Павел Кожевников – Спокойный Ваня 3 (страница 4)

Утром меня разбудил стук в дверь.

— Тебе чего не спится? — За дверью оказался майор.

— А ты чего разоспался? Обычно встаёшь, как рассветёт.

— Читал допоздна. — Честно признался я, но что именно читал, уточнять не стал. — Что за неприятность опять случилась из-за меня?

Я отступил в сторону, давая возможность майору пройти в дом. На улице вовсю светило солнце. И правда, выбился из графика. Хотя, когда он у меня был? Я задумался, вспоминая, когда в последний раз вовремя ложился спать.

— Ты никак предсказателем заделался? — Вывел меня из задумчивости майор. — Раньше я за тобой такого не замечал.

— А что тут предсказывать? — Я закрыл дверь и пошёл включать супер-пупер чайник. — У тебя в любом происшествии виноват исключительно я.

— Не в любом, а в касающемся тебя лично. Распоряжение пришло из столицы. Выкупить у тебя этрусское золото, а если в том месте, где ты её нашёл, есть изделия из пурпурного золота, то за них тебе вернут фамилию и снимут опалу с рода Ивановых.

— Пурпурный это у нас какой цвет? Что-то красное?

Я, хоть убей, не помнил, что это за цвет. В голове крутилась только американская награда «пурпурное сердце», но я её не видел, или видел, но не обратил внимания. Другие ассоциации отсутствовали напрочь.

— Скорее красный, смешанный с фиолетовым. — Пояснил Майор.

— Фиолетовое золото? — На автомате уточнил я.

К сожалению, произнёс я это таким тоном, что майор сразу понял — я его видел. Вот что значит не до конца проснулся.

— Много ты его нашёл? — Показывая, что понял меня правильно, спросил он.

— А сколько надо?

— А сколько есть?

— Может хватит?

— Хорошо. Давай говорить серьёзно. — Майор сел на стул. — Если этрусское золото ты ещё можешь оставить себе, то пурпурное, по закону, обязан сдать государству за приличное вознаграждение.

— Приступай к обыску. Всё, что найдёшь, будет твоим. На награду не претендую. — Хмыкнул я. Подозрения и догадки к делу не пришьёшь. — Чай будешь?

— Нет. Что тебе нужно? Ты же сам хотел, чтобы тебе вернули фамилию. А тут весьма щедрое предложение.

— Какое-то оно расплывчатое. — Я залил кипятком заварник. — Мне предлагают цену за товар, но безотносительно к объёму этого товара. — Посмотрел на майора. — Такое чувство, что платить мне вовсе не собираются.

— Тут я тебе ничего не могу сказать. — Развёл руками майор. — Предложение пришло с самого верха, а там за своим словом следят. Насколько я знаю, пурпурное золото используется в мощных защитных конструктах. То есть, имеет стратегическое значение. Если нас ожидает война, каждый его грамм окупится сотнями и тысячами спасённых жизней.

Я поставил на стол две чашки. Себе налил крепкой заварки, а майору разбавил кипятком. Чай был ароматный. Приятный запах поплыл по комнате. Между чашками поставил сахарницу. К чаю ничего не было. Продукты я хорошо подъел за ночь. О чём и сообщил майору.

— Печенек и хлеба нет. Пей так. Потом отправишь парней за продуктами.

Себе сахар сыпать не стал. Крепкий чай можно и без него пить, а голода я с утра не чувствовал. Майор молчал. Видимо, понял, что давить бесполезно, но надежда есть, так как я не стал сразу отказываться.

— Давай представим, что ты уже на меня работаешь и думаешь о моей безопасности. — Начал я, на что майор только хмыкнул, но за сахаром потянулся. — И вот передо мной ставят выбор: оставить всё как есть или отдать, ради спасения жизней, ценный металл, найденный в усыпальнице древнего короля. Причём король этот был явно непростым смертным. Боюсь, наказание за потревоженную могилу будет похлеще какой-то войны.

— Нагнал ты жути. — Хмыкнул майор, но я смотрел на него предельно серьёзно, показывая, что для шуток сейчас неподходящее время. — Но медведя из этрусского золота ты забрал. — Напомнил он. — Думаешь, из-за него на тебя покушение совершили?

— Эти события никак не связаны. А фигурку медведя мне разрешили забрать. Я это почувствовал. Так же, как и предостережение не брать… — Договаривать я не стал, чтобы не осложнять себе жизнь.

— С этрусками много загадок связано. Слухи про их могилы и курганы тоже ходят невесёлые. Один страшнее другого. — Майор тяжело вздохнул, уставившись в свою кружку, и медленно продолжил: — Если бы я работал на тебя, то не советовал бы трогать могилу. Не на одних защитных артефактах наша оборона строится. Получить в тылу какой-нибудь мор, неизвестного происхождения, намного опасней, чем потерять пару городов. — Он посмотрел на меня. — Значит передаю, что ты не видел пурпурного золота. А что насчёт медведя?

— Не спеши, Демьян, с докладом. Пусть твои парни, вместе с продуктами, притащат мне большой круг наждака. Хочу одну мысль проверить.

Глава 3

— Господи! — Майор натурально закатил глаза. — А он-то тебе зачем?

— Мне нужно подготовиться. Думаешь, это так просто, по древним могилам шариться? — Я сделал максимально честную физиономию. — Ещё мне понадобится много писчей бумаги и карандаши. Этого добра у тебя хватает. Насколько я понял.

В голове майора явственно закрутились мысли. Он молча уставился на меня и автоматически отхлебнул из кружки чай. Его взгляд прояснился.

— Хороший сорт. — Похвалил он. — Значит, ты прочёл больше, чем написал. Насколько больше?

— В один и три десятых раза. — Я отхлебнул из своей кружки, чтобы спрятать улыбку. — Тебе что важнее: гипотетические знания или реальный кусок этрусского золота?

— Государство нуждается и в том, и в другом. — Ответил майор. — А ты жадничаешь.

— Вот только не надо на меня потребности государства свешивать. — Веселье у меня как рукой сняло. — Государство должно собирать налоги и заботиться о своих гражданах. Вот пусть этим и занимается. Лично меня ваше государство засунуло в Аберрацию, фактически приговорив к смерти ни за что! Так что не надо в меня тыкать этим словом.

— Но…

— Не нужно никаких «но». Государственная машина никогда не работает так, как надо людям, в нём живущим. Всегда есть недовольные, и я в их числе. То, что моё, моим и останется. Никакие государственные интересы меня не волнуют.

— Если Родина будет в опасности? Война, например. Тоже будешь кричать, что тебя не волнуют её проблемы?

— А ты не путай понятия «государство» и «Родина». Они для меня не одно и то же. Даже пишутся по-разному.

Майор подозрительно посмотрел на кружку в своих руках. Поднёс её к носу и вдохнул запах. Потом отставил чай в сторону.

— Знаешь что, давай я тебе лучше кофе сварю. Чай плохо на тебя действует. — Серьёзно сказал он.

— На меня плохо действуют запросы твоего начальства. Можешь так ему и передать. — Всё ещё недовольно произнёс я.

— Ты чего взбеленился?

— Ненавижу слово «дай», прикрытое пафосной чушью вроде потребностей государства.

— Хорошо, передам. Вообще-то, твои будущие родственники уже знают, что ты жадный.

— Только не надо меня женить раньше времени. — Поморщился я. — Уедет Татьяна в свою академию и забудет обо мне через месяц. Чувства, вспыхнувшие в экстренной ситуации самые быстро проходящие. Это даже не страсть, вызванная всплеском гормонов, а чисто поведенческая реакция сродни благодарности.

— Это надо записать. — Ухмыльнулся майор. — Потом проконсультируюсь с учёными мужами. Пусть объяснят, что ты сказал.

— Демьян, не умничай. Лучше подумай, где пару килограмм чистого золота взять. — Несмотря на показную жадность я всё же решил помочь родному, теперь, государству. Тем более эта помощь будет оплачена.

— Наждак, карандаши, бумага, золото… — Майор демонстративно загибал пальцы на руке. — Что ещё? Ты можешь огласить сразу весь список? — Он покосился на кружку с чаем, но по новой комментировать напиток не стал.

— Меди килограмм пять не помешает.

— Зачем тебе столько?

— Чтобы не брать чужое из гробницы, а обменять на своё.

— Это тебе тамошний дух сказал так поступить?

— Там вообще духа нет. В смысле духа, похороненного царя. Там что-то другое. На уровне ощущений. — Честно признался я. — Магия ведь появилась не так давно. Лет триста с небольшим назад.

— Четыреста. — Поправил майор.

— А этой могиле намного больше. Я не уверен, что там вообще человек похоронен.

— Любишь ты туману напускать.

— А ты требования выдвигать. Нашли себе джина в моём лице. — Огрызнулся я. — Раз чай не пьёшь, то иди добывать обменный фонд.

— Тебе золото с медью в монетах? — Уточнил майор.

— Большой разницы нет. Делай, как тебе удобней.

— Хорошо. Но зачем тебе наждак? — Он с любопытством смотрел на меня.

— Я же тебе сказал? Если не нравится моё объяснение, то придумай своё. Ты мужик умный, я уверен, что справишься.