Павел Кожевников – Спокойный Ваня 5 (страница 17)

— Подучим, если надо будет. Ты не хочешь стать более сильным провидцем? — Осторожно спросил я.

— Нет. Меня и так устраивают мои возможности. Когда мы встретились, я видел вперёд секунд на десять, а сейчас вижу на тридцать. Больше мне точно не надо! — Покачал головой майор.

— Ой ли? — Не поверил я. — Ты иногда и на больший срок видишь.

— Ключевое слово — иногда! Плохо это — далеко в будущее смотреть. Не знаю, как объяснить, но хорошего в предвидении мало. Начинаешь плыть по течению, а не жить своей жизнью.

— Фарук не жалуется, а у него способности такие же, как у тебя.

— Ошибаешься. — Ухмыльнулся майор. — Его способности не имеют ничего общего с моими. Он не предсказывает будущее.

— Как он тогда выигрывал на бирже?

— Я наблюдал за ним, пока они с Ама здесь гостили. Фарук не видит даже на секунду вперёд. У него другие способности. Например, он чувствует людей и ему безобразно везёт. Кстати, это предположение хорошо объясняется его желание завязать с игрой на бирже. Вечно везти не может. Должны быть периоды, когда фортуна поворачивается к тебе тыльной стороной. Он почувствовал приближение такого периода и сыграл напоследок по-крупному.

— Выходит, сейчас на него должны посыпаться все шишки? — Продолжил я развивать мысль.

— Очень может быть. — Согласился майор. — Но его везение ещё не кончилось, так как Билги поступила в Невский и с ним до следующего лета не увидится, а значит, будет в безопасности.

— Нихрена себе подарок судьбы у нас нарисовался. Мэнни предложил Фаруку у меня министром финансов поработать. — Я задумался.

— Ищешь слова, чтобы ему отказать?

— Пока не вижу причин для отказа. Надо сначала с ним поговорить. Что именно с его удачей происходит? Он же неглупый мужик. Должен был заметить какую-то закономерность.

— Он ничего не рассказывал про смерть жены. Это мне не нравится больше всего. Если его невезучесть распространяется на окружающих, то до тебя я его не допущу. — Предупредил майор.

Прошла почти неделя после нападения Нобеля. К счастью, если где-то и было какое-то движение, связанное с ним, то происходило оно без моего участия. Чему я был безмерно рад. Решать мировые проблемы — это не совсем то, о чём я мечтал в жизни. Мне интереснее заниматься своими любимыми научно-магическими исследованиями и изготовлением оборудования.

Утренняя тренировка началась, как обычно. После небольшой разминки майор отправился к Маше оттачивать технику. Бруно прилежно делал свои упражнения. Вот ведь упёртый тип. Ни в какую не хотел пользоваться услугами Мэнни. Даже бесплатно. Лекарю я сделал постоянную татуировку, и он изнывал от жажды использовать свои возросшие возможности. Только пациентов вокруг не наблюдалось.

Я попросил Мэнни незаметно повлиять на организм архитектора, чтобы ускорить у того сгон жира. Используя усиление, Мэнни мог воздействовать на человека, даже не приближаясь к нему. Боюсь, как бы не бросил Бруно заниматься, не ощущая скорого результата, хотя комплекс, который я ему дал, всё же оказывал своё действие.

Мэнни, кстати, в этот приезд вообще ничего мне не привёз. С чёрного рынка, как по щелчку пальцев, пропали все книги, подходящие под наши параметры.

Я занимался с Ама. Тот оказался хорошим бойцом. Но только на мечах. Кулачным бойцом Ама был не таким хорошим. Подозреваю, что без оружия его легко одолеет майор. Именно исправлением его однобокой подготовки я и занимался.

Александра до утренних тренировок Ама пока не допускал. Подготовка у парня была ужасная. Мне даже удивительно было, как он выжил в Аберрации. Но задавать подобные вопросы я не спешил и старался контактировать с ним поменьше. Вообще-то, ограничений на начальный уровень подготовки я не ставил. Мог и для него что-нибудь сносное подобрать. Но раз поставил над ним командовать Ама, то посчитал излишним вмешиваться в его учебный процесс.

Я принял душ и пил утренний кофе на кухне. В это время пришёл Бруно. Он в последние три дня заканчивал тренировку обязательной пробежкой и после неё спать до обеда, как в первое время, не отправлялся. Подозреваю, что избыток энергии у архитектора вызван именно вмешательством Мэнни.

— Господин Иванов. У меня почти готова документация для вашего дома. — Удивил он меня.

— Я думал, подготовка займёт больше времени.

— У вас довольно простая конструкция здания, хотя есть и свои особенности. Взять тот же водопровод и канализацию. — Начал говорить Бруно. — Новая технология, прокладки труб и установки водяных насосов, довольно хорошо отработана при строительстве большого водовода. В доме будет то же самое, только меньшего размера. Сейчас меня интересует система вентиляции. Для неё у вас тоже будут воздушные насосы своей конструкции или мне ориентироваться на проверенные временем вентиляторы с приводом от магического двигателя?

Я задумался. Руны движения воздуха у меня были, но как именно они работают, я точно не знал. Как всегда, отложил проверку на потом, когда дело дойдёт до летательных аппаратов. Сейчас у меня на эти исследования времени не было.

— Бруно, рассчитывай по классической схеме. Позже, когда я разберусь с воздушными насосами, доработаем схему. Не думаю, что они внесут радикальные изменения в конструкцию.

— Чисто из экономических соображений, я бы рекомендовал разобраться с ними сейчас. Это позволит избежать очень больших затрат. Ваши устройства работают бесшумно и не ограничены размером приводного двигателя. — Начал приводить аргументы архитектор. — А при классической схеме нужно бороться с шумом и вибрациями. Делать дополнительные шумопоглощающие камеры для обеспечения тишины и комфорта в доме. Ставить сложную систему регулировки притока и оттока воздуха в разные помещения. Под вентиляционное оборудование придётся возводить отдельное здание или прятать его глубоко в подвал.

— Я тебя понял. — Прервал архитектора. — Завтра утром представлю ориентировочные характеристики насосов.

— Ваше Величество, я хочу выразить вам благодарность, что согласились взять на обучение такого неподготовленного человека, как я. — Неожиданно вежливо поклонился Бруно. — После ваших тренировок я себя чувствую совершенно другим человеком.

— Бруно, я рад, что вам помогают мои упражнения. Но запомните, никакой чудодейственной системы не существует. Без упорства и настойчивости вы бы ничего не добились. Я лишь показал путь. Идёте по нему вы сами.

— Ваше Величество. — Перехватил меня Прокоп на пути к палатке. — Там это. Мастера с семьями прибыли, которых дед Степан отправил. Вы бы глянули на них.

— У них по две головы?

— Нет. — Удивился Прокоп. — С чего вы взяли?

— Зачем тогда на них смотреть? Я людей часто вижу. Чай не на Луне живу.

— Пойдёмте, ваше решение нужно. — Вздохнул он. — Истощены они сильно.

Дальше я расспрашивать не стал. Молча направился к лестнице, ведущей вниз.

— Князь, вы уже научились делать постоянное усиление. — Категорично заявил Прокоп, когда мы пошли рядом по широкому участку лестницы.

— Откуда сведения?

— Я заметил, как изменился Эммануил Витольдович. Он стал значительно сильнее, как лекарь. Понять причину столь резкого роста было несложно. Этой причиной можете быть только вы.

— Что ж вы все, такие наблюдательные, когда не надо? — Задал я риторический вопрос. — Прокоп, Мэнни первым получил эту возможность, потому что он лекарь. Избавиться от усиления, если что-то пойдёт не так, он сможет быстро. А ты нет. Подожди месяц. Убедимся, что процедура безопасна, тогда и тебе сделаю. Учти Прокоп, это очень дорого!

— Но от моего дара польза огромная! — Возразил он, как будто я ему отказывал.

— Согласен. Подожди и получишь своё усиление. Я к тому говорю, что вокруг нас много магов, на которых, из-за их слабости, просто не обращают внимания. Присмотрись, раз ты такой наблюдательный. Мне не нужны разрушители. Таких магов хватает. Мне нужны созидатели вроде тебя. Понял?

— Понял. — Облегчённо выдохнул Прокоп.

— И не спеши. Приглядывайся внимательно. Слабый дар может оказаться совсем не тем, что получится при его усилении.

Выглядели вновь прибывшие далеко не лучшим образом. Как обычно, законы, предписывающие заботиться о крепостных, и исполнение этих законов не всегда соответствуют друг другу. Тощие мужики и женщины выстроились на небольшом пятачке перед временными домами, в которых им предстояло жить первое время.

Завидев меня с Прокопом, толпа поклонилась в пояс.

— Есть кто старший? — Спросил я. Разговаривать сразу со всеми у меня времени не было.

— Я за старшего, Ваше Величество. — Сделал шаг вперёд бородатый мужик грозного вида.

— Как звать?

— Ефим Поликарпович Сеновойский.

— Значит так, Ефим. — Обратился я к нему. — По отчеству обращусь, когда увижу, что ты этого заслуживаешь. А пока объясни мне, почему люди голодали? Больных много? Врач нужен? — Сразу уточнил я.

— Больных двое. — Угрюмо ответил мужик. — Голодали, потому как есть нечего было. Тех денег, что царь-батюшка выделял, не хватало. Если бы не левые заказы… — он обречённо махнул рукой.

— Может, я чего не понимаю? А огороды? А лес? Скотину не держали, что ли?

— Запрещал нам прежний барин хозяйство держать. Надеялся, что мы так работать лучше будем. Лес не наш. Нельзя нам туда. Если б ты нас не забрал, то зимой вымерли бы всей деревней.

— Прокоп, У Сазонова дознаватели есть. Сведи Ефима с ними. Мне с трудом верится, что государство целую деревню списать на погост решило.