочки…
– Да! Да, брат! Нас ждут звёзды, деньги и тёлочки! Предлагаю за это выпить!
– Наливай, – сказал Минтон, совсем не сверкая энтузиазмом и всё же соглашаясь ни только с девизом или предложением выпить, но и с тем, чтобы принять предложение от корпорации Бее-ту.
Агент, этот странный тип с тонкими губами и дурацким косым чубчиком, обещал ждать в течение пяти дней. Последние три дня братья только и делали, что спорили. Уже послезавтра мистер Чак – агент корпорации Бее-ту должен был отбыть специальным рейсом на далёкий северо-запад галактики. Майкл и Минтон никогда так много не спорили и не ругались, они раньше вообще никогда не ругались! И вот с появлением в их жизни мистера Чака всё изменилось.
Предложение у этого типа было действительно хорошим, нет, на самом деле – лучшим, что можно услышать, по крайней мере, двум парням с отдалённой планетки Бравок в секторе И-шесть. Они встретились прямо здесь в баре «Клау-паф», агент сидел за стойкой через одно место от братьев – дорогущий костюм, бионические импланты, весь такой блестящий на фоне засратого бара на углу Бекен-стрит и Рауфайн. Заметив, что Майкл на него смотрит, агент подозвал бармена и что-то сказал тому.
Бритый наголо и похожий на подушечку для булавок из-за обилия пирсинга, Рие – так звали бармена или барменшу, братья до сих пор не разобрались, какого пола это существо, поставил на стойку перед парнями бутылку Путины и пару стаканов.
– Ни хрена себе! Это чё такое? – восторженно и напряжённо спросил Майкл, демонстративно отодвигаясь от стойки, мол, он к этой драгоценности даже не прикасался! Пузырь этой синей жижи стоил десять тысяч исков, и братья ни за что бы не смогли расплатиться за этот напиток.
– Это подгон от того парня в костюме, не парьтесь, оплачено, – ответила подушечка для булавок низким контральто или всё-таки бархатным баритоном. Майкл глянул на богача, и тот поднял свой стакан с Путиной, как бы предлагая выпить вместе.
– Он предлагает нам выпить…
– Надеюсь это всё, чего он от нас хочет… так-то ты у нас красавчик… – открывая бутылку, заявил Минтон и разлил пойло по стаканам.
– Пошёл ты! За нас, брат! Ведь впереди у нас…
Девиз друзья прокричали вместе:
– Звёзды! Деньги! И-и-и тёлочки! А-ага-га, да!
И, хотя к звёздам они отправиться пока не могли собственно оттого, что как раз нет денег, зато местные девчонки сразу же заметили молодых парней, пьющих Путину. Странный тип мигом перестал существовать, ведь появились Эльза и Мими, затем подошёл Рие и передал Майклу ссылку на карточку спонсора этого вечера.
– Он просил связаться с ним, парни. Говорит, у него есть работа.
– Что за работа?!
– Не знаю, брат, – Рие пожал плечами и флегматично, свойственно своей манере добавил: – Моё дело маленькое, брат! Но, если бы ты меня спросил, стоит ли позвонить этому чётком парню, то ответ был бы положительным – однозначно стоит.
– Спасибо, Рие.
– Да, не за что, брат. Удачи. Эй-эй, сестрёнки, вы сделали чертовски правильный выбор, эти парни лучшие! – сохраняя ровную, расслабленную интонацию, словно находясь в полудрёме или вечной депрессии, вбросил микрорекламу Рие, подмигнув Минтону.
Примерно к полудню следующего дня парни пришли в себя. Пойло было отменным! Если не считать дикой сухости во рту, то состояние обоих было на удивительно высоком уровне: вполне себе бодрость, никакой головной боли, плюс здоровый аппетит. Девчонки всё ещё спали, зато Майкл и Минтон, проснувшись почти одновременно, тихо покинули спальни, а на кухне, толкаясь друг с другом, также одновременно ринулись к холодильнику за газировкой.
Вечером того же дня парни направились в бар ровно той же дорогой, которой ходили в него почти каждый день. Они прошли мимо магазина с моноциклами, мимо небольшого фонтана, по одну сторону которого стояла толпа людей и внимала речам святого отца в серой рясе и аугментированным левым глазом, машущего кадилом и орущего:
– Покайтесь! Покайтесь, грешники!
А по другую сторону того же фонтана несколько молодых людей в строгой форме со свастикой на рукавах цитировали древнее писание «Моя борьба». Ещё минуя два перекрестка, братья наткнулись на группу пионеров в красных галстуках, стучащих в барабаны, призывая жителей галактики присоединиться к мировой революции…
В «Клау-паф» сегодня играл новый молодой диджей, но друзья совершенно не замечали музыки, оба они стояли у стойки, погружённые в свои мысли. К парням подошёл Рие и, облокотившись на стойку со своей стороны, взглянув сначала на Майкла, затем на Минтона, спросил:
– Так, что вы решили, парни? Предложение так-то фруктовое.
Рие был явно очень интересен этот вопрос, но эмоций эта подушечка для булавок выражала не больше, чем, набитый поролоном, оригинал. Майкл хранил интригу, выражая на лице такие эмоции, по которым было неясно рад он или расстроен, а Минтон, выдержав паузу, через силу улыбнулся и ответил:
– Да… да! Всё! К чертям эту планету! Этот сектор! Мы согласились. Заработаем кучу исков, навестим твою забегаловку!
– Вау! Поздравляю, братья. Тогда, – Рие поставил три стакана, взял с полки начатую бутылку Путины и налил напиток на два пальца в каждый стакан.
– Вы, как разбогатеете, приедете и заплатите за выпивку. Это, чтобы у вас остались хорошие воспоминания о моём баре, а то вам уже и планета – говно, и сектор – жопа.
Парни рассмеялись и заверили, что, мол, да, всё верно, сектор – жопа, планета – гадость, городок – дрянь, но во всём этом мусоре есть одна святыня – место силы и божественного просветления.
– Это твой бар, брат! Если я что и буду вспоминать с теплом, то это «Клау-паф» и тебя, бро.
– Болт с шипами! Охренеть, как приятно, – Рие несколько раз похлопал себя по груди у сердца, – Вообще, душевно. Вы, парни, класс! Я верю, что всё у вас будет ровно!
Спустя пару дней, примерно во втором часу дня Майкл и Минтон уже следовали за мистером Чаком в космопорт, где их ожидал прекрасный белоснежный фрегат «Кастрел» – сто двенадцать ярдов изящества линий и уверенности образа.
– Добро пожаловать на борт, – сказал мистер Чак, блеснув белоснежной улыбкой. Парни переглянулись и шагнули на трап. Пока они поднимались Минтон разглядывал герб корпорации на корпусе корабля – семь жёлтеньких пчелиных сот.
Внутри корабля всё было круто: обшивка стен, отделка кают, всюду блестящие штучки и дорогие вещички, братья даже не представляли, что корабль может быть таким комфортным, это даже не премиум комфорт, а какой-то эксклюзивный класс.
В полёте парни много пили, постоянно употребляли всякие таблеточки, отрываясь по полной, ведь на борту было всё, кроме девчонок. Мистер Чак оказался отличным мужиком. Он много рассказывал о том, какая Бее-ту замечательная корпорация, и как им повезло стать частью улья – так сотрудники назвали всю корпорацию изнутри.
– Теперь вы оба часть улья! Вы – наши пчёлки, наши трудяги! Я буду хадо… ходо… хо-да-тай-ство-вать, чтобы вас направили в самую богатую шахту. Ну, чтобы побыстрее добраться к звёздам, искам и сучкам!
Всё так и случилось, как говорил мистер Чак. Через два месяца корабль прибыл на окраину галактики, в сектор с одноимённым фирме названием Бее-ту планеты Тиф.
По прибытии в головной офис компании парней встретила миловидная девушка. Мистер Чак передал ей подопечных и пожелал скорейшего достижения всех трёх пунктов девиза парней.