Павел Крапчитов – Кто провожает нас до работы? (страница 2)

Но все это ерунда. Лицо — вот что главное! Тот же нос с горбинкой. Тот же шрам над левой бровью. Да и все остальное — один к одному.

Я поднял правую руку, чтобы почесать затылок. Человек, стоящий напротив меня, повторил мое действие. Только не зеркально. Почесать свой затылок он решил тоже правой рукой.

«Значит, все же не зеркало», — озадаченно подумал я.

Проходящие мимо нас немногочисленные посетители гипермаркета стали на нас обращать внимание.

Моя рука закончила чесать затылок и опустилась. Взгляд тоже пошел вниз. Я глянул на содержимое его тележки.

«Не может быть!» — подумал я, заметив среди покупок двойник «Вологжанский бекон».

Широкая полоса сала с тонюсенькими прожилками мяса. Если его бросить на раскаленную сковородку, запах будет ужасающий. Попробовав однажды этот продукт, второй раз не захочется. В моей корзине-тележке он не мог оказаться!

Я поднял глаза на двойника. В его глазах также было разочарование. Он смотрел на мои покупки, среди которых гордо стояли пара пакетов молока и мультизерновые хлопья с цельными злаками «Фитнес». И в этот миг я понял, что не очень-то этот человек на меня и похож.

Я двинул свою тележку вправо, он — влево, и мы двинулись каждый своей дорогой.

«Это же надо! — возмущался про себя я. — Подумать, что этот салоед может быть похож на меня. Чушь какая!»

Смеяться или не смеяться?

В пробках нет ничего лучше, чем слушать музыку. Плейлистов у меня в телефоне хватает. Есть любимая, есть лирическая, есть классическая, которой я пытаюсь поднять свой культурный уровень. В общем, провожу время в пробках с пользой.

Но есть у меня особенный плейлист. Такого, думаю, ни у кого нет. На нем запись смеха. И не какого-нибудь, сгенерированного нейросетью, а самого что ни на есть родного, то есть моего.

Уж не знаю, какие мысли у меня крутились в голове в самом начале, но свой первый смех я записал еще на катушечный магнитофон «Романтика». Как сумела не рассыпаться магнитная лента, что воспроизводилась на этом «динозавре», не представляю. Но к моменту, когда я решил оцифровать свои записи, она исправно выдала мой восемнадцатилетний смешок. А потом пошло-поехало. Несколько смешков за тот год, когда мне стукнуло девятнадцать. Некоторые из них звучат совершенно дико. Примерно так же я смеюсь в двадцать и двадцать один. Но потом в смехе начинает появляться какая-то самоирония. Мол, вот что ты все смеешься и смеешься? Двадцать два, двадцать три... И так далее.

Я втыкаю в автомобильный плеер флешку с записью своего смеха, когда попадаю в серьезную пробку. Ведь изначально я оцифровывал эти записи и записывал на флешку с простой целью. Послушаешь смех, сам рассмеешься — и стоять в пробке уже не так гадко. Порой так и получается. Но чаще становится грустно. Слушая свой смех, пытаюсь вспомнить себя, тамошнего, и непроизвольно вылезает обида на самого себя за упущенные возможности, дурацкие поступки. Не тому дал в морду, не с той поцеловался.

Пару раз даже пытался уничтожить флешку, но не смог. Казалось, вставлю флешку в порт компьютера, нажму Delete — и убью кого-то хорошо знакомого. Бред, конечно, но вот были же такие мысли.

Вот и продолжаю возить в машине флешку со смехом. Иногда даже слушаю. Например, сейчас. Молча. А в голове совершенно неожиданный вопрос: «А сейчас, в текущем пятьдесят пятом году жизни, почему я не смеюсь?» Нет ответа. Вернее, есть, но он мне не нравится.

Яркий и неповторимый день

Я открыл и тут же закрыл глаза. Было от чего. Я был в чужой квартире. Один. В полной тишине.

Лежать с закрытыми глазами — разве это выход? Я встал и осмотрелся. Все по высшему классу, но не мое. Почему не мое? Я так чувствую. Вернее, я ничего не помню. Ведь если бы это был мой дом, я знал бы, что там за дверью, в следующей комнате. А я не знаю.

Вот, пожалуйста. Открыв дверь, я обнаружил совсем не комнату, а что-то вроде балкона. На него выходило еще несколько дверей.

— Эй, есть кто-нибудь? — крикнул я.

Сейчас появятся хозяева и все объяснят. Вчера гудела вечеринка, я много выпил и остался у них.

«Ни фига подобного!» — в голове полная ясность и ни капли похмелья. Только это не добавляло никакого понимания, где я. И... кто я.

Вокруг по-прежнему было тихо. На мой призыв никто не откликнулся. Я спустился вниз по лестнице в большой холл. Несколько диванов, стереосистема, панорамное окно во всю стену в сад, еще какие-то двери, неизвестно куда ведущие.

Я стал подходить к дверям, дотрагивался до ручек, но не мог решиться открыть ни одну из них. И все время я оглядывался на окно в сад, словно оттуда мне грозила главная опасность.

У одной из стен стоял невысокий комод, а на нем лежал нужный мне предмет. Мобильный телефон. Сейчас я вызову скорую помощь, и мне помогут. Почему скорую помощь? Ну, не полицию же?

Я взял в руки телефон, но номер даже не попытался набрать. Увидел кое-что поинтереснее. Над комодом висело зеркало, а в нем был я — не красавец, но и не урод. Но дело не в этом, а в том, что я видел себя в первый раз.

«Все-таки надо звать врачей», — решил я.

Но тут мой взгляд зацепился за стикер, приклеенный на зеркало. На нем красным маркером было написано только одно слово: «Не спеши» — и стрелка вниз. Кроме телефона на комоде лежал блокнот. Я его открыл.

«Привет! Твое имя Иван Горан, и тебя ждет удивительный день», — прочитал я.

«Ты счастливчик. Это я себя так подбадриваю, потому что когда я лягу спать, то забуду все, что было со мной сегодня, в мой единственный день жизни. А завтра проснешься уже ты, все тот же Иван Горан, но только ничего не помнящий.

И успокойся, это не чей-то злой умысел. Ты таким родился. Это наследственное. Мозг помнит только то, что произошло с тобой совсем недавно. Заснув, ты забываешь все. И так каждый день. Но прежде чем заснуть, так тебя научили еще в детстве, ты записываешь, как провел свой день. Почитай записи в блокноте, возможно, тебе захочется что-то повторить.

Вообще, это наша обязанность. Перед тем как лечь спать, каждый из нас записывает, как он прожил день, а фактически — свою жизнь. Ведь на утро все будет забыто. Даже имя. Даже то, как выглядит твое лицо.

Про работу не думай. Родители одарили тебя болезнью, но зато оставили хорошее наследство. Работать нам не надо.

И еще... Ты думаешь сейчас, какой ты несчастный. Ошибаешься. Самое страшное будет вечером. Ложась в постель, ты будешь осознавать, что твоя личность растворится во сне. Фактически — это смерть. А умирать не хочется никому.

И все же позаботься о том, кто проснется в этом теле завтра утром. Запиши все, что с тобой произошло. Положи блокнот на комод. Наклей стикер на зеркало. Пусть маркер будет поярче. Чтобы завтрашний я-ты не прошел мимо него. Прощай! Проведи свой день-жизнь достойно!»

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.